Конец прекрасного принца (СИ) - Юраш Кристина

Надя успокоилась. И вымыла руки в золотой раковине, в форме ракушки.

Внезапно послышался скрип открываемой двери. До Нади донеслись шаги. Припав половиной лица к дверной щели, Надя увидела принца.

— Ваше высочество, — произнес кто-то старческим голосом. — Я скажу всем, что вы не хотите видеть посетителей. И что вы пребываете в своих покоях. Как только найдем девушку, мы сообщим вам!

— Конечно, — слышался влюбленный и расстроенный голос принца. — Только я вас умоляю, найдите ее быстрее! Я чувствую, что мое сердце не выдержит этой разлуки!

В дверной щели мелькнул камзол расстроенного принца. Дверь закрылась. И послышалось что-то, напоминающее скрежет ключа.

— Поздравляю! — вздохнула Надя. Ей очень хотелось отловить свое везенье и посмотреть ему в глаза. — Ты в покоях принца! Из всех комнат замка ты выбрала именно их, для того, чтобы надежно спрятаться. От принца!

Обессиленный любовью и страданиями принц упал на кровать. И, кажется, уснул. Возможно, сдох. Надя не раз слышала, что от любви умирают! И очень на это надеялась. Принц и его внезапно нахлынувшие чувства пугали ее не меньше, чем та жестокость, с которой ее встретили во дворце.

Надя осторожно выбралась из туалета, и стала красться в сторону двери. Несколько раз повертев золотую ручку, Надя поняла. Она в ловушке.

Стоило принцу пошевелиться, Надя юркнула в туалет.

Она сидела и тяжко вздыхала. Иногда она мысленно жаловалась золотому унитазу на свою судьбу. Унитаз ничего не отвечал. И всем видом показывал, что видел в этой жизни кое-какое дерьмо.

Принц спал. Надя тоже очень хотела спать. Поэтому она свернулась кошечкой на маленьком коврике, похныкала на жизнь и попыталась подремать.

Спина, рука, нога и сквознячок шептали Наде, что она — дура. И что другая бы на ее месте пользовалась внезапной любовью принца. Воображение разыгралось, рисуя мягкую перину, поднос с пирожным, драгоценности и роскошные платья. «Вы прекрасны!», — лебезили слуги, когда Надя чинно идет по залу.

— Но я-то знаю, что любовь ненастоящая! — спорила Надя, пытаясь найти удобное положение.

— И что? — утверждала затекшая спина. — Какая кому разница!

— Но ведь… — снова заметила Надя, чувствуя угрызения совести за использование принца по назначению.

— Под теплым одеяльцем, — коварно нашептывала рука, которую Надя уже отлежала. — На Мягкой перинке. В позе морской звезды…

Картинки были настолько соблазнительными, что Надя начинала сдаваться.

— Когда еще тебя полюбит принц? — дожимал Надю сквозняк. — Разбрасываешься тут прекрасными принцами! Потом не жалуйся!

Все это становилось невыносимым.

— А как же любовь? — спросила Надя. — Он же меня ненавидит! На самом деле он меня ненавидит! И было бы неправильно пользоваться ключом.

— А вдруг он действительно влюбился в тебя? Просто ты подумала, что это — магия? — спросила женская самооценка.

Надя сглотнула. А вдруг он и вправду влюбился? Нет, ну такое тоже иногда бывает. Не у Нади, разумеется. И ни у ее знакомых. Но бывает!

— А ты просто попробуй, — ныла спина.

Надя решила. Она встала. И решила прийти с повинной. Разбудить принца и сказать что-то вроде, я тут! Тем более, что принц ей нравился. Да, нравился.

Девушка осторожно открыла дверь, вышла из туалета и увидела, как принц поднимает голову.

— Ты где была, любовь моя! Ты почему убежала? — очнулся принц, слетая с кровати и сжимая Надю в объятиях. Если так подумать, то они не сильно отличались от тех объятий, которые были у нее в жизни.

— Извини, — произнесла немного напуганная Надя, глядя на красивое лицо принца снизу вверх… — Просто в туалет захотелось… Только освободилась…

Принц опустил голову и поцеловал Надю в приоткрытые губы. Сначала Надя чувствовала, что ей некомфортно. Но потом поняла, что почти распробовала сладкие и нежные губы принца.

Бом! Бом! Бом! — послышался бой часов, окружая гулом целующуюся пару. — Бом! Бом! Бом!

«Снова полночь! Ничего себе, как быстро день прошел!», — пронеслось в голове Нади, как вдруг, с последним ударом часов поцелуй прекратился.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

«Все как в сказке!», — подумала Надя, но тут же почувствовала, как ее хватают за горло.

Глава пятая

Ноги Нади оторвались от пола. И она стояла на цыпочках, как балерина. От испуга сердце Нади сжалось.

— Попалась, красавица, — послышался насмешливый и жестокий голос. Губы, которые только что целовали ее со всей страстью, дрогнули в надменной улыбке. Взгляд красивых глаз испепелял. Рука, которая делала из Нади балерину, не дрогнула.

— Я не знаю, что это за магия, — послышался голос принца. Он откинул голову, чтобы получше рассмотреть свою жертву. — Но ты сделала меня посмешищем всего дворца. А я таких вещей не прощаю. Особенно женщинам.

На этих словах он скверно улыбнулся.

— Я разберусь с тобой сам. Не хочу предавать это огласке, — процедил принц, сдувая роскошный локон волос с бледного лица. Холод глаз пронзал насквозь, пронизывал ненавистью…

Дрожащая рука Нади нашла в кармане ключ. В руках принца сверкнул стилет. Он уперся Наде в грудь. Надя отметила, что принц хорошо знал анатомию женщин. Особенно место, где находится сердце.

— Прощай, чародейка, — послышался голос принца. Он склонился к ее лбу и поцеловал. — Спокойной ночи, принцесса…

И тут его высочество дрогнуло. Глаза принца расширились от ужаса. Послышался хруст проворачиваемого ключа.

Мужчины хвастаются умением попадать «чем нужно» в женское «куда нужно» в кромешной темноте. Но по сравнению с опытной Надей, умеющей попадать ключом в дверную скважину в темном подъезде, с разбега и с двумя набитыми пакетами, они просто дети, ковыряющиеся в носу.

Этот навык нарабатывался годами. И стоил десятка погнутых ключей. Но уже год Надя била, как снайпер. Подгоняемая мыслью о маньяках и прочих ужасах, Надя научилась открывать дверь за секунды.

А все потому, что лампочки в подъезде жили меньше бабочек однодневок.

Принц задыхался. Роскошные волосы непроглядной шторкой закрыли его лицо. Его полуоткрытые губы глотали воздух.

Надю уронили на ковер. Схватившись за сердце, принц стонал и морщился. Чтобы через мгновенье поднять голову. Надя на секунду заглянула принцу в глаза. И увидела в них что-то среднее между Камасутрой и пособиям по средневековым пыткам.

Принц схватился рукой за спинку кресла и сделал глубокий вдох. Волшебный ключ торчал из его груди. Золотая цепочка болталась и цеплялась за пуговицы.

— Можно я тебя еще раз поцелую, — прошептал принц, глядя на Надю. И тут же решил воплотить свой слюнявый план в жизнь. Надя сопротивлялась, как могла, но принц был настроен решительно.

Пока что он нашел губами Надин и за неимением рта решил дергающийся глаз. И чуть не высосал его. Надя представила себя в повязке. Эдакий бравый пират. Корсар моря любви.

В голове Нади промелькнул «поцелуйный норматив». Сколько старик говорил поцелуев в день нужно для полного девичьего счастья? И кто вообще придумал измерять поцелуями девичье счастье?

— Нет! — воспротивилась Надя, когда ее поволокли в кровать.

— А как же наша любовь? — прошептал принц страстно-восторженным голосом. И обнял ее тщательно замаскированный платьем форс-нажор.

Надя робко отвоевала себе подушку, отползла подальше от заснувшего принца. И завернулась в одеяло.

Ночью она проснулась от того, что под одеяло пробрался вражеский лазутчик. Его прислали на разведку, чтобы убедиться, что жертва спит. «Миледи, нашу базу атакуют!», — послышался встревоженный голос похолодевшей Мадам Си Жу. Она первой столкнулась с вражеским агентом под прикрытием одеяла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Наде хватило пары секунд, чтобы проснуться. И еще мгновения, чтобы проснуться окончательно. Брыкаясь, как рыба, выброшенная на берег, Надя пыталась отогнать лазутчика обратно к хозяину.

Чтобы спастись от посягательств, Надя плотно завернулась в одеяло. И теперь напоминала сосиску, торчащую из хот-дога.