Шерри Томас - Пылающие небеса (ЛП)

– И не думал обижаться, – отозвался Уинтервейл, все еще выглядевший потрясенным.

– Пора идти, джентльмены, – поторопил Сазерленд. – Мы и так вас долго искали. Его высочество станет волноваться.

* * *

По всему телу Тита бежали мурашки.

Инквизитор не пыталась влезть к нему в голову – огромная толпа стала препятствием для мага мысли, который жаждал обследовать один конкретный разум. Но сидеть рядом с ней – та еще нервотрепка. Полудюжина приспешников инквизитора не спускали с Тита глаз, дабы увериться, что он ничего не предпримет и не помешает им в поисках.

Но он бы с легкостью все это перенес, находись Фэрфакс где-нибудь в Сибири. А вместо этого она направлялась к нему в сопровождении Сазерленда и Бирмингема.

День становился все жарче, сорочка липла к спине.

Вот она, человеческая натура налицо. Очередь из жаждущих быть представленными двору Сакс-Лимбурга росла в геометрической прогрессии. Ученики и выпускники Итона налаживали связи с Титом, надеясь подобраться поближе к прекраснейшей из живущих на земле – к леди Калисте. Сестры и матери – ну разве англичанкам есть дело до континентальных князьков? И все же они терпеливо стояли в очереди, их белоснежные зонтики напоминали надетые на нить жемчужины.

К сожалению, длина этой очереди не будет иметь никакого значения, когда появится Фэрфакс. Ее тотчас выведут вперед.

Если сердце Тита застучит еще сильнее, ребро не выдержит и треснет.

Это Купер снова вернулся в начало очереди? Разве он еще не засвидетельствовал свое почтение? Для Купера это было развлечением. Этот остолоп-показушник отрывался вовсю.

Тит жаждал его задушить.

Хотя… Быть может, получится этого идиота использовать?

Когда Купер снова склонился перед леди Калистой, Тит громко сказал:

– А вы что тут делаете, Неттл Оукблаф? И вы тоже, Хейвуд? Разве Инквизиторий теперь дает своим заключенным выходные? – Потом насмешливо улыбнулся Куперу: – Купер, прекрати быть таким бесполезным олухом. Ты ведь чье-то место занимаешь. Убирайся! Хотя нет, подожди. Отправляйся и найди Бирмингема с Сазерлендом. Почему они до сих пор не вернулись? Они оскорбляют меня своей бестолковостью.

* * *

Сазерленд без умолку твердил о красоте леди Калисты. Бирмингем от излияний Сазерленда был уже не в восторге.

– Не отрицаю, леди Калиста прекрасна, но она же возраста наших мам или даже старше.

– И что? – спросила Иоланта, слегка толкнув Сазерленда локтем. – Мне-то она мамой не приходится.

– Точно, – засмеялся Сазерленд. – Вот Фэрфакс меня понимает. Хотя мне бы хотелось, чтобы ее не сажали рядом с той ведьмой. У меня от этой женщины кровь в жилах стынет.

Иоланта остановилась на ходу. Эта женщина.

– Ты имеешь в виду кормилицу принца?

Бирмингем с Сазерлендом хихикнули.

– Да скорее камень даст молоко, чем она, – заметил Бирмингем.

– Мои шарики скукожились бы навсегда, если бы мне пришлось пить из ее груди, – заявил Сазерленд.

Иоланта сделала вид, что хмыкает. Инквизитор. Когда же она пришла в себя? И что она делает в таком общественном месте, знакомится с друзьями принца и все? Сможет ли она словно кувалдой разбить его разум, когда вокруг тысячи людей?

Перед ними выскочил Купер:

– А, вот вы где. Мне поручили вас найти.

– Фрэмптон и тебя отправил? – Голос Бирмингема звучал не особо радостно, ведь это намекало на его некомпетентность.

– Нет, принц лично послал меня за вами, – гордо ответил Купер.

Тревога Иоланты тут же усилилась. Принц без причины никогда и ничего не делает. Он наверняка знал, что Сазерленд и Бирмингем уже пошли за ними. Так зачем еще и Купер?

– Ну и денек у тебя сегодня, Купер! – сказала она. – Тебе всегда нравилось, когда принц вел себя соответствующе.

– Словами и не описать, насколько он величественный. Человек, рожденный властвовать.

Бирмингем фыркнул.

– А еще кто-нибудь прибыл из двора Сакс-Лимбурга, окромя его дяди, прекрасной леди и той страхолюдины? – поинтересовалась Иоланта.

– Ага, целое полчище слуг.

Купер задумался. Иоланте казалось, что она могла услышать, как у него в голове вертятся шестеренки.

– Может, и не все из них слуги. Принц назвал по имени двух из них и сказал что-то вроде «А когда из Транзитория стали выпускать арестантов?». Как думаете, некоторые из них могут быть политическими заключенными?

– Ну ты и кретин. – Бирмингем явно устал от болтовни Купера. – Кто приведет политзаключенных на школьный праздник? И что это за слово такое – «транзиторий»?

– Я лишь повторил, что сказал принц.

Иоланта не слышала ничего, кроме шума в ушах. Вот оно, сообщение принца: учитель Хейвуд и миссис Оукблаф привезены в Итон для опознания. А после – ее тут же схватят.

«Беги! – вопило чувство самосохранения. – Перескочи куда-нибудь. Куда угодно. Убирайся отсюда!»

Но что случится с ним, если она убежит? Если вдруг закадычный друг принца пропадет с лица земли, когда в Итон приехали способные опознать Иоланту Сибурн, то даже Алект сможет сообразить, что к чему. И принц снова окажется в Инквизитории. И на сей раз никого не будет рядом, чтобы помешать инквизитору буравить его мозг.

Если только…

Нет. Вот уж совсем безумная идея.

Но придется. Выбора нет. Больше помочь ей некому.

– Ой! – вскрикнула Иоланта, обхватив живот руками.

– Что такое? – одновременно спросили ребята.

– Живот. Не стоило мне пить то имбирное пиво. Готов спорить, старая карга варит его на воде из канавы.

– Быстро беги в уборную, – посоветовал Бирмингем. – Когда имбирное пиво просится наружу, бьет от души.

– Хочешь, пойду с тобой? – с готовностью предложил Купер

– И что? Будешь мне задницу подтирать? Ты – личный посланник принца, так и передай ему от меня сообщение. Скажи, что я появлюсь сразу после свидания с толчком.

Уже на этих словах Иоланта побежала.

Чтобы через минуту врезаться на полном ходу в Трампера и Хогга, преградивших ей дорогу.

– О, посмотрите, кто сегодня без друзей и без бейсбольной биты! – воскликнул Трампер.

Хогг хмыкнул, ударив кулаком одной руки по ладони другой.

– Попрощайся со своим смазливым личиком, Фэрфакс. После того, как мы поработаем с тобой сегодня, ты будешь похож на паштет из печенки.

Ругнувшись, Иоланта ударила Трампера в живот. Тот взвыл. Хогг бросился на нее и руками обхватил ее шею в удушающем объятии. Она ударила его локтем по почке. Хогг взвизгнул от боли и отскочил назад. Трамперу, снова присоединившемуся к драке, Иола засадила коленом в пах. Трампер с пронзительным криком свалился на землю.