Наследие предков - Валерия Дашкевич

иголок скрутились внизу живота. Одной рукой он расстегнул молнию на платье, от чего то упало к моим ногам, оставляя меня в одном белье.

- Ты прекрасна! Как долго я тебя ждал, - он бережно положил меня на кровать и стал изучать мое оголенное тело. Он поцеловал мою грудь. И  когда его язык начал ласкать сосок, я задыхалась от нахлынувших чувств. Я выгнулась в спине, а он застонал, используя вторую руку, чтобы массажировать грудь, лишенную внимания его рта. Он осыпал поцелуями  кожу, нежно посасывал соски и облизывал их языком. Потянувшись руками к его рубашке, я расстегнула несколько пуговиц и коснулась гладкой и теплой кожи. Он был твердым и мускулистым. Слишком идеальный. Я водила пальцами по его груди и не отводила глаз от красивого лица, на котором застыло выражение муки. Одним движением он избавился от штанов и рубашки. Я наблюдала за его действиями, закусив губу и трепетала от предвкушения. Даромир поднял на меня затуманенный от желания взгляд, и вошел в меня одним мощным толчком. Я крепко схватилась за него, взъерошивая ему волосы. Все мое тело трепетало, разряды электричества пробегали по венам. Ноги начали дрожать, дыхание стало хаотичным. У меня из горла вырывались мягкие всхлипы и стоны. Все тело было будто в огне, вспышки бегали по нервам, все тело горело.

Прижимая к себе мягкую подушку, которая пахла моим демоном, провела до другой стороне кровати рукой, но там никого не было. Приоткрыв глаза, убедилась: так и есть, я в кровати одна; немного обидно провести с любимым мужчиной ночь, а наутро проснуться одной.

- Доброе утро, - услышала сбоку. Завернувшись в одеяло, присела на кровати, Даромир в легких брюках и в белой, наполовину расстегнутой рубашке сидел в кресле.

- Доброе, давно проснулся?

- Нет, завтрак на столе, - немного подумав, я все же решилась

- Помнишь, я тебе рассказывала о змеелюдях, и как они пытаются проникнуть в наш мир? - взгляд Даромира стал серьезным. Мда, можешь ты, Кира, находить идеальный момент для разговора, но тянуть больше не хотела.

- Помню, - веселость и беззаботность вмиг слетели с лица демона.

- Так вот, Ядвига сказала, что прорыв скоро и без моей помощи не обойтись.

- Это же не все?.. - внимательно посмотрел на меня мужчина.

- Да, они проводят жуткие жертвоприношения, - собравшись с мыслью, произнесла. - Я хочу остановить их, чтобы не было больше жертв и с той стороны, и с этой, - не говоря ни слова Даромир поднялся с кресла и подошел к окну, став спиной ко мне.

- Ты знаешь, чем это может грозить тебе?

- Догадываюсь.

- И ты только сейчас решила сказать мне о своих планах.

- Я не знала, когда лучше сказать об этом, - в ответ тишина, которая убивала, не давая надежды на будущее.

- Оставь меня… - бесцветным голосом произнес демон, все так же смотря в окно. Его слова набатом бились в голове, я боялась…

Глава Двадцать восьмая. Грасион

Война выгодна бездарным. Талантливым всегда выгодней мир.

Михаил Задорнов

Несколько минут смотрела невидящим взглядом в пустоту, в голове звучали последние слова Даромира: ”Оставь меня”… Оставить, да ни за что, я только обрела свое счастье, и оставить, нет, друг мой ситцевый. Я не права, не верно выбрала время и не сказала тебе раньше, но отпустить тебя не могу. Закутавшись в светлое одеяло, не спеша подошла к своему демону, прислонилась к нему грудью, ощущая, как плечи напряглись, словно мужчина пересиливал себя.

- Гони меня, я не уйду. Мы все совершаем ошибки, моя ошибка в том, что не смогла довериться тебе, слишком поздно я поняла, что ты значишь для меня. Я долго не могла понять, что значит любить, и только теперь, кажется, понимаю - это когда ты не можешь уже без этого человека, когда отвечаешь за его настроение и за то, что происходит с ним в жизни, - с каждым словом я понимала, что если он захочет уйти, я отпущу его, как бы больно мне не было. - Скажи хоть что-нибудь,  не молчи, прошу, - Даромир словно средневековая мраморная скульптура стоял молча.  - Прости, - больше ничего не говоря, я отстранилась. Тепло сменилось холодом, словно инеем все запорошило. Ох, как же хотелось прижаться к его теплому телу, поцеловать. Как можно быстрее накинула на себя платье и только у двери позволила себе оглянуться назад, демон так и стоял отрешенный у окна, слышал он мои слова или нет, уже не знаю. Теперь мне и не страшно умереть, главное, чтобы он был жив и счастлив. Прости меня, как поздно мы понимаем то, как дорог нам человек. Непроизвольно крутила на безымянном пальце серебряное колечко. Отдать его не могу, все внутри кричало «мое»! Так пусть будет память о вечере и об этой ночи, ночи с тем, кто разделил со мной полет и небо. С тяжестью в сердце я покидала комнату, наверное, уже не моего демона. Забыв об осторожности, вышла в коридор, где тут же налетела на вампира:

- Позволь узнать, что ты тут делаешь? - раздался над головой голос  Борица. Да черт бы тебя побрал, вот что ты тут вечно лезешь, неужели в выходной день заняться больше нечем?! И что ему ответить? Кажется, мое молчание приняли по своему: - Что, красотка, не знаешь кого следующего утешить ? - черт, представляю, что у меня за видон. Но своим замечанием он разозлил меня ещё больше.

- Слышишь, клыкастый, шел бы ты себе молча, искал бы для своих утех другую, - кажется вампир был ступоре, чем я и воспользовалась: быстро проскользнула мимо каменного изваяния и дала деру со всех ног. Соображаю, что вампир быстрее меня, попробовала обернуться финистом, но ничего не вышло. Вот же блин блинский с этой магией, как кнопка от старого телевизора, вечно заедает. Подобрала на ходу платье и с низкого старта, увеличивая скорость, побежала к себе на этаж. Слава не пойми кому, комната была открыта. Дарослав мирно спал на кровати, закрыв на щеколду дверь, быстро направилась в ванную избавилась от платья, успела натянуть штаны и рубашку, когда раздался стук в дверь. Хорошо, что кулон оставила в ванной, руки тряслись и не с первого раза мне удалось застегнуть замочек. Стук повторился, слышу поднялся Дарослав.

- Наказник Бориц, чем могу быть