Мария Снайдер - Испытание ядом

Покои Рейяда находились в восточном крыле на первом этаже напротив лаборатории. Собственно, ему принадлежало все это крыло, но в то время, когда я исполняла роль его лабораторной крысы, многие комнаты были закрыты.

Когда мы вошли туда, меня снова обуял страх. Руки задрожали, на лбу выступил пот. И я узнала этот кислый запах страха, который смешивался с пылью, поднимаемой нашими ногами. Он исходил от меня. Я ощущала его всякий раз, когда Рейяд тащил меня на свои эксперименты.

Затхлый воздух давил, заполняя мой рот вкусом пепла и крови. И я, не раздумывая, укусила себя за руку: когда-то я пользовалась этим приемом, чтобы заглушить собственные крики.

Узкий луч фонарика метался по лаборатории, высвечивая висевшие на стенах и разложенные на столе инструменты. Вид каждого из них вызывал у меня острую судорогу, и я отпрыгивала в сторону даже от отбрасываемых ими теней, боясь к ним прикоснуться. Все помещение скорее напоминало камеру пыток, нежели место для проведения опытов.

Чувствуя себя загнанным зверем, я чуть было не сорвалась с места. Зачем я привела сюда Валекса? Советники Брэзелла располагались на втором этаже. И бриллиантовое кольцо Могкана, если оно вообще существовало, было спрятано, скорее всего, там, а не здесь.

Валекс не произносил ни слова. Когда мы вышли в коридор и подобрались к спальне Рейяда, я поняла, что ничто не заставит меня туда войти. Все мои мышцы сотрясались от дрожи. Выступивший холодный пот пропитал одежду насквозь. Я осталась стоять в коридоре, а Валекс вошел внутрь. В глубине зловеще мерцал сундук Рейяда с его садистскими «игрушками». «Интересно, может, мои кошмары прекратятся, если я сожгу его дотла?» – подумала я.

– Я постараюсь, чтобы этого не произошло, – ответил призрак Рейяда, материализуясь рядом со мной.

Я отскочила назад, врезалась в стену и вскрикнула.

– Я надеялась, что мы расстались навсегда!

– Никогда, Элена. Я постоянно буду с тобой. Моя кровь пропитала твою душу, и тебе никогда не удастся ее смыть.

– У меня нет души, – беззвучно произнесла я.

Рейяд рассмеялся.

– Твоя душа почернела от крови тех, кого ты убила, поэтому ты ее и не ощущаешь. А когда ты умрешь, твоя пропитанная кровью сущность опустится на самое дно земли, где и будет гореть веки вечные.

– Похоже, ты знаешь, о чем говоришь, – прошипела я.

Валекс вышел из комнаты Рейяда с побелевшим как полотно лицом. Он смотрел на меня так долго, что я уже начала опасаться, что он просто онемел. Наконец Валекс закрыл дверь, прошел сквозь призрака, не заметив его, и остановился у следующей запертой комнаты, прижав руку ко лбу.

– Да, похоже, здесь действительно пора кого-то попугать, – указывая призрачным, белым пальцем на Валекса, промолвил Рейяд. – Нельзя допустить, чтобы он продолжал свою беззаботную жизнь, а ведь я знаком с одним мертвым королем, которому не терпится его помучить. – Рейяд с насмешкой глянул на меня. – Только слабаки соглашаются жить со своими демонами постоянно. Не правда ли?

Я не стала отвечать Рейяду и последовала за Валексом. Мы продолжили наши поиски, но вскоре поняли, что это крыло особняка уже давно заброшено. Перед нами оставались всего три двери.

Пока Валекс вскрывал замки, Рейяд продолжал нашептывать:

– Скоро мой отец пришлет тебя ко мне, Элена. И у нас будет с тобой вся вечность, – он похотливо ухмыльнулся и пошевелил пальцами.

Но я больше не испытывала к нему интереса. Все мое внимание было поглощено теми, кто находился в этой комнате. С десяток женщин и несколько мужчин отшатнулись от яркого луча фонарика, направленного на них Валексом. Сальные волосы свисали на их грязные лица. Истощенные тела были прикрыты лохмотьями. Никто из них не издал ни звука. И я с ужасом поняла, что они прикованы к полу. Кругами. Внешний круг и два внутренних были разделены линиями.

Когда мы с Валексом вошли в комнату, в нос нам ударила вонь немытых тел и экскрементов. Я, икнув, закрыла лицо рукой, а Валекс принялся опрашивать присутствующих: «Кто вы? Что вы здесь делаете?» Но ему никто не ответил – они просто провожали его отсутствующими взглядами, не двигаясь с места.

Мало-помалу я начала узнавать некоторые лица. Эти люди жили вместе со мной в приюте. Это были мальчишки и девочки, которые уже давно закончили обучение и должны были работать в других округах. А потом я увидела одну девочку с поблекшими и спутанными рыжими волосами и не смогла удержаться от крика.

Я принялась гладить Карру по спине, окликая ее по имени, но ее нежные карие глаза так и оставались потухшими. Свободолюбивая девочка, которую я так опекала в приюте, превратилась в безмозглое существо без пола и возраста.

– Мои питомцы, – промолвил Рейяд, горделиво раздувая грудь и паря посередине комнаты. – Это те, кто оправдал мои надежды.

– Что дальше? – дрожащим голосом спросила я Валекса.

– Вы арестованы и будете брошены в темницу, – ответил мне Могкан, остановившийся в проеме двери.

Я и Валекс развернулись одновременно. В дверях стоял Могкан, сложив руки на груди. Ярость вспыхнула в глазах Валекса, и он бросился на него. Могкан отступил в коридор, и я увидела, как Валекс застыл в дверях с поднятыми вверх руками. «Проклятие!» – бросаясь ему на помощь, подумала я.

Могкан как истинный трус уже стоял за спинами, восьми стражников, мечи которых находились в нескольких сантиметрах от груди Валекса.

Глава 30

Острия мечей впивались мне в спину, а я не спускала глаз с Валекса в надежде, что он что-нибудь придумает, пока нас ведут в камеры. Я продолжала уповать на это и тогда, когда нас раздели, обыскали и отняли у меня сумку, нож и цепочку с бабочкой и амулетом, что огорчило меня гораздо больше, чем утрата одежды.

Даже когда нас вели вниз и размещали в соседних камерах, я продолжала ждать, что он вот-вот взорвется.

Однако засов щелкнул, и у меня перехватило дыхание. Стражники просунули в камеру одежду и ушли, оставив нас в кромешной тьме. Я ощупью нашла свою одежду и натянула на себя рубашку.

Вот все и вернулось на круги своя. Мой старый кошмар стал реальностью, когда мы миновали комнату охранников, спустились вниз и оказались в темнице Брэзелла. В ней было всего восемь камер – по четыре с каждой стороны, и нас с Валексом поместили в ближайшие от лестницы. Везде стоял знакомый мне затхлый запах. Царящая здесь тяжелая атмосфера настолько подавляла меня, что я не сразу сообразила, – мы с Валексом являемся единственными обитателями темницы.

Будучи не в силах выносить внезапно наступившую тишину, я позвала:

– Валекс?

– Что? – откликнулся он.

– Почему ты не оказал сопротивления? Я бы поддержала тебя.