Алёна Малышева - Радужный венец. Время потерь

Малыш заскулил и уткнулся носом ей в плечо. Анела, обняв его за шею, погрузила лицо в мягкую пушистую шерсть. Тревога и волнение от шелковистого прикосновения отдалялись. Сейчас Анела не могла ничего понять и решить. Всему своё время. Богиня обязательно поможет узнать правду.

С улыбкой взъерошила шерсть на голове Малыша и вышла на свежий воздух. Хотя бы проветрится и окончательно избавится от тревожных мыслей.

Дождя не было. Побледневшие перед рассветом звёзды смотрели с начавшего светлеть над горами неба. Анела поёжилась от утренней прохлады, пробравшейся сквозь лёгкую рубаху, и огляделась.

В центре поляны заманчиво потрескивали дрова, пожираемые голодным пламенем костра. Китан сидел на толстом полене у огня и задумчиво вертел в руках что-то очень похожее на деревяшку. Когда до него осталось несколько шагов, Китан поднял голову и тепло Анеле улыбнулся:

— Ты сегодня рановато, — приглашающе похлопал по полену рядом собой.

Она с радостью села и прижалась к тёплому боку парня. У ног улёгся Малыш и положил голову ей на колени. Анела, поглаживая пса, стала следить за танцующими перьями костра. Казалось, огненная птица бьётся в силках, безуспешно стремясь вырваться из ловушки.

Было приятно и уютно так сидеть. Ничего не говорить, ни о чём не думать. Рядом с другом, почти братом. Знать, что он всегда поддержит, поймёт и не станет осуждать, что бы она не предприняла и не решила. Знать бы ещё, откуда у неё такая уверенность.

Взгляд зацепился за игрушку в руках Кита.

— Что это?

Китан сначала с непониманием оглянулся, а затем посмотрел на руки. Будто только сейчас вспомнил о вещи в руке. С улыбкой протянул ей:

— Солдатик. Ар подарил. Давным-давно.

Деревянная фигурка мечника в золотистых доспехах. Со временем краска поблекла, кое-какие стежки поистёрлись. Но различить искусную работу ещё можно было.

— Глупо, конечно, таскать его всё время с собой. Но… Ты не поверишь, мне кажется, он приносит удачу, — словно оправдываясь, произнёс Китан.

— Ты скучаешь о брате, — утвердительно кивнула Анела.

Китан смущенно пожал плечами, привычно запуская руку в волосы:

— Ар единственный, кто всегда был рядом, восхищался мною и не судил. Что бы я ни делал, — вдруг замотал головой и, начав палкой ерошить костёр, произнёс:

— Ты его любишь, — видимо, о себе говорить не хотел.

Уточнять о ком он, не было смысла.

— Это так заметно?

— Да. Даже не стань я свидетелем вашего поцелуя…

Жар обжёг Анелины щёки. К счастью, Китан не оборачивался, но она всё же опустила голову, не желая показывать своего смущения.

Китан продолжал:

— … твоё восхищение им и обожание ясно видится.

— Тебе это не нравится?

Китан удивлённо посмотрел на неё.

— Почему мне не должно нравиться? Злат талантливый полководец, благородный человек, с врождённой честью и понятием долга. Он никогда не пойдёт на подлость и не обидит… Я, попроси он руки моей сестры, не задумываясь, дал бы согласие. Уверен, что она была бы с ним в безопасности и счастлива. А к тебе я отношусь, как к родной сестре.

Китан говорил уверенно, в словах о генерале даже мелькали нотки восхищения. Но отчего у неё ощущение, что он чем-то обеспокоен?

— Но?

Китан снова отвернулся к костру, поправил головёшки.

— Ты уверена, что твои чувства взаимны? Перед тем как поддаваться притяжению между вами, я б хотел, чтобы вы сначала получили благословение Богини. Тогда бы я был спокоен за вас обоих.

Если бы она знала, что к ней чувствует Злат. Значит для него что-нибудь этот поцелуй, или просто… что? Играл? Генерал? Не похоже на него. Он слишком для этого благороден и серьёзен. Но тогда почему ушёл? И был таким… злым? Разочарованным? Расстроенным? Интересно, где он сейчас? Вернулся ли вчера? А он бы смог не вернуться? Своего принца Злат никогда не оставит.

А вдруг его дома кто-нибудь ждёт? Подруга? Невеста? Он ведь красив, умён, из высшего рода, близко стоящего к королевской семье. Всё же королева воспитывалась и росла в доме князя Зимирия. Не может быть такого, чтобы единственный наследник высокородного князя не был сосватан. Договорные браки, она слышала, привычное дело у аристократов.

— Кит, а у Злата есть невеста?

Поднять взгляд на Китана от чёрной лоснящейся шерсти Малыша, мягко струившейся сквозь пальцы, она не решалась. Не дай Богиня, увидит на его лице жалость.

— Насколько я знаю, нет, — с облегчением выдохнуть не успела, Китан продолжил: — Хотя, ходили слухи, был женат.

— Женат? — Анела прикусила губу, стараясь сдержать вырывавшиеся вопросы и неожиданно возникшую боль. Злат любил другую женщину, их благословила Богиня. Он её обнимал, шептал слова любви…

— Но, кажется, с ней что-то случилось. Злат не любит об этом говорить. Ни о том, был ли на самом деле женат, ни о том, кем она была и что с ней случилось. Но, насколько мне известно, с тех пор, как вернулся ко двору, ни одна из аристократок его внимания привлечь не смогла.

— А пытались?

— Ещё как!

Анела недовольно на него покосилась. Не смешно! Как она может соперничать с придворными леди? Пусть даже она, как и все жрицы, получила образование, достойное любой из них, но врождённый аристократизм где ей взять?

— Не расстраивайся! — Китан приобнял её за плечи, словно догадавшись, о чём она думала. — Ты всё равно лучше любой из них.

Анела невольно улыбнулась и, уткнувшись в бок Китана, вздохнула. Как бы дальше у неё не сложились отношения с генералом, Кит будет рядом и всегда поддержит.

Полы палатки напротив распахнулись, и вышла Люсилия. Она сладко потянулась и тут заметила их. Сонное выражение как рукой сняло. Ведьма зло нахмурилась, окатила их презрительным взглядом и, чеканя шаг, зашагала в сторону озера.

— Что с ней?

Неужели Кит не понимает? Ведьма ревнует. Да ещё как! Злат прав. Сейчас им нужен сильный и решительный правитель. И тем более никак не связанный с ведьмой. Но… Кит же влюблён в Люсилию. Так сильно, что не отрывает тоскливого непонимающего взгляда от кустов, за которыми она исчезла. Ведь должен знать, в чём заключается его долг. Должен понимать, что не стоит преждевременно восстанавливать против себя аристократов и простых людей. Веры ведьмам в Амбрании нет. И ещё долго не будет.

— Кит… — нерешительно начала она.

От его взгляда сжалось сердце. Таким он был тоскливым и грустным.

— Ничего не говори, — попросил Китан. — Я знаю, как поступить.

Анела кивнула и теснее прижалась к тёплому боку парня.

Говорить и впрямь незачем. Он сам всё отлично понимает. Но, кажется, думает, что нашёл выход. Будущее покажет, так ли это.