Шеррилин Кеньон - Ашерон

— Не волнуйся, отец. Я не буду попадаться на твоем пути.

— Тебе лучше так и поступить.

Он жестом указал стражникам снять кандалы. Наконец, Ашерон смог почесать свой нос. Едва он покончил с этим, как в комнату вошел Стикс и кинул в него бледно-голубое одеяние. Ашерон замер, когда понял, что это было одно из платьев Риссы. Стикс засмеялся.

— Я подумал, что тебе понадобиться нечто подходящее новому тебе.

Глаза Ашерона покраснели от злости. Прежде чем подумать, он слетел с кровати. Ашерон повалил Стикса на пол и стал бить головой о каменный пол, надеясь, что его голова разлетится, как дыня. Ашерон успел нанести Стиксу около шести сильнейших ударов, когда стражники, наконец, сумели стащить его с живота их принца. Ашерон сражался с ними изо всех сил, но они скрутили ему руки за спиной, и ему только и оставалось, как проклинать их. «Спасибо, Артемида, за то, что аннулировала свой подарок». Стикс вскочил с пола, яростно ругаясь. Он схватил меч отца и убил бы Ашерона, если бы отец не остановил его.

— Взять его и избить, — заорал король.

— Нет!

Ашерон увидел Риссу в дверном проеме. Лицо их отца выражало полнейшее недоверие.

— Что ты сказала?

Она сложила руки на груди и целенаправленно стояла в центре открытых дверей.

— Ты слышал меня, отец. Я сказала, нет.

Лицо короля вспыхнуло яростью.

— Ты не смеешь говорить мне, что делать, женщина.

— Ты прав, — сказала она спокойно, — я не могу тебе приказывать. У меня нет власти над тобой. Но как повелительница Апполона я имею право слова, насчет того, что он делает и кому покровительствует, особенно, когда речь идет о почестях моей собственной семьи…

Она многозначительно перевела взгляд с отца на Стикса и назад.

— Я устала от такого ужасного обращения с Ашероном. Хватит.

Король указал на Стикса.

— Взгляни на своего брата. Он истекает кровью.

Рисса взглянула на Ашерона и кивнула.

— Он пролил достаточно крови на свою долю.

— Стикс истекает кровью!

Она заметила платье на полу.

— А за его жестокость, я бы сказала, что он заслуживает небольшой взбучки.

Стикс зыркнул на нее.

— Однажды, Рисса, я буду твоим королем. Тебе стоит об этом помнить.

Она встретила на равных его злую ухмылку.

— А я мать полубога. И тебе не стоит забывать об этом, брат.

Стикс отпихнул ее в сторону, когда вылетел из комнаты. Отец покачал головой.

— Женщины, — гаркнул он прежде, чем оставить их одних.

Рисса подошла поближе и подобрала платье с пола, а потом скомкала его.

— Я бы извинилась за него, но этому не может быть никаких оправданий, — она фыркнула, — я жалею, что не додумалась использовать этот аргумент для твоего спасения раньше. Едва ли они знают, что Апполону глубоко плевать на то, о чем я думаю. Но это будет нашим маленьким секретом, так ведь?

Ашерон пожал плечами и пошел к кровати, чтобы взять простыню и прикрыть наготу своего тела от взгляда сестры.

— Я удивлюсь только тогда, когда отец проявит ко мне что-то другое, а не презрение.

Рисса грустно вздохнула.

— Мне приказать принести поднос с едой в ванную комнату для тебя?

Ашерон покачал головой.

— У меня нет желания снова идти туда.

— Но тебе нужно помыться.

Если он будет ужасающе вонять, может тогда, никто не будет лезть к нему. Но Ашерону совсем не хотелось спорить с сестрой.

— Тебе следует пойти и отдохнуть, пока ты не нужна Апполодорусу.

Рисса нежно обняла его прежде, чем уйти. Едва она закрыла за собой дверь, как Артемида выступила из тени. Она улыбнулась ему.

— Скажи: «Спасибо, Артемида!».

— Я могу сказать это только сквозь зубы.

Она широко раскрыла рот, как будто не могла поверить в его злость.

— Ты совсем мне не благодарен? Ашерон выбросил руки, защищаясь.

— Я не хочу драться, Арти. Я просто хочу зализать свои раны некоторое время.

Она появилась у него за спиной и прижала к себе.

— Давай лучше я сделаю это для тебя.

Она опустила руку ниже к паху и взяла яички. Съежившись от ее прикосновения, Ашерон убрал ее руку со своего паха.

— Прошло меньше недели с тех пор, как мне отрезали яйца, Артемида, я не в настроении.

Она издала звук отвращения.

— Не будь таким ребенком. Ты снова целенький. Давай отпразднуем то, что они снова в деле.

Она подула ему в ухо. Ашерон отпрянул от нее. Естественно, Артемида пошла за ним. Просто дай ей то, чего она хочет. Иначе это будет продолжаться до тех пор, пока она не рассвирепеет и возможно не нападает на него. Пускай мне лучше вырвут глаза. Конечно, они снова вырастут. Это навело его на мысль, а сделали бы его яйца то же самое без помощи Артемиды. По правде говоря, не было никакого смысла сопротивляться этому. Как будто раньше его не заставляли заниматься сексом с ненавистными ему людьми? Все споры будут только откладывать неизбежное и принесут ему боль. Ты должен покончить с этим как можно быстрее. Ашерон повернулся к ней лицом.

— Где ты хочешь меня?

Едва слова слетели с его губ, как он очутился на спине в ее кровати, и она абсолютно голая была на нем.

— Я скучала по тебе, Ашерон.

Он съежился, когда она вонзила зубы в его шею, а затем сделал то, что и всегда. Он ублажил ее, не получив ничего взамен для себя. Она даже не заметила этого, не считая слов о том, что ей не нравится, когда он извергает семя, потому что тогда у них такой беспорядок. А теперь он лежал, обнимая ее, пока Артемида мурлыкала от удовольствия. У Ашерона все еще было пусто внутри. Артемида села и обернула себя простыней.

— А теперь тебе лучше вернуться. Аид устраивает праздник в храме Зевса сегодня вечером и я должна привести себя в порядок.

Он даже не успел открыть рот, как снова был в своей комнате совсем один. Как не нужную мебель она выбросила его за ненадобностью. Он подошел к чаше, налил себе немного воды из кувшина, чтобы умыться и побриться, а потом оделся. У него болела душа. Сначала Ашерон хотел пойти на спектакль, но зачем? Чтобы облегчить его внутреннюю адскую боль потребуется нечто большее. И когда он стал осматривать свою тюрьму, его взгляд остановился на вине, которое Рисса принесла ему. К сожалению, оно не было настолько крепким, чтобы заполнить дыру, которая горела огнем у него внутри. Схватив свой кошелек и плащ, он покинул дворец и пошел на улицу, где находились все притоны и бордели города. У него не заняло много времени, чтобы найти его старого торговца. Низкий и пухлый, мужчина к тому же был лысым с полным ртом гнилых зубов, и стоял на углу самого ужасного борделя в городе. Эвклид улыбнулся в тот момент, как увидел Ашерона.