Вера Чиркова - Поверить в мечту

— Тогда я вообще никуда не пойду, — резко свернула в сторону спальни Тина.

— И сделаешь глупость, — презрительно припечатала моряна.

— Прости, — не выдержал Стан, — я, наверное, слишком нуб в этих женских штучках, но мне тоже непонятно.

— Кто обычно сидит рядом с самой красивой девушкой и откровенно высказывает ей свои замечания по поводу мужчин, не опасаясь обвинений в соперничестве? Кто может спокойно снять пушинку со щеки принцессы, и не заработать ни одного укоризненного или завистливого взгляда? Кто будет прогуливаться с нею рядом и не бояться, что кто-то нахальный оттеснит в сторону?

— Сдаюсь, — подумав немного, помотал головой Стан, — я не могу такого представить. Ни одному ловкачу это не удастся. Мог бы Дагеберт, но его еще вылечить нужно, Тина мне сама говорила, что там в один день всё не выправишь.

— Может… это кто-то, вроде Тарилли?

— Нет, этому человеку не нужна ни имрайская паутина, ни вампирский отвод глаз, — загадочно усмехнулась повелительница, — ему нужно лишь нарядное платье, и осведомленность в интересующих принцессу вопросах. Потому что место лучшей подружки у Адистанны пока никем не занято.

— Моряна! — оскорбленно уставилась на приемную мать Тина, — ты… ты…

— Я же говорила, что ты обидишься, — печально кивнуло гладкое лицо русалки, — на правду люди почему-то всегда обижаются. Причем, мужчины сердятся намного сильнее, чем женщины. За сто лет мы хорошо изучили это человеческое качество, но объяснить, отчего так происходит — не можем. Например, если сказать некрасивой женщине, что она некрасива, она может заплакать, может надуться, но согласится. А если сказать мужчине — он обозлится, обругает, может даже ударить, но ни за что не поверит, испытано. Зачем я говорю тебе про это? Теперь я убедилась окончательно, ты на самом деле по сути своей парень, и я зря потратила столько времени и сил, стараясь помочь тебе смириться с непреложностью. И значит, теперь я буду думать, как помочь тебе вернуть родное тело… в конце концов, это и в моих интересах тоже. Но…

Договорить моряне Костик не дал. В три прыжка оказался рядом, шлепнулся на подлокотник ее кресла и на миг стиснул голову русалки в благодарном объятии.

— Спасибо…

— Отблагодаришь потом, если все получится, — даже в самые деликатные моменты моряна не забывала о выгоде для своего народа, — сейчас беги переодеваться… времени нет… я привела двух сестер… помочь тебе причесаться.

— Ладно, — Тина ринулась к спальне, помнится, там стояло несколько шкафов внушительных размеров, — пусть помогают.

Ради такого обещания он готов был на все, даже ходить в ненавистных юбках с утра до ночи.

Две юные морянки, получившие неслышимое разрешение войти, скользнули в гостиную, окатили Стана горячей волной влюбленных взглядов и исчезли за дверью спальни. Моряна постаралась скрыть понимающую улыбку, несмотря на все передряги и волнения, решительный иномирянин не забывал об увеличении числа ее подданных.

— Ты обещала научить меня закрываться от чужих эмоций, — напомнил Костя, уловивший легкую тень ее довольства, но даже не подумавший на это обижаться.

А что толку обижаться на правду? Он и в самом деле не имеет ничего против нежных и горячих ласк своих новых соплеменниц. Да и поздно теперь бастовать. Уж если ты упал в бассейн с лимонадом, то глупо ограничиться одним глотком. И дети… теперь он уверен, чем больше их будет, тем лучше, настоящие сестры и братья — это здорово. Особенно в государстве морян, где практически нет личной собственности и все общее, море, рыба, солнце и прохладные гроты.

— Много объяснить сейчас не успею, да и для того, чтоб закрываться надежно, нужны тренировки, но основных этапов три… — начала объяснять посерьезневшая моряна.

Почти полчаса, пока дверь из спальни не распахнулась, они увлеченно занимались делом. Уже вернулся уставший слоняться по залам в ожидании жены Тарос, и, услышав, что он ничем не сможет помешать, а наоборот, послужит учебным пособием, сел уничтожать орехи. Потом вежливо постучал Зайл, и его тоже уверили, что ничего секретного тут не происходит. Через некоторое время прибрела Юнхиола, принаряженная ради такого случая в бледно-шафрановое воздушно-кружевное нечто, с искусно подвитыми и уложенными в высокую прическу волосами, закрепленными золотой сеточкой с камнями цвета чайной розы.

Тарос и Зайл с вежливым воодушевлением наговорили порозовевшей от удовольствия занийке кучу комплиментов, моряна тоже похвалила выбор платья и прическу, только Стан окинул ее быстрым взглядом и буркнул, что она молоток.

Хватило ума, наконец, досконально разобраться, в сложных чувствах девчонки и сопоставить все прошлые факты и события. Жаль, конечно, что раньше ничего такого ему в голову не приходило, ну так и читать эмоции так, как сейчас, он тогда даже близко не умел. И хорошо, что не умел… сейчас бы мучился осознанием сделанной ошибки. А так — всё сложилось просто замечательно, и он очень рад, что не наделал еще больших промахов, чем те, которые совершил по недомыслию.

Да и сама Юнхиола, судя по цвету эмоций, на такое обращение особо не обиделась, значит, начинает понемногу привыкать считать его братом, а не кандидатом в бой-френды.

Стан облегченно выдохнул, хоть одной проблемой меньше.

Тина вышла в гостиную в темно-синем, под цвет штанов клона платье, напоминавшем фасоном очень длинную мужскую рубашку, вроде тех, в каких ходят арабы. Только юбка пошире. Единственное, что его украшало — плетеный из серебряных нитей поясок, на котором висел кошель целительницы. Волосы девушке подняли вверх и уложили на затылке причудливыми завитками из косичек, закрепив серебряными шпильками с цирконами. В ушах ее покачивались серьги, явно входящие с заколками в комплект.

— Ты уверена, что это самое нарядное платье? — осторожно поинтересовалась моряна.

— Я уверена, — метнув в сторону Тароса бдительный взгляд, — сообщил Костик, — что у твоей загадки есть еще один ответ. И он прост — целительница. Именно ей можно все то, что ты мне рассказала. А если еще объединить два в одном… — он воинственно приосанился, — ну, идем мы или нет?

— Выше тех, кто унаследовал звание знатного господина вместе с приставкой к имени "ле", только король. Принцы имеют право выбирать невесту или жениха только среди тех, у кого есть этот знак урожденной знатности, — потихоньку объясняла Линел, кого они встретят, когда придет время выхода в тронный зал.

Ярослава вместе с моряной ждала детей в небольшом, уютном зале, примыкающем к приемному, где уже собралась знать и самые почтенные представители всех столичных структур. Ей как-то некогда было раньше задумываться, сколько в Дилле людей, сидящих на вершине человеческой пирамиды. А теперь слушала и понимала, ничуть не меньше, чем на родине. Знатные господа и богатые горожане, старшие офицеры и представители правителей других континентов. А еще главы всевозможных гильдий, купцов, ремесленников, ювелиров, просветителей и священников… и их помощники. Запутаться можно с непривычки. Тем более, мысли время от времени уходят совсем в другую сторону.

Утром она не стала разбираться с начавшими ее делить мужчинами, не до того было. Хотя представительный мажордом, едва не заплакавший от счастья, когда гвардейцы выпустили старика вместе с остальными слугами из заточения, устроил всех на ночлег очень быстро и профессионально. Вежливо расспросил, кто кому кем приходится, и повел наверх показывать покои. Толпа служанок, убежавших вперед, к их приходу успела зажечь свечи, застелить чистое белье и ополоснуть вытесанные из цельных глыб мрамора круглые емкости, стоящие в туалетных комнатах, вместо привычных ванн.

Едва взглянув на бегущую из медных кранов горячую воду, Слава припомнила, что последний раз ей удалось посидеть в теплой воде еще на Зании, в деревянной бадье гостиничной мыльни. И сразу раздумала немедленно разбираться с драчунами. Никуда они не денутся. Но Стану все же пришлось все рассказать, от старшего теперь невозможно отделаться так же просто, как от остальных, беззаботно махнув рукой.

— О чем ты все время думаешь, — вдруг напрямик спросила землянку моряна, чуть понизив голос и оглянувшись на стоявших у дверей в приемный зал гвардейцев, — не хочешь мне рассказать? Я знаю обычаи всех народов этого мира… могу объяснить, если что-то непонятно.

Ну, вот как раз это-то Слава давно заметила, про центральный мир и его жителей моряны говорят много охотнее, чем про себя, но вот откровенничать пока была не готова. Как-то слишком внезапно все произошло… не бывает так в жизни, она же уже давно не наивная второкурсница. Да и осаждающие ее мужчины не пылкие мальчики пубертатного возраста… поверить во внезапную страсть никак не получается. А заподозрить, что у них на уме какие-то сложные политические или материальные интриги, не хватает оснований.