Тюрина Татьяна - Четвёртая Жрица. Путь друг к другу.

И, едва сдерживаясь, он повернулся и посмотрел на жрицу:

— Готова?

Риана, не отрываясь, наблюдала, как воины рассыпаются по сторонам, пытаясь преградить путь, но так как их было не так много, среди них начинали появляться прорехи. А воины, которые скрывались за ними, не имели такой же хорошей брони.

— Что с лучниками? — вдруг спросила она.

— О них уже позаботились, — послышался голос Лекамира и, обернувшись, они заметили, что тот стоит вдвоём с принцессой. — Мои люди, пока вы там играли в бессмертных, пробрались мимо и скоро доберутся до стены.

Риана осторожно выглянула и успела заметить, как рыцари, взобравшись на стену, напали на лучников. Данарий быстро доставал свои последние стрелы и пускал одну за другой в противников, в то время как трое других напали на ничего не ожидающих врагов, орудуя уже мечами. Разве что только Баритан время от времени раздавал удары своими огромными кулаками, а Марвин, налетая на стражников с разбегу, просто сшибал особо зазевавшихся вниз. А вот внизу остальные воины, видя, что лучников атакуют, начали суматоху, так что медлить было нельзя.

— А сам что? — усмехнулся Аккес, тоже успев оценить ситуацию.

Лекамир смерил его гневным взглядом.

— Я прикрывал принцессу. Из-за ваших действий она могла пострадать. Теперь, когда с лучниками скоро разберутся, я больше не собираюсь отсиживаться за чужими спинами.

И размяв плечи, он достал свой меч.

Аккес весело хмыкнул и вновь повернулся к жрице, смотря на неё уже вполне серьёзно.

— В центр на три позиции. С меня. Вверх-низ-верх.

— Ты выше меня мой верх не достанет.

— Тогда средний верх на четвёртый счёт. Верх-низ, средний-низ, потом верх-средний и низ.

— На один-три или два-четыре?

— На два-четыре, но через раз.

— Ясно.

И оба рванули вперёд, оставив Лекамира и принцессу недоумевающие переглядываться.

— О чём они? — спросила Келина.

— Понятия не имею, — ответил рыцарь и последовал за ними. Бросив взгляд на стену, он отметил, что лучники заняты тем, что пытаются справиться с его рыцарями и потому им сейчас не до того, что происходит внизу. Но стоило ему повернуться к врагу, и он от удивления замер на месте.

Аккес и Риана ворвались в ополчение врагов как камень в воду. Стоя спина к спине они кружились как смерч, выставив свои мечи и попеременно меняя высоту. Лекамир так и не разобрался, о чём говорили эти двое, но друг друга они понимали с полуслова. И сейчас он видел, как эта парочка двигалась настолько гармонично, что оба меняли свои позиции так, словно репетировали это не один месяц. В результате те, кто стояли поблизости, падали замертво, остальные же начали расступаться подальше, боясь даже приближаться к ним.

Спохватившись, Лекамир поднял свой меч, и напал на тех, кто имел несчастье стоять к нему ближе всех. Больше не было времени глазеть по сторонам. Он лишь иногда замечал, как Аккес и Риана то расходятся в разные стороны, то вновь спина к спине отражают удары врагов.

Келина тоже наблюдала за всем этим и настолько поразилась, что едва не пропустила одного из стражников, который бросился к ней. Келина же, действуя скорее по инерции и поддавшись общему настрою битвы, выхватила свой кинжал размером с маленький меч и вогнала несчастному прямо под нагрудник лезвием вверх. Воин пошатнулся и начал заваливаться назад, вытаращив на принцессу дикий глаза.

Келина, стараясь не смотреть на него, почувствовала подступающую к горлу тошноту. Это бы первый человек, которого она убила. Но времени переживать об этом не было, так как к ней бежал ещё один. Принцесса попыталась вытащить своё оружие, но оно застряло. В панике она дёрнула его сильнее, и, в конце концов, ей удалось достать свой кинжал и очень вовремя. Уклонившись от замаха, девушка всё так же по привычке, которую много месяцев вырабатывала в себе, воткнула лезвие в незащищённое бедро воина. После чего выдернула и вонзила ещё раз, уже в бок под незащищённые рёбра.

Когда второе тело свалилось к её ногам, принцесса с ужасом поняла, что это её уже не так пугает. И именно от этого становилось страшно.

Общими усилиями им удалось перебить почти половину выставленного против них войска, когда буквально из-за угла показались ещё люди. Десятки и десятки людей прибывали, заполняя уже казавшийся не таким большим двор.

И прежде чем кто-то решил, что подоспело подкрепление, прибывшие воины с криками начали нападать на тех, кто посчитал их своими союзниками. Началась настоящая кровавая битва.

Аккес и Риана сперва даже и не могли понять, на кого им нападать, но инстинктивно встали спина к спине. Лекамир, замечая, что всё становится только хуже, поспешил присоединиться к принцессе, прикрывая её.

Впрочем, долго размышлять что к чему и не пришлось. Видя, что их теснят со всех сторон, стражники королевы Шатории начали отступать к своей правительнице, которая орала чуть ли не до хрипоты.

— Олухи пустоголовые, вы чего творите! Как смеете нападать на своих же?! Или совсем зрения лишились?!!

И тут ряд воинов расступился достаточно, чтобы одна фигура могла выступить вперёд, но всё ещё держась рядом, защищая своего предводителя. Принцесса Ласкита стояла в полном военном облачении, с заплетёнными волосами и сурово смотрела Шаторию.

— Это мои воины, мама. — Раздался на весь двор громогласный голос принцессы. — Они подчинятся только мне.

— Паршивая дрянь! — выплюнула королева. — Ты посмела пойти против меня?

— Да! Посмела! — крикнула Ласкита. — Ты уже давно только называешься нашей королевой, но плюёшь на законы и обычаи. Пируешь, празднуешь и даже не интересуешься делами твоих подданных. Они голодают, разбойничают только чтобы прокормиться, а ты в это время наслаждаешься игрой шутов и ласками мужчин.

— Дрянь!

Но принцесса не обращая внимания на мать, обратилась к людям, которые всё ещё защищали её.

— Вы действительно готовы отдать жизнь за ту, которая ни в грош вас не ставит? Ей плевать как на вас, так и на весь наш народ! Она пошла против жрицы самой Богини! Она отреклась не только от законов наших предков, но и от самих Богов!

Воинственная принцесса указала на Риану, которая всё ещё стояла неподалёку с окровавленным оружием. Она внимательно следила за всем, что происходит, готовая в любой момент к действиям. Ласкита же тем временем продолжала:

— Я принцесса Ласкита, законная дочь королевы и наследница престола. Одна из наших традиций гласит, что если король не в силах продолжать своё правление, он должен уйти, оставив корону наследнику. А ещё, — она посмотрела на свою мать, — наследник вправе потребовать себе трон, если его поддержит народ. Пора вернуть древние традиции... мама.