Линда Ховард - Озеро из снов

Она испуганно дернулась, совсем чуть-чуть, но он успел предупредить это движение, обняв ее рукой и крепче прижав к себе.

- Черепахи сейчас здесь, - прошептал он, наклонив голову так, что его подбородок слегка коснулся ее кудряшек. - Сможете ли вы любоваться ими, если я стану между вами и озером и буду держать вас, чтобы вы были уверены, что не упадете?

Боже, как он чуток, заметила она краем сознания. Всякий раз, когда он делал что-то, что могло ее встревожить, что-то, что должно было ее встревожить, вроде того момента, когда он привлек ее в объятия, он мгновенно отвлекал ее любопытным замечанием. Она видела его уловку, но… Маленькие черепашки были так симпатичны. Она подумала о его предложении. Возможно, это была опасное заблуждение, но, согретая его теплом и защищенная его мощью, она почувствовала себя в безопасности. И тут возникло желание – неявное и восхитительное, оно всплывало откуда-то из глубины…. А, возможно, оно появилось раньше, при первом же его прикосновении, просто сейчас оно стало достаточно сильным, чтобы его осознать. Иначе, почему бы она стала думать о колючем подбородке, касающемся ее тела? Она знала, что должна вернуться в дом. Она же приняла вполне разумное решение, что у нее нет времени даже для легкого романа. Но разум не имел никакого отношения к той дикой мешанине чувств, которую она испытывала с того самого момента, как впервые увидела этого мужчину. Страх, паника, понуждение и желание так переплелись, что она не знала, как поступит в следующую минуту. И ей это не нравилось, все это ей очень не нравилось. Она хотела снова стать прежней Тэа, а не этим нервным, нелогичным существом, которым ей не хотелось себя признавать.

Что ж, выкинем логику в окно. Не очень-то она ей помогла с тех пор, как стали сниться сны. Она посмотрела в настороженные аквамариновые глаза и послала внутренний голос к чертям собачьим, решив руководствоваться только инстинктом.

- Возможно, это сработает. Давайте попробуем.

Ей показалось, что она увидела вспышку триумфа в его прозрачных глазах, но когда присмотрелась, то заметила в них только определенное мужское довольство.

- Давайте на пару шагов отойдем от воды, - предложил он, сразу же крепко обняв ее рукой за талию и направляя вперед. – Мы все еще сможем видеть черепах. Скажете мне, если объятие будет слишком тесным, хорошо? Я не хочу вас нервировать.

Она хихикнула. И очень удивилась тому, что, оказывается, еще может смеяться. Как тут не нервничать? Она была слишком близко и к воде, и к нему.

- Если бы на мне была обувь, то я бы дрожала от страха[11], - призналась она.

Он мельком глянул на ее босые ноги и на то, как она придерживает подол ночной сорочки, чтобы не намочить ее во влажной траве.

- Здесь могут быть колючки, - наклонившись и подхватив ее под колени, пояснил он.

Теа вскрикнула от удивления, когда он поднял ее, и вцепилась в его рубашку, старясь удержаться. Он усмехнулся, высоко подняв ее и пристроив у груди.

- Ну как?

Пугающе. Возбуждающе. Ее сердце дико колотилось, а наплыв желания стал еще сильнее.

Она бросила взгляд на землю:

- Высоко.

- Вы и высоты боитесь?

- Нет, только воды.

И тебя, большой парень. Но, она поняла, что намного больше прельщена им, чем испугана.

Он нес ее вдоль берега, стараясь не подходить к воде слишком близко, тогда как Теа старалась смотреть куда угодно, только не на озеро. Самой удобной точкой обзора было его горло, сильное и загорелое, с неглубокой уязвимой впадинкой ниже солидной выпуклости его кадыка. Ее губы покалывало от близости его голой кожи, будто она только что прижималась ими к этой впадинке, где так заманчиво бился пульс.

- Мы должны идти тихо, - прошептал он, осторожно сделав несколько последних шагов. Они уже покинули относительную устроенность поросшего травой двора и сейчас находились в зарослях кустарника и сорняков, где, наверняка, полно колючек. Будучи босой, она радовалась, что он ее несет. Деревья здесь росли теснее, заслоняя собой вид на озеро.- Они все еще здесь, на упавшем дереве, что лежит у кромки воды. Не делайте резких движений. Я собираюсь опустить вас вниз, очень медленно. Поставьте ступни на мои ботинки.

И прежде чем она смогла спросить, почему теперь, когда ей так удобно у него на руках, он убрал руку из-под ее коленей и позволил ее телу постепенно скользнуть вниз. Хотя он и позаботился о том, чтобы не дать ее ночной рубашке застрять между ними, трение ее тела, сползающего по нему, было едва ли не более соблазнительно. Она отдышалась. Ее груди и бедра горели, когда она ступнями искала его ботинки и переносила на них тяжесть своего тела. Он тоже не остался безучастным. В области паха у него определенно ощущалась твердая выпуклость.

Однако, в отличие от нее, он, казалось, не обращал на это никакого внимания. Обеими руками он плотно прижимал ее к себе, но его голова была повернута к озеру. Она чувствовала возбуждение, охватившее его, но оно, несмотря на эрекцию, не было сексуальным.

- Их семь, - прошептал он хрипловатым, как у любовника, шепотом. - Они выстроились на бревне в линию, как блинчики серебряных долларов на ножках. Поверните голову и быстро взгляните, я надежно держу вас, так что не бойтесь.

Теа колебалась, разрываясь между желанием увидеть черепашек и страхом перед водой. Она ухватилась за верх его рук и ощутила, как вздыбились его твердые бицепсы, когда он привлек ее поближе к себе.

- Не спешите, - добавил он все тем же шепотом, и она почувствовала как его губы, коснулись ее кудрей.

Она глубоко вздохнула и набралась решимости. Полсекунды спустя она судорожно спрятала лицо у него на груди, содрогаясь и пытаясь подавить подступающую тошноту. Он обнимал ее, успокаивал, слегка покачиваясь вместе с ней, и одновременно бормотал что-то бессмысленное, но подбадривающее.

Две минуты спустя она попробовала снова и почти с тем же результатом.

После четвертой попытки слезы разочарования выступили у нее на глазах. Ричард пытался вернуть ее в дом, но упрямство, с которым были хорошо знакомы ее братья, взяло верх, и она отказалась. Ей Богу, она собиралась увидеть этих черепашек.

Десять минут спустя, она все еще не могла сделать более одного быстрого взгляда, прежде чем паника и тошнота вновь накроют ее. Она была обозлена на саму себя. Сейчас черепашки счастливо грелись на солнце, но они могли скрыться в следующую же минуту.

- На этот раз я сделаю это, - заявила она раздраженно и решительно.

Ричард вздохнул.

- Ну ладно.

Она прекрасно знала, что в любое время он может просто подхватить ее и унести отсюда, но каким-то образом осознавала, что он будет стоять здесь до тех пор, пока она не бросит свои попытки. Она собралась и начала понемножку поворачивать голову.