Александр Бромов - Игры богов

— Сумасшедшего? — уточнил герцог, и, дождавшись утвердительного кивка, снова повернулся к плачущей душе, вглядываясь в нее.

— Милис, — Лас оглядел всех по очереди и тяжело вздохнул, — там совсем плохо: никого не видит, не слышит. Отец сказал — душа ее покинула.

Сестра так и не смогла оправиться после смерти мужа, постепенно погружаясь в призрачный мир воспоминаний, пока не осталась там навсегда, не сумев смириться с потерей любимого.

Клер? Амен задумчиво посмотрел на гостей и мотнул головой в сторону Элизабет:

— А подойдет дракону йёвалли?

— А почему нет? — удивился принц, начиная постепенно оживать.

Это же шанс для Бетти! Жить дальше. Должен же Таамир узнать любимую, в каком бы обличии она не была! Он же любил ее. Любит, поправил он себя. Любит! По-настоящему! Так какая разница, как она выглядит, если в любом случае это будет Бет?

Но ашурт, мотнув головой, резонно возразил:

— А дети?

— Но Бет была человеком, и любви это не мешало, — ответил Ласайента, недоуменно пожав плечами.

Вардис вздохнул и прошелся по комнате:

— У людей и драконов возможны дети. Не слабые маги, между прочим. А вот между….

— Понятно, — перебил его Сантилли и наморщил лоб. — Кто-то там у Таамира умирал от любви по йёвалли, — он, наконец, отнял руку от перегородки и задумчиво почесал бровь. — Можно узнать по-тихому?

Через полтора часа заговорщики были в курсе несчастливой любовной истории. Девушка-дракон влюбилась в графа Фрери из рода Хонор, но тот был к ней абсолютно равнодушен, не смотря на все ее прелести и прочее и прочее. Сердцу не прикажешь, как говорится. Хелене даже отважилась на неслыханное, сама признавшись в любви. И скорее всего, именно поэтому блистающий при дворе Андерса граф внезапно сбежал к себе в замок, бросив все. Никогда еще демоны не женились на драконах. Ночь провести — пожалуйста, но от остального — увольте! Бесперспективный брак, кому он нужен?

— Красивая, немного застенчивая, есть старший брат, после скандала живут обособленно, почти ни с кем не общаются, — перечислял Лас, — Ничего, что у нее титул баронессы?

— А нам какая разница, — фыркнул Сантилли, — лишь бы согласилась.

В результате всего была разработана многоходовая комбинация. Сначала в план посвятили Шона, затем он и Лас должны были обработать Андерса, чтобы тот согласился на обмен. Потом надо было уговорить девушку-дракона пойти на риск: может быть, граф, увидев принцессу, неравнодушную к нему, влюбится и бла-бла-бла, а, может быть, и нет. Но, опять же, кто устоит против принцессы? Только дурак. И только потом в курс происходящего ввели душу Элизабет.

— Учти есть опасность того, что ты все забудешь, — предостерег ее бог смерти, но душа так умоляюще посмотрела на него, что он невольно улыбнулся и шутливо погрозил пальцем. — Я тебя предупредил, потом без претензий.

— Дракона посвящать будем? — спросил Вардис.

— Нет, — решительно покачал головой герцог, — вдруг ничего не получится.

Элизабет сердито стукнула по стене кулачком и выразительно посмотрела на него.

— У меня?! — возмутился Клер? Амен и смерил демона презрительным взглядом, сложив на груди руки.

Они, конечно, очень умные и вообще самые мощные мозговые центры этой и соседней вселенной, поэтому совершенно не обязательно думать о том, где и с кем может находиться Андерс, если к нему ввалиться без приглашения. Конечно, удобнее всего отключить головы, чтобы потом, замерев посреди гостиной Таамира, переминаться с ноги на ногу, стараясь придать лицам соответствующее ситуации выражение.

Сантилли не мог смотреть на совершенно седого Ин Чу, отрешенно отвечающего на вопросы, когда к нему обращались. Но он уже не молчит так страшно, как вчера, значит, друзья не зря тормошат убитого горем дракона.

Андерс с неудовольствием оглядел молодежь, глядящую на него умоляюще, и вышел с ними в кабинет, где его без предисловий озадачил Ласайента. Шон чуть не убил младшего брата, испортившего всю подготовительную речь.

Король усмехнулся:

— Фрери камин топил письмами этой ненормальной. Нет, я наводил справки, девица неглупая, даже умная и начитанная, но от любви голову совершенно потеряла. У ее брата терпения оказалось меньше, чем у графа, и он увез ее, пока она совсем семью не опозорила, — Андерс хмыкнул и посмотрел на притихших молодых демонов. — А теперь вы предлагаете обмен.

Он прошелся по кабинету, обдумывая предложение и, наконец, спросил:

— Клер? Амен гарантирует, что все получится? — и после того, как молодежь дружно это подтвердила, согласно кивнул головой, спокойно посоветовал взять с собой Элерин и ушел.

Ласайента поймал себя на мысли, что он не смог бы так невозмутимо вести себя, если бы ему предложили такое, и вздохнул: учиться ему еще и учиться у отца, но Шонсаньери отвлек его от мыслей, отвесив братский подзатыльник и посоветовав думать хотя бы иногда.

Предстоял визит к императрице — заговор начинал шириться.

Девушка несколько раз хлопнула заплаканными глазами, потом до нее дошло, и она бросилась одеваться и краситься. После этого возникла небольшая заминка с порталом: куда, если у них нет ни адреса, ни малейшего представления о влюбленной девице?

— Придурки, — вынес приговор самим себе Шон и чуть не плюнул на пол от досады.

Императрица на мгновение наморщила лоб, а потом спросила:

— Эдингер же должен знать всех?

Сантилли от души поцеловал ее в лоб и мысленно позвал дракона: «Ты нам нужен! СРОЧНО!». Ин Чу, только что уснувший после тяжелого дня и ночи, послал друзей очень далеко и прочно, но когда герцог пояснил, что это касается Таамира, буркнул: «Сейчас».

Не надо объяснять, куда советник направился спросонья? Он хмуро оглядел беседующую компанию, которую недавно оставил, и уже открыл рот, но быстро сориентировавшийся в ситуации Андерс вытолкал его в кабинет и оттуда отправил к заговорщикам.

— Деятели, — Эдингер устало растер лицо, когда его ввели в курс дела, — Другого кого-нибудь не могли попросить?

— Ты самый надежный, — выкрутился Шон.

Но дракон все понял, не у него одного плохо с головой в последние дни, хмыкнул и открыл портал прямо в замок.

Девушка сидела у камина и вязала что-то ажурное и блестящее. Мирно тлели угольки, в соседнем кресле вытянулся здоровенный рыжий котяра с оборванным ухом, настороженно приоткрывший на гостей глаз. А вот собака, лежащая у ног хозяйки, даже не пошевелилась.

Клубки полетели на пол, кот рванулся их ловить, логично утянув в погоню вязание, вскочившая баронесса споткнулась о пса и наступила ему на хвост, чуть не упав. Больше ничего не изменилось.