Связано с любовью (СИ) - Марьяна Брай

она – испанитка. Она хочет просить тебя организовать такое-же производство у них.

– О! Флора, я не знаю, по-моему, чтобы это сделать, нужно, чтобы от нас кто-то поехал туда, и проследил за тем, чтобы там все было четко. Ну, ты понимаешь, что у нас на эти пледы есть документ, а значит, мы должны получать с них деньги.

– Она, судя по всему, хочет быть там единственной, кто продает эти пледы. Когда она увезла первые, они разошлись как горячие пирожки на площади зимой, Рузи, и люди просят еще.

– Мы можем отправлять их кораблями – раз в месяц уходят суда – я узнавала. У меня уже была мысль найти там точку, в которой будут продавать только наши пледы. Нет, у них мы пока вязать не будем, мне нужен человек, который там справится со всем один. Я еще не могу быть этим человеком, потому что в планах у меня – сначала расширяться здесь.

– И если она оплатит эти сто пледов…

– Да, Флора, если она оплатит эти сто пледов, я смогу купить огромный цех. Леова уже присмотрела один – отличное место – недалеко от пристани, но место не проходное – там не будут шастать обыватели. Мы сразу наймем еще человек шесть – семь, и дело пойдет быстрее. Мы будем отправлять больше сотни в месяц. Предложи ей этот вариант. Я могу составить договор, дать тебе его со своей подписью, а она получит свой экземпляр.

– Хорошо, я поняла, это такая радость, Рузи, я и не думала, что мы развернемся так широко! – вставила Оливия.

– Да, дорогая, а еще моя новинка, что привезу вам на днях. Она точно заставит купить даже тех, кто уже покупал, - я была рада такому повороту событий. Нужная сумма наберется, если этот заказ состоится. – Флора, попроси ее зайти послезавтра – у тебя уже будет новый плед!

– Как скажешь, Рузи, а я уже думала учить Оливию и отправлять в Испаниты  - уж очень не хочется терять такие заказы, - она вдруг посмотрела на Клару и заговорила чуть тише: - Рузи, я приехала еще по одной причине. Возможно ты не знаешь, но Анна – жена Бертона, ну, племянника твоего мужа… Она пропала, вот уже неделю назад. Говорят, что не исключено, что ее украли, и сейчас будут требовать выкуп.

– Да что ты говоришь! Вот ведь незадача! – я моментально вспомнила о том споре, что был между Анной и Бертоном, о том, что она отправляла куда-то его деньги, и был человек, который сообщил – кто обналичивал его чеки.

– Ты давно была в поместье? – спросила Флора.

– Месяц назад, но я просто навестила Элиота – он приболел, но, когда я уезжала, он еще оставался в постели. Со своею охотой он все никак не поймет, что в его возрасте стоит быть уже поскромнее, и не лихачить, но лошади заменяют ему ноги, которые уже не так хорошо слушаются.

– Говорят, Бертон послал ищеек везде, и он сам не появляется в обществе. Его брат Рональд не отвечает на вопросы, и тоже избегает людей. Всю неделю это хранилось в секрете, но потом, все же, слухи начали просачиваться.

– Бедный Бертон. Он не заслуживает такого, - только и могла я ответить. Мне хотелось все бросить, и отправиться к Элиоту, но это не моя семья, и давать знать, что в курсе, было некрасиво. Приехав сейчас я буду напоминать коршуна, который явился за новыми подробностями сплетни.

– Да, жаль. Ведь они так любят друг друга! – Оливия искренне переживала за Анну и, скорее всего, знала ее раньше.

– Оливия, скажи, а с Анной ты знакома хорошо? Вы ровесницы, и могли бывать в одном обществе, - спросила я, боясь выдать себя заинтересованностью, но знать о ней больше я все же хотела. – Их семья была богата?

– Я не сказала бы, что мы подруги, но нас посещал один и тот же учитель музыки. Иногда мы вместе музицировали – на приемах вызвала фурор игра в четыре руки. Она никогда не делилась планами, ее знакомство с Бертоном было случайным – он успел нагнать ее лошадь, когда она понесла, и Анна не упала из седла. Она осталась в их особняке, когда приходила в чувства. Так у них началась симпатия, а потом и любовь, - Оливия рассказывала их историю с таким воодушевлением, словно это была сказка, в которую хотела попасть каждая девушка. – А о достатке… нет, они не были богаты, и ей, как и ее сестре нужно было найти хорошую партию.

После их ухода, я поднялась в комнату и продолжила мотать нити. Голова работала отдельно от рук, и я понимала, что сценарий с понесшей лошадью был хорошо продуман, и нежная для всех Анна на деле не та, за кого себя выдает. Я на секунду прислушалась к себе, и поняла – я хочу, чтобы мои подозрения оказались правдой. Я считала, что ее не украли – она сама убежала с любовником набрав необходимую сумму. Или вовсе, ее замужество было запланировано только с одной целью – подоить денег с Бертона.

Нежная фиалка, оказавшаяся в результате крокодилом с огромной челюстью полной зубов – редкость в этом мире, но у нас этим пестрят все ток-шоу. Даже я обманулась ее внешностью, когда увидела впервые, что говорить о молодом мужчине, когда на тебя поднимают кристальной синевы глаза, и смотрят в душу так, словно сами Ангелы дают напиться.

Договор с испаниткой, которую я про себя все же называла «испанкой», к моему огромному счастью подписали, и через пару недель мы с Флорой ехали осматривать мой личный цех.

Я уже присматривалась к нему, но второй этаж кирпичного здания был закрыт. Первый пока занимал склад, и поговорив с управляющим, я обошла его полностью. Его хватило бы и под покрасочную и под склад сырья и готового продукта. Руки чесались быстрее посмотреть второй этаж. Он был высоким, по ощущениям – третьим из-за того, что первый этаж имел высокие потолки.

Кирпич внутри был целым, но пыль, что лежала в швах, делала стены похожими на сены старинного замка. Жаль, нет пылесосов, но прямо через дорогу целое море, и используя ручные насосы, можно помыть все, поливая из шлангов, похожих на пожарные рукава – тканые, полые трубы в диаметре сантиметров десять. Ладно, хоть это было,