Джен Беннет - Неприкаянные души (ЛП)

И признаться, насколько благодарна ему за свое спасение.

Но больше всего, Аиде хотелось обнять его и сказать, как она сожалеет об их ссоре и о своем упрямстве и глупости, которые не дали ей ответить, когда бутлегер признался ей в своих чувствах.

– Уинтер…

Полицейские машины выехали из-за угла и направились к ним, лишая ее возможности произнести нужные слова тут же на месте.

– Бо, пусть Уилл отвезет ее, – попросил Уинтер.

Затем посмотрел на нее в последний раз, тяжело вздохнул и ушел.

Чувствуя холод и пустоту, Аида послушалась и уехала, потрясенная и молчаливая, с одним из людей Уинтера в дом Магнуссонов в Пасифик-Хайтс. Четыре вооруженных охранника вышли из ворот. Водитель шепотом сообщил новости троим из них, пока четвертый впускал Аиду.

В тихом доме горела лампа. Часы в боковом коридоре показывали почти полночь. Вдыхая успокаивающий аромат апельсинового масла, Аида прошла в прихожую, желая только принять горячую ванну, но замерла по пути к лифту.

У стены лежали ее вещи: элегантный пароходный кофр и другой багаж, который Астрид купила для нее после пожара. Аида стояла перед ними, чувствуя, как последняя опора, поддерживающая силы, рухнула.

– Он хочет, чтобы я ушла, – прошептала чуть слышно.

Вот о чем он собирался поговорить, когда вернется. Вовсе не о примирении, а о прощании. Аида устало вспомнила его слова на корабле: «У нас была интрижка. Медиум спала со мной бесплатно. Обычная вертихвостка, ничего больше».

– Мисс Палмер.

Она утерла слезы и повернулась к Грете:

– Уинтер задержался… Я… – Затем глубоко вздохнула и расправила плечи. – Мне нужна ванна, смена одежды и что-нибудь поесть. А затем, пожалуйста, пусть кто-нибудь отвезет меня на железнодорожный вокзал.

Бесстрастная экономка не ответила, когда Аида прошла мимо нее к лестнице.

Медиум быстро приняла ванну, смыв пот, кровь и запах смерти. Одна из горничных принесла новые чулки, белье и платье из упакованного багажа. И только когда Аида стала причесываться, она поняла, что все зеркала снова убрали.

Поев, она потащилась в прихожую и увидела ожидавшего ее Йонте.

– Мисс Палмер, какое облегчение, что с вами все в порядке.

– Благодарю.

– Но я должен просить вас остаться. Подождите Уинтера, поговорите с ним.

– Думаю, мы уже обо все поговорили.

– Вы уверены?

Аида кивнула и затараторила, чтобы не расклеиться:

– Вы не могли бы отвезти меня на вокзал? Я не думала, что у меня столько багажа. Даже не знаю, как со всем этим справлюсь. Этот кофр больше меня самой.

Йонте хотел было ответить, но вошла Грета.

– Ты потянешь спину, Йонте, попроси Кристофера помочь, – монотонно посоветовала она.

Они заговорили на шведском – судя по тону, о чем-то споря. Не желая мешать, Аида отвернулась и посмотрела на багаж. Что-то незнакомое стояло у кофра. Потрепанный деревянный бокс. Она подошла поближе, чтобы рассмотреть.

На крышке, выкрашенной в тускло-зеленый, виднелся черный штамп. Аида быстро переходила от одного слова к другому: США, 36-я дивизия, звание – капрал. Бригада. Какие-то знакомые цифры. И два слова, от которых екнуло сердце: Сэм Палмер.

Аида опустилась перед боксом на колени.

Ощущая биение пульса в кончиках пальцев, сняла незапертую защелку и приоткрыла крышку. Тут же повеяло затхлым запахом старой парусины и ваксы… этот особый аромат запомнился Аиде с тех редких выходных, когда Сэм возвращался домой с учений, пропитанный полевой пылью и духом армейских казарм. Машинное масло и дождь.

Дрожащей рукой Аида потрогала сложенную рабочую одежду, рукава которой выцвели и поистрепались. Под ней лежало несколько форм и шляпа. Парусиновая сумка со старыми туалетными принадлежностями и бритвенным набором. Три книги, которые Аида подарила брату на Рождество за год до его смерти.

В фуражке цвета хаки лежала всякая мелочь: два кружка металла с именем Сэма и номером, связанные куском бечевки; смятая фотография красивой незнакомой девушки и сложенный бланк «Вестерн Юнион».

Аида осторожно развернула пожелтевшую бумагу. Имя Сэма. Дата: за день до его смерти.

В строке получателя значилось имя Аиды. Прежний адрес Лейнов в Балтиморе.

Это был бланк телеграммы. Сэм заполнил его, но клерк не взыскал плату. Сообщение так и не отправили.

Аида читала наспех написанные карандашом слова:

« У меня потрясающие новости! Сядь, потому что ты не поверишь. Я встретил местную девушку по имени Сьюзен. Тебе она понравится. Я попросил ее выйти за меня, и она согласилась. Знаю, это потрясающе. Только не говори пока ничего тетушке и дядюшке. Расскажу тебе больше в следующем письме.

Очень тебя люблю, Сэмми».

С губ сорвался полузадушенный всхлип. Сквозь слезы Аида снова посмотрела на фотографию, перевернула, и увидела на обратной стороне имя «Сьюзен».

Брат, который сторонился чувств и неоднократно предупреждал об опасностях любви и брака…

Сэм влюбился.

Мир Аиды перевернулся.

– Как такое может быть? – пробормотала она.

– Уинтер выследил мистера Лейна.

– Кого? – Она подняла голову и увидела над собой Йонте.

– Кажется, Эммета Лейна.

– Как?

– Он живет в Сан-Франциско. Уинтер расстроился из-за какого-то предмета, который вы потеряли в пожаре, так что нашел вещи вашего брата.

Аида взяла жетоны и стиснула холодный металл в кулаке, недоверчиво глядя на бокс:

– Уинтер сделал это для меня?

– Да.

Всхлипывая, она сложила бланк телеграммы, оставив внутри фотографию, затем, с помощью Йонте, поднялась на подкашивающихся ногах и спросила:

– Он хочет, чтобы я уехала?

Шофер терпеливо улыбнулся:

– Думаю, вы уже знаете ответ на этот вопрос.

Розовые и золотые лучики утреннего солнца проредили туман, покрывающий Юнион-сквер. Выжатый как лимон и уставший Уинтер едва мог держать глаза открытыми. Он сел на заднее сиденье и Бо увез его из «Шрив энд компани».

Они покинули корабль больше часа назад. Большую часть выпивки удалось вернуть. Гроб Полины отправили по воде обратно в Окленд. Заправилы тонгов занялись всем остальным. Теперь это дело полицейского департамента Сан-Франциско; пришлось дать внушительные взятки, но имя Уинтера никак не будет связано с этим ужасным происшествием.

Теперь ему просто хотелось домой. Там его ждала битва намного важнее, чем схватка с Йипом и его больным сознанием, и осталось всего пара часов, чтобы ее выиграть.