На чужих условиях (СИ) - Карвер Крис

— Алви, мне жаль.

— Мне тоже, — искренне ответила он. — Жаль, что была такой идиоткой и думала, что между тобой и мной возможны нормальные отношения. Я люблю книги, знаешь. Не шоколад и не тортики. Книги. Ты мог бы просто спросить однажды.

И она ушла, оставив Килана стоять у стола с подарками и сжимать свой стакан с прогревшимся на солнце алкоголем.

Глава 5

В свой День рождения Алви проснулась в восемь часов утра, потому что Тайлер и его мама решили, что восемь утра — самое лучшее время для того, чтобы нанести визит.

Она распахнул дверь и, не заметив Сандру за спиной ее сына, буквально проорала:

— Твою мать, Тайлер, только не говори, что ты что-то испек для меня!

В руках друга была коробка, запакованная настолько странно, что Алви вздохнула. Судя по всему, да. Испек.

Тайлер раза четыре моргнул, протягивая коробку.

— Печеньки, — сказал он, словно это могло решить все проблемы.

Алви прищурилась. Сандра в это время прошла мимо, потрепав ее по макушке и сказав, что в следующий раз промоет ей с мылом рот.

Они поднялись в комнату Алви, оставив взрослых разбираться с завтраком.

— Какие планы? — Тай плюхнулся на кровать и подпихнул подушку себе под голову. Алви открыла коробку с печеньем (боже правый, каким же оно было уродливым) и запихнула в рот сразу два. На вкус печеньки оказались сносными, Алви готова была признать, что кулинарные способности друга с каждым годом становились все лучше. По крайней мере, теперь его шедевры можно было есть. Пирог, приготовленный Тайлером на тринадцатилетие Алви, по вкусу напоминал удобрения.

— Сваливаем, — жуя, пробубнила она.

* * *

На озере было здорово. Они не были здесь с прошлого лета. Тогда заканчивался сезон купания, близилась школа, и Бетани уговорила их устроить маленький пикник. Они были здесь втроем, но Алви не чувствовала себя третьим лишним. Несмотря на безумную влюбленность друг в друга, Тайлер и Бетани всегда старались вести себя так, чтобы Алви было комфортно проводить с ними время. Они играли в «Правда или действие», готовили еду на костре, купались и много разговаривали.

Сейчас происходило примерно то же самое, только готовить было лень, как и разводить костер, поэтому они уплетали принесенные из дома продукты и старались не думать о Бетани.

— Килан писал? — спросил Тайлер и набил рот зефирками.

Алви кивнула, выпила воды и потянулась за телефоном, чтобы зачитать:

— «Поздравляю с совершеннолетием, с нетерпением жду возможности увидеть тебя». Мне одной кажется, что он это под диктовку писал?

Тайлер вздохнул и поморщился, вытаскивая из-под задницы какую-то ветку.

— Ты всегда думаешь о нем плохо.

— Ха! — Алви ткнула пальцем в его сторону. — Кто бы говорил.

— Я и не говорю, что он резко стал хорошеньким и заботливым, но он может раскаяться, так ведь?

Она пожала плечами и замолчала. Не очень-то хотелось развивать эту тему. Вечером они все были приглашены к Рейнам на ужин, организованный Джулией. Алви точно знала, что ей не по душе все эти праздники — в последний раз, когда Джулия делала вечер в ее честь, это закончилось головной болью, ведь половина приглашенных была ей незнакома, а Килан провел почти все время, уткнувшись в телефон.

— Кэти поцеловала меня, — после длительной паузы поделился Тайлер. Алви посмотрела на него внимательно. — Она хотела попрощаться, потому что они с родителями переезжают в Нью-Йорк.

— И? Что чувствуешь?

Тайлер издал горький смешок и помотал головой.

— Ничего. Даже нигде ничего не сжалось. Так всегда будет, Алви? Я так и не влюблюсь больше никогда?

— Нет, что ты. Ты просто не готов. Мало времени прошло.

Они больше не затрагивали эту тему, решив оставить все душевные терзания на другой день, а сегодня просто отдохнуть в обществе друг друга.

* * *

Алви повернулась к Тайлеру и оглядела его с таким выражением лица, будто его вид вызывал у нее желание повеситься.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Я выгляжу так же? В смысле… как будто по красной дорожке прогуливаюсь?

Тайлер сочувствующе сморщился. Да, на них были вечерние наряды, да, так потребовала Джулия, и, да, Алви могла потерпеть вечерок, ведь Джулия всегда о ней заботилась, как вторая мама.

Она нажала на дверной звонок.

Ее родители и миссис Робинсон уже были там — они уехали раньше, чтобы помочь Рейнам с подготовкой, а также встретить приехавших на праздник родственников.

— Я рядом, детка, — шепнул Тайлер, увидев ее замешательство.

Алви посмотрела на него.

— Люблю тебя.

Им открыла Лаура. Она сразу же бросилась Алви на шею, и та почувствовала, что задыхается. У Лауры были очень крепкие объятия, которые она не всегда хорошо контролировала.

— С Днем рождения! — девушка потрепала ее по щекам и за руку затащила в дом.

Алви всегда любила Лауру, у них были особенные отношения. Лаура заботилась о ней, как о младшей сестре, с детства играла с ней, забирала на выходные, иногда отвозила в соседний городок, где они покупали комиксы и редкие книги. Когда она болела, Лаура буквально жила у них. Один раз она даже пришла на школьное собрание, потому что Маргарет нездоровилось, а отец был на дежурстве.

Алви прошла за ней внутрь и остановилась, чтобы оглядеться.

Рейны хорошо постарались, готовясь к празднику. Их гостиная напоминала торжественно украшенный зал, вроде тех, в которых проводят вечеринки звезды шоу-бизнеса или политики. Вокруг были маленькие столики с закусками, стояли бокалы для шампанского и других напитков. В высоких вазах благоухали свежестью живые цветы, а на ступеньках, ведущих на второй этаж, были расставлены свечи.

Алви вздохнула. Лаура вцепилась в ее локоть и прошипела:

— Только попробуй сказать, что тебе не нравится, я тебе уши надеру.

Ее темные глаза сверкнули первыми признаками праведного гнева, и Алви пришлось широко улыбнуться.

— Мне очень нравится.

— Вот и умница.

Тайлер похлопал Алви по спине и пошел в сторону кухни, откуда слышался голос Сандры.

Лаура, наконец, отпустила ее и тоже упорхала к гостям.

Народу было не очень много — кроме его родных и самих Рейнов в гостиной сидели еще двое мужчин и одна женщина, которых она не знала, а также семейный доктор со своей женой и друзья Килана — Хайди, Энди и Рой.

Алви стало так тоскливо. Почти никого из ее школьных друзей не было. Сиенна и Уилл еще не вернулись из свадебного путешествия, а у Джейдана были какие-то курсы перед поступлением в колледж. Он прислал открытку с извинениями вчера вечером.

— Посмотри на себя.

Алви обернулась на голос и увидел Килана, который стоял, подперев стену плечом.

— Что? — спросила она.

На Килане была светло-голубая рубашка и черные брюки, идеально обтягивающие его длинные ноги. Алви постаралась не задерживать на них взгляд. Вышло не очень хорошо, но она пыталась.

— Я говорю — посмотри на себя. Выглядишь так, словно сошла с обложки.

Алви машинально потянулась, чтобы поправить подол своего платья, потом зачем-то подергала маленькую пуговицу на манжете.

— Лаура запретила толстовки, — она отвернулась. Килан стоял не очень близко, но даже в этой ситуации Алви чувствовала, как пересыхает в горле от его взгляда. Он словно изучал ее. Облизывал глазами пылающую кожу на щеках и шее. Алви ощутила, как краска начала заливать ее лицо.

А потом стало хуже: Килан подошел к ней. Алви почувствовала себя не очень комфортно, но потом заметила, что незнакомые родственники, сидящие на диване в гостиной, смотрят на них.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он подалась вперед и обнял Килана за плечи. Тот мягко коснулся губами ее щеки и сомкнул ладони на ее талии.

— С Днем рождения.

Запах Килана ударил в нос. Его тело — горячее и сильное тело — прижалось к телу Алви, и на короткий миг ее закоротило. Странно, но она давно уже перестала думать о Килане, как о сексуальном объекте. Нет, она желала его — иногда желала так отчаянно, что подыхала от жалости к себе, но вот это тесное прикосновение, эти горячие ладони на спине и крошечные уколы щетины о кожу, прямо сейчас вызвали не возбуждение, а нестерпимую потребность расплакаться.