Спасенная инопланетным воином (ЛП) - Харт Хоуп

Я просто киваю. Честно говоря, я знаю, что Сонис права. Бэт, скорее всего, не останется здесь, если я оставлю ее. Поэтому я возьму ее с собой и попытаюсь убедить ее вернуться с охотничьей группой, когда мы их найдем.

— У Сонис есть ванна. Я наполню ее, и ты сможешь воспользоваться ею перед тем, как мы уйдем.

Румянец заливает ее щеки, когда она смотрит вниз на свое тело. Скорее всего, я обидел женщину. Но она кивает с благодарностью в глазах.

— Это было бы здорово. Спасибо.

Я прочищаю горло, отводя взгляд от тепла в ее глазах.

— Тебе следует пойти отдохнуть, — говорю я.

Она долго колеблется, а затем поворачивается и медленно возвращается в хижину.

БЭТ

Никогда больше я не буду принимать чистую воду как должное. Кажется, что заполнение ванны занимает целую вечность, так как воду нужно принести, нагреть и налить в большую ванну. Сонис помогает мне забраться в ванну, помогая мне держать раненую ногу подальше от воды.

— Я зашила твою плоть, — говорит она. — Зарикс знает, как удалить нить, и он сделает это для тебя, когда придет время.

Я киваю, стараясь не думать о риске заражения. По крайней мере, мне сделали прививку от столбняка.

— Спасибо. За все. Включая эту ванну. Вода принесла потрясающие ощущения.

Ее лицо смягчается, и она кивает.

— Дай мне знать, когда будешь готов выйти.

Она поворачивается, и я тянусь за мылом, прежде чем намылить волосы и дважды промыть их. Вода становится мутной, и я не забываю вымыть остальную часть своего тела, прежде чем, наконец, в изнеможении прислоняюсь спиной к ванне.

Мне бы сейчас не помешали серьезные обезболивающие.

Хотя я не могу жаловаться, зная, что Зои и Айви все еще застряли с вуальди. Жаль, что мы все не смогли освободиться вместе. Но поскольку этого не случилось, я сделаю все, что в моих силах, чтобы освободить их.

Надеюсь, Зарикс будет сотрудничать.

Я прикусываю губу, рассматривая гигантского воина.

Он нетерпелив и, кажется, больше всего раздражен моим присутствием. Он грубоват, но не жесток, и я чувствую, как колотится мое сердце, когда я вспоминаю, как он ранее взъерошил волосы Джавира.

Парень смотрит на Зарикса, как на своего героя. И Зарикс сдерживает свое явное нетерпение достаточно долго, чтобы деликатно поговорить с мальчиком, который, вероятно, нуждается в мужском образце для подражания.

Я зову Сонис, и она входит, помогает мне выбраться из ванны и протягивает длинный широкий кусок материи, чтобы использовать его вместо полотенца.

— Еще раз спасибо, — говорю я. — Я даже не могу сказать, сколько времени прошло с тех пор, как я была чистой.

Она кивает, и на ее губах играет улыбка.

— Я оставила кое-какую одежду в твоей комнате.

После всего, через что мне пришлось пройти, приятно знать, что на этой планете есть хорошие люди. Такие люди, как Зарикс, которые спасут инопланетную женщину из ловушки, и Сонис, которые позаботятся о ранах этой инопланетянки и устроят ее с комфортом.

Я использую материю, чтобы выжать лишнюю воду из волос, а затем оборачиваю ее вокруг себя, открывая дверь. Я выхожу и замираю, встретившись взглядом с Зариксом.

Он долго смотрит на меня, не торопясь, пока его глаза скользят по моему телу. Я краснею, чувствуя, как напрягаются мои соски, и его взгляд задерживается на моей груди, прежде чем подняться к моему лицу.

Его глаза темнеют, и я замечаю, как одна из его рук сжимается в кулак, прежде чем он возвращает свое внимание к мечу.

— Тебе следует поесть, прежде чем мы уйдем, — говорит он. — Ты слишком худая.

Я сглатываю и, развернувшись, с трудом ковыляю в спальню. Я скриплю зубами, когда огонь пронзает мою ногу, и жалею, что не захватила с собой трость.

Слишком худая.

Балерины должны выглядеть на сцене неземными. Мы должны быть легкими, чтобы наши партнеры могли поднять нас. Наши костюмы не оставляют места для воображения, и мы часами смотрим на себя в зеркало, пока тренируемся, одетые только в трико.

Наши тела постоянно измеряются, и очень легко потерять связь с реальностью, постоянно думая о том, что мы кладем в рот.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я пытаюсь поставить себя на место Зарикса. Он огромный и мускулистый, и он только что пошел и убил зверя для Сонис, предполагая, что еды не хватает. Может быть, он думает, что я умираю с голоду, и — в своей грубой, неприветливой манере — пытается помочь.

Но от этого все равно больно. Ни одна женщина не хочет, чтобы ей говорили, что ей чего-то не хватает, пока на ней только полотенце. И особенно когда эти грубые слова исходят от кого-то, кто излучает сексуальную харизму, как Зарикс.

Я еще немного скриплю зубами, пытаясь влезть в одежду, оставленную для меня Сонис. А потом я прокручиваю это взаимодействие в голове.

Я хорошо разбираюсь в языке тела. Я потратила годы на то, чтобы идеально идти в ногу с другими танцорами труппы. И выражение его глаз, в сочетании с тем, как его рука сжалась в кулак…

Мое сердце бьется чуть быстрее при мысли о том, что эта большая рука касается меня.

«Возьми себя в руки, Бэт. У тебя сейчас полно других забот, на которых нужно сосредоточиться. Держи себя в руках».

Я бесполезно борюсь с тонкой рубашкой. Прохладные руки касаются моих плеч, и я поворачиваю голову, когда Сонис ловко завязывает шнурки, удерживающие рубашку на моей груди.

— Мне очень жаль. Это видимо очень важно для тебя.

Я пожимаю плечами.

— Наверное, я всего лишь тощая слабачка на этой планете. — Я смеюсь, но это, должно быть, звучит горько, потому что руки Сониса замирают.

— Зарикс… с ним все сложно.

Я краснею. Должно быть, она слышала наш разговор несколько минут назад.

— Не обращайте на меня внимания. Я веду себя как капризный ребенок.

Она издает тихий смешок.

— Некоторые мужчины говорят раньше, чем думают. Умные женщины смотрят не только на слова, но и на поступки.

Я киваю. Зарикс может быть нетактичным до такой степени, что граничит с грубостью, но он также спас меня в лесу, привел сюда и был рядом, хотя у него явно есть другие дела.

Я меняю тему, поворачиваясь к ней лицом, когда она заканчивает с рубашкой.

— Ваш сын чудесный.

Она улыбается, ее голубое лицо лучится любовью.

— Он — моя гордость и радость. Зарикс очень терпелив с ним. — Она отводит взгляд, и из ее горла вырывается тяжелый вздох. — Мою пару похитила стая вуальди три лета назад, когда мы жили в глубине их территории. Моя подруга торговала с некоторыми браксийскими женщинами из племени Зарикса, и она убедила меня обратиться за помощью к катай Зарикса. Королю его племени, — говорит она в ответ на мой непонимающий взгляд.

— Они помогли?

Она кивает.

— Зарикс охотился на стаю в одиночку. Сначала я была в ярости, убежденная, что он был высокомерен и должен был взять с собой больше воинов, чтобы противостоять монстрам, которые похитили мою пару.

— Думаю, он в них не нуждался.

Ее губы кривятся в кривой улыбке.

— Нет, — тихо говорит она. — не нуждался. Зарикс растравился со стаей вуальди, уничтожив все их следы с этой планеты. К сожалению, для моей пары было уже слишком поздно. Он был тяжело ранен и умер несколько часов спустя.

— Мне очень жаль.

Она кивает и вытирает глаза, резким смахивающим движением.

— Мы привезли его домой, и он провел свои последние часы со своей семьей. Это было больше, чем я даже надеялась, когда его похитили.

— Вы теперь живете одни?

Она кивает.

— Моя подруга живет ближе к Себе, но я не уйду. Этот дом — все, что у нас есть, и мы находимся недалеко от хижины, где обучается мой сын. После того, как Зарикс уничтожил стаю, он оставил доказательства для других вуальди, и распространил слух, что нацелиться на нас — значит вызвать возмездие со стороны браксийцев.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вы очень храбрая.

Сонис пожимает плечами.

— У тебя есть дети?