Мой любимый Киборг (СИ) - Анна Кривенко

остались только глаза: не человеческие, серебристые, любящие…

В конце концов, моя память угасла окончательно, и только лишь неутихающая боль в груди и вечный поиск кого-то на этой земле не давали мне покоя ни в одно из моих перерождений…

Прошли тысячи лет…

Я родилась в современном Ишире, и меня назвали Исидой…

Когда я увидела киборга с глазами цвета тусклого серебра, я тут же заявила: он мой! Он только мой!!!!

Руэль??? Какое прекрасное имя! Самое лучшее!!!

У меня было ощущение, что я всю жизнь его ждала. А когда он впервые меня поцеловал — тогда, у фонтана — я ощутила, что больше никогда не стану прежней. И плевать на то, что он киборг! Он часть меня!!! Я искала его тринадцать тысяч лет, хотя и не помнила ничего…

Сделав неглубокий вдох, я приоткрыла глаза.

Изображение было размытым, туманным, но лицо Руэля, склоненное надо мной, и его ласковый взгляд я смогла рассмотреть. Внутри разлилась радость. Все еще наполненная странными сновидениями, я приглушенно прошептала:

— Ты все-таки нашел меня, муж мой!..

Однако силы меня сразу же оставили, и я погрузилась в непроглядную тьму беспамятства без сновидений…

Очнулась от ласкового поглаживания по руке. Вокруг был гомон голосов, и я поняла, что сейчас нахожусь в казарме.

Приоткрыла сперва один глаз, потом второй… Руэль сидел рядом: это он гладил мою руку. Увидев, что я очнулась, он широко заулыбался и тут же поцеловал меня в лоб.

Резко смолкли разговоры, и я осторожно обвела взглядом окружающих парней. Они смотрели на нас недоуменно, а я начала покрываться краской смущения.

Все это так быстро вернуло меня к реальности, что я тут же попыталась сесть. Руэль помог мне, а я еще немного поборолась с головокружением, а потом уже более внимательно посмотрела вокруг.

— Что со мной произошло? — прошептала я, но воспоминания возвратились раньше, чем Руэль успел ответить. Монстр с лицом Фэргюса, его уродливая инопланетная сущность, его кровь, отравившая меня…

— Руэль, это ты меня нашел? — прошептала я, и когда он кивнул, снова спросила:

— Как давно?

— Полтора часа назад, — ответил он, а я начала лихорадочно соображать. Произошедшее в кабинете этого существа, очевидно, было реальностью, а вот сны после этого — реакцией на отравление организма. Все эти перерождения и прочее… очевидный бред. Хотя…

Я перевела взгляд на Руэля. Он смотрел на меня с такой же безграничной любовью, как и тогда, перед моей якобы смертью…

Я печально вздохнула. Наверное, я так сильно хочу видеть в нем кого-то живого, а не просто машину, что мое подсознание выдает мне вот такие ошеломительные истории…

— Исида, как ты себя чувствуешь? — прошептал Руэль, наклонившись к моему уху. — У тебя ничего не болит?

— Нет, — ответила я. — Со мной все в порядке…

— Послушай, — Руэль отчего-то взволнованно облизал губы. — Я ненадолго отойду, но ты оставайся здесь и ни за что, слышишь, ни в коем случае не выполняй требований Фэргюса Лурда!

Он сказал это так серьезно, что я поняла: Руэль все знает на счет этого существа! Мне стало тревожно.

— Он не человек, — прошептала я. — Он страшно опасен…

— Я знаю, — пробормотал Руэль, — И я остановлю его…

С этими словами он поднялся и быстро исчез за дверью.

Парни подходили ко мне по очереди и желали скорейшего выздоровления. Новеньких — детей погибшего ученого — в казарме не было. Девушки тоже не присутствовали, но, как только я об этом подумала, из душевых появилась Моника. Её выражение лица заставило меня напрячься. Я вдруг резко ощутила целую гамму ее эмоций: настороженность, опасение, возбужденность и решительность. Именно с этой решительностью она прямиком направилась ко мне.

Она неожиданно попросила меня поговорить с ней, и я нехотя отправилась с ней в ближайшее кафе. Просьбу Руэля побыть в казарме я помнила, но и Монике отказать не могла.

Так как я была очень слаба, она заказала для нас сладостей и молочный напиток, а потом очень серьезно посмотрела мне в глаза.

— Исида, то, что я скажу, может очень шокировать тебя, и, возможно, ты не захочешь мне верить. Я даже пойму, если ты не поверишь мне, но… я не могу молчать. Все слишком серьезно и опасно!

Я напряглась.

— Исида! На территорию базы проникли… пришельцы!!! — взволнованным шепотом произнесла она.

Мои глаза изумленно расширились. Она узнала про Фэргюса Лурда? Он не один такой?

— Как ты узнала? — пораженно прошептала я, а Моника изумленно вскинула брови.

— Так ты в курсе?

— Да, — кивнула я. — Один попытался… учинить насилие надо мной несколько часов назад…

Лицо Моники стало смертельно бледным.

— И что ты теперь будешь делать? — настороженно спросила она.

— Руэль обещал помочь и защитить меня! — ответила я, а девушка стала еще белее. Из ее груди вырвался горький вздох.

— Исида! Руэль — один из них!

Я замерла. Что за бред она несет???

— О чем ты, Моника???

И она рассказала: о лже-Лукасе и его стирании памяти всем подряд, в том числе и мне. Рассказала, что на Зиграме было пленение, битва и нахождение в странном подземном сооружении явно инопланетного происхождения. Рассказала, что каким-то образом на нее не подействовало ментальное внушение, и она единственная, кто смог все это не забыть. И самое главное: так называемые «дети Джона Маккейна» — это никакие не иширцы, а пришельцы, которые управляют Руэлем, как марионеткой.

— Подозреваю, что они собрались навредить нашему народу, — закончила Моника, а я пораженно смотрела сквозь нее.

Одна только мысль, что Руэль кем-то запрограммирован на «любовь» со мной, ужасала меня до глубины души. И если его «хозяева» действительно рядом, зачем им это надо?

Свои мысли я высказала Монике, на что она тут же ответила:

— Они проникли сюда тайно и постоянно стирают всем память по своему усмотрению. Думаешь, ты в казарме просто так очутилась? Прежде тебя отправили в лазарет, где доктор Миранда Торн подлечила тебя после какого-то отравления, но она, естественно, разоблачила твой пол! Так этот Мирам, то есть Лукас, сразу же стер ей память и внушил, что ты парень. Он делает это одним взмахом руки!

— Но… зачем ему прикрывать меня? — оторопело прошептала я, совершенно не понимая происходящего.

— Зачем-то мы им нужны! — еще более тихо, но с горячностью произнесла Моника. — Может, все дело в том, что мы… женщины? Может они ищут подходящих для себя самок???

Я невольно вспомнила мерзкое шипение лже-Фэргюса и его