Роззи. Стать счастливой. Часть 1 (СИ) - Алексахина Лира

– Псы были очень необычные… Посижу немного и пойду к Сибилле, хочу проверить, как она.

Снова заглядывал Ги.

– Ты еще в состоянии лечить? – удивился Саймон.

– Нет, конечно. Просто хочу увидеть.

– Ее охраняет Исак. Поверь, все в порядке.

– А ты откуда знаешь?

– Так еду им отправлял на дежурство.

– Понятно.

Мы замолчали, думая каждый о своем.

– Жаль Вигмара, он не заслужил такого, – высказала мысли вслух. – И Беатрис жалко.

Парень встал и принес закрытую бутыль.

– Помяну ее. Хоть и была стервой…

Открыл алкоголь, явно из запасов Алонсо, глотнул и поставил между нами. Я тоже сделала глоток, вытерев рот рукой. Пищевод опалило огнем, закашлялась.

– … Рассыпаться пеплом, не заслужила даже она.

Саймон сунул мне в руки кусок хлеба, забрал бутылку и сделал еще три больших глотка. Время было позднее, глаза стали слипаться. Саймон пил. Мы смотрели на огонь.

– Встанешь с утра?

– Я доброволец ночных дежурств на тую. Все только рады. Лучше провести время с семьей, чем торчать тут одному.

– Ги останется жив?

– Он достойный человек, – кивнул Саймон. – Проспит до утра. Слуги часто страдают из-за распрей высокородных. Это было мое решение, и я принял за него наказание, – он оттянул ворот, оголив черное плечо. – Кричать нет смысла, – Саймон показал браслет. – Занятная вещица, – пальцы огладили звенья. – И глушилка, и защита от менталистов, и увеличивает выносливость, и распознает яды.

– И прослушка, – добавила я.

– Возможно, мне точно не известно. Где я ошибся?

– Тело Беатрис начало осыпаться недавно. Никто не знает еще. Что было в бутылке?

– Оплошал, – кивнул бывший друг. – Мы уснем мертвецким сном. Все признаки покойника, но человек жив. Особая разработка Овинджей, – он нажал на один из кристаллов на браслете. – Ну вот, сигнал отправил. Ночью придут из леса, выкрадут тела. Может, пошумят немного. Проснемся уже в другом месте.

– Почему?

– Вигмар – жалкий червь. Госпожа Оливия запятнала честь рода. Овинджи должны служить Овинджам.

– А наша дружба была настоящей?

Саймон отрицательно покачал головой. С него словно слетела маска хорошего парня, обнажая расчётливого фанатика.

– Что за защита было на псах? Кто ими руководил?

– Было зелье бешенства. О чем ты? – зевнул парень. – Я лишь оставил открытой калитку.

– Значит третья сторона, – сонно потерла глаза. – Ты хоть последний? Или вас тут еще много шпионов? – сложив руки на печи, удобно устроила голову.

– Нет, – улыбнулся парень. – Я был последним. И получу достойную награду.

– Спасибо за Ги, – честно поблагодарила его.

Мы, словно дети, соревновались, кто уснет последним. Глаза у обоих были чуть приоткрыты. Внезапно тело Саймона выгнулось дугой, изо рта пошла кровь. Он умер мгновенно. Артефакт на его руке осыпался черным пеплом. У бывшего друга застыло удивленное выражение лица.

Прикрыла глаза. Жаль парня.

Рассиживаться времени не было. В лесу гости, надо их тепло встретить. Встала, отряхнулась и пошла. Ладно, хорошо быть лекарем. Нейтрализовать жидкости прямо во рту менталистам не дано.

Нашла стражников, уснувшего Ги забрали. Взяла чужой плащ и вышла на улицу. Хотелось глотнуть воздуха. Из тени бесшумно появился Тобиас.

– Почему вы допустили гибель Беатрис?

Глаза учителя странно блестели, словно внутри.

– Судьба поставила выбор: он или она. Я дал девушке сделать выбор. Саймон же был закрыт. Мои силы не безграничны. Проснулся, тебя нет, пошел искать. Когда нашел, ты справлялась сама.

– Я чувствую, что вы о чем-то лжете, – честно призналась ему. – Все слышали?

– В лесу гости… Вигмар решил сжечь Беатрис, чтоб ее душа могла улететь в чертоги богов.

– Так ведите. Не хочу, чтоб он был один.

Опекун времени не терял. Погребальный костер горел алой звездой. Пламя гудело, принимая щедрое подношение. Маленькие искры взлетали вверх, растворяясь в чернильной темноте.

Моя рука сжала руку Вигмара.

– Ты не один. Мы справимся вместе.

Губы дядюшки беззвучно шевелились, торопясь передать последние слова. Когда догорел костер, оказалось, что собрались почти все. Люди стояли, закутавшись в одеяла, простоволосые. Все уже знали о жертве злючки Беатрис, поэтому пришли проводить в последний путь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Вигмар сжал мою ладонь и молча ушел.

Люди стали расходиться. Шепнула одному мальцу, он быстро принес пустой фиал. Сделав кожу жаропрочной, осторожно зашла в самый центр пепелища. Платье дымилось, угли еще были раскаленными.

Мне хотелось, чтоб у Вигмара остались не только воспоминания. Уж не знаю, сколько в этом пепле от самой Беатрис, но фиал набрала полный.

– Пусть твоя душа найдет покой. Я благодарна тебе за Вигмара.

43. Продолжить свой путь

Роззи

Тобиас нагнал Вигмара и шепнул о засаде в лесу. Собрав небольшой отряд, они стрелой умчались в ночь. Заявившись на следующий день прямо с утра, учитель рассказал, что все шпионы были без языков и под действием зелья. Считать сознание не удалось. У Вигмара отказали тормоза. Останки тел сожгли на всякий случай. Бабуля все больше напоминала монстра в женском теле.

Нашу беседу прервал Алонсо, принесший завтрак, и попросил поговорить наедине. Крыша встречала живописными просторами. Легкий ветерок играл в волосах. Ароматы еды щекотали нос. Главный повар выглядел паршиво. Всклоченные волосы, лопнувшие сосуды на белках глаз и дикая, всепоглощающая тоска. Он стянул с себя кольцо-глушилку и вложил в мою ладонь.

– Мне теперь без надобности. А тебе пригодится, болезная.

Ох, Беатрис. Мужикам так тошно без тебя. Повар не знал, с чего начать. Рот беззвучно открывался, не в силах подобрать слова.

– Давай я, – накрыла ладонью его руку. – Ты устал. Надо дать тебе отдых. Туя? Две?

– Я хочу посадить дерево…

– В память о ней. Конечно, Алонсо. Дерево – это прекрасно, – кивнула ему.

– Как давно… – он облизнул пересохшие губы, – Как давно ты знаешь?

– Когда пришла на кухню, был конфуз с хлебом. Она приходила орать, ушла довольная из твоего кабинета. Возникли подозрения. Видела, как смотрел на нее, как пытался угодить новыми блюдами, как печалился, когда у них с Вигмаром наладилось. Скажу сразу, дядя знал. Но они оба тогда были под зельем, так что… Дерево – прекрасная идея, Алонсо. Выбирай любое.

У мужчины предательски блестели глаза.

– У Рогира глаза на месте, – сгорбился мужчина. – Я знал, что хозяину докладывают. Знал, что Беатрис не любила, лишь пыталась восстановить уязвленную гордость… Не всем везет встретить взаимную любовь. Порой, люди соглашаются быть заменой на время, не в силах побороть свои чувства. Отпусти меня. Я был поваром для нее. Теперь притворство потеряло смысл. Восстановишь Герхарда, нормальный мужик.

– А ты?

– Воспользуюсь твоим предложением. Отдохну. Потом пристроишь на благо себя. На кухне оставаться не могу. Тошно…Все напоминает о ней…

– Хорошо.

– Вот так просто?

– Да.

Алонсо встал, постоял и произнес:

– Прости меня... За все гадости, что наговорил. За все прости. После клятвы, я словно стал другим человеком, – он вопросительно посмотрел в мои глаза.

– Ты был та еще скотина. Все мы изменились. Отдыхай.

Только настроилась пофилософствовать с набитым ртом, произошла замена собеседника. Рядом оказался Тобиас. Удивленно повернула голову назад. Бутерброд торчал изо рта, пришлось жевать.

– У меня сегодня приемный день?

Учитель странно улыбался. Он был одет в дорожный костюм.

– Нет, нет, нет! – замахала остатками бутерброда в воздухе. – Вам рано уезжать! Вы еще не научили меня работать с потоками, быстро закрываться, я забыла все тренировки!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Костыль нужен, пока болит нога. Если суррогат не убрать, конечность не приобретет силу. Страшно сделать первый шаг, но нужно идти дальше. Ты больше не нуждаешься во мне, Роззи. Я научил, все показал. Дальше сама, – мягко улыбался мужчина. Его глаза снова светились изнутри. – Мы еще встретимся. Даю слово.