Ларисса Йон - Освобожденная страсть

– Давайте очистим помещение, сказал Кинан. – Здесь нужны только несколько игроков.

Последовало какое–то обсуждение между Старейшинами и Хранителями, а затем большинство из них покинули комнату, оставив только Вала и его сына Дэвида. Джем и Тэйла вышли, чтобы проследить за тем, что происходит на улице. Ривер вошел в комнату и встал у подножья кровати, глядя на Серену грустными глазами.

Немного успокоившись, Фантом сел на край кровати, держа Серену за руку. Тем не менее, он не спускал пристального взгляда с Вала, который заговорил, прочистив горло.

– Иерусалим в настоящее время эвакуирован. Сотни людей из Эгиды и военные команды будут на месте, на Храмовой горе в течение нескольких часов, – сказал Вал Фантому. – Я предполагаю, что ты будешь использовать Херрогейт, чтобы быть там вовремя?

– Угу.

Тень вздохнул, а Призрак потер виски.

– Ты отвлечешь Бизамота, чтобы Эгида могла добраться до амулета. Если ты завладеешь им, то должен немедленно передать его Хранителям.

Кинан вздрогнул, когда Фантом поднялся на ноги.

– А не пошел бы ты?! Это не твое шоу, и я не буду принимать приказы от убийцы.

– Джош. Вал. – Тихий голос Серены привлек всеобщее внимание. Темные круги под ее глазами, казалось, увеличились в десять раз за последние несколько минут. – Просто... заберите ожерелье. Не сражайтесь.

Фантом кивнул и взял ее за руку. Было ли это только игрой воображения Ки, или ее рука действительно выглядела тоньше, более хрупкой?

– Извини. – Он бросил на Вала взгляд, будто состояние Серены было полностью его виной.

В комнате стало тихо, за исключением звука ее хриплого дыхания, пока не заговорил Ривер:

– Я иду с тобой.

Риз приподнял бровь.

– Я думал, ты не можешь помочь.

– К черту все это.

– Как ты можешь помочь, ангел? – спросил Фантом, Вал и Дэвид одновременно открыли рты.

– Ангел? – эхом повторил Дэвид.

– Особо не радуйся. Падший. – Ривер покачал головой. – Я могу сражаться с ним, но я не могу делать это один. Он сильнее меня. Его поддерживают силы зла. А я, с другой стороны, не могу претендовать на помощь сил Рая или Ада.

Фантом притянул Серену к себе и провел ладонью вверх и вниз по ее руке.

– Таким образом, мы с ним одна команда.

– Да, мы одна команда, – согласился Ривер.

Риз хлопнул Фантома по спине. – Я иду с тобой. Tэй, Люк и Ки присоединятся к нам. Там будет много жертв.

Они решили, что Тень должен остаться, потому что его лечебный дар будет нужен здесь, чтобы заботиться о Серене, Джем будет помогать ему. Все Хранители останутся в, так называемом, Центральном командном пункте. Они будут ответственны за вызов подкрепления и отчеты о происходящем ячейкам Эгиды по всему миру, и, в основном, выступать в качестве второй линии обороны, если Фантом потерпит неудачу.

Конечно, если Фантом провалится, вторая линия обороны уже ничего не изменит.

– Игра начинается, – сказал Фантом. – Мы уходим вместе. Но, Тень, никто никуда не забирает Серену. – Фантом глянул на Вала и с ноткой предупреждения в голосе добавил: – Никто.

Тень скрестил руки на своей широкой груди, переместился к изголовью кровати и кивнул: – Никто.

Фантом так нежно поцеловал Серену, что от этой картины у Кинана что–то шелохнулось в груди. Он и через миллион лет не поверил бы, что Фантом способен испытывать к кому–то такое сильное чувство, особенно к человеку. А то, что эта женщина умирала, только делало сложившуюся ситуацию еще более надрывной.

Кинан подумал о Джем и спросил себя, а что бы он сделал, если бы узнал, что она умирает? Боже, вероятней всего он бы зачах и умер бы вместе с ней.

Черта с два! Он не собирался терять ее или что–нибудь в этом роде. Не сейчас, и так как, казалось, все под контролем, он выскользнул из комнаты.

Зайдя в гостиную, он почувствовал напряжение. Четверо Хранителей стояли с одной стороны, а Люк – с другой, и все пялились друг на друга. Хранители не могли знать, что Люк был вервульфом, но он пришел с братьями Семинусами, поэтому, они естественно предположили, что он тоже был своего рода злодеем.

Ки оттащил Люка в сторону.

– Ты видел Джем?

– Сегодня не моя очередь приглядывать за ней. – Люк зарычал, когда один из Хранителей как бы невзначай вытащил Станг и стал проверять лезвие на остроту. – Но я видел, как она минуту назад отправилась на кухню.

Взгляд Люка вернулся к женщине – Хранителю, стоящей возле окна, и как ни странно, ее взгляд так же пристально был прикован к нему.

– Что происходит? – спросил Кинан.

Люк улыбнулся, это выглядело почти оскалом. – Она варг. Она знает, что я знаю, но я думаю ее человеческие приятели не в курсе. Она боится, что я им расскажу.

– И ты собираешься рассказать?

– Это зависит от...

– От чего?

Голос Люка снизился на октаву. – Даст ли она мне то, что я хочу.

– И что это?

– Пятнадцать минут в обнаженном виде…

– Это шантаж.

Люк фыркнул: – Варги называют это переговорами.

– Итак, ты хочешь пятнадцать минут... а что захочет она?

– Со мной? – Люк подмигнул. – Два часа.

Кинан покачал головой. Варги.

Он нашел Джем на кухне, заглядывающей в холодильник. Ки не стал просить ее пойти с ним. Он схватил ее за руку и потащил к единственной комнате, которая была свободна.

Ванная. Когда они проходили мимо, он показал Лору средний палец.

– Кинан! Что ты делаешь?

Он закрыл дверь, повернулся и поцеловал ее. Она издала тихий звук возмущение, но он, целуя, прижал ее к двери, и через мгновение она расслабилась.

– Джем, мне плевать, кто ты. Я хочу тебя. Я люблю тебя. И если наши дети будут на четверть демонами, я переживу это. И если ты не сможешь иметь детей, мы усыновим ребенка или воспользуемся услугами суррогатной матери. Это не имеет значение.

У Джем от удивления отвисла челюсть, затем закрылась и опять отвисла.

– К чему... все это?

– Любимая Фантома умирает. Возможно, у них осталась только несколько часов вместе. Я знаю, что ты будешь жить сотни лет, и я могу подарить тебе только какую–то малую часть из этих сотен, но глядя на Фантома и Серену, я понял, что не могу терять время. Джем, выходи за меня замуж. Будь со мной так долго, сколько мне осталось.

Ее глаза наполнились слезами, и у него от страха все похолодело внутри. Он знал, что она собиралась сказать еще до того, как она начала.

– Мне очень жаль, Kи... но я не могу. Может быть, после боя, когда все успокоится, мы посмотрим, но прямо сейчас, я думаю, ты предвидишь конец и хватаешься за соломинку…

– Черт бы тебя побрал, – выдавил он. – Почему ты продолжаешь говорить, что я думаю, и что я чувствую?