Темные Фейри - Каролайн Пекхам

— Простите, босс. Я займусь этим сейчас же.

Глубокий хрип вырвался у меня, когда он поспешил прочь и я сделал мысленную заметку присматривать за ним. Никто не колебался так со мной и я решил сломать несколько его костей сегодня, чтобы напомнить ему о его месте.

Подняв ложку, я принялся за яичницу, как вдруг над моим столом упала стройная тень. Подняв взгляд, я увидел, что Элис стоит перед моим столом, наклонив голову набок и разглядывая мой завтрак. — Это самый грустный завтрак, который я когда-либо видела.

— Ну, это не слезы, новенькая.

Я засунул ложку яиц в рот. Протеин для мышц. Мышцы, которые делали меня сильным. А с силой я мог уничтожить Оскураса. Каждое мое действие в жизни приближало меня к этой цели. В том числе и еда.

Она издала смешок, словно я забавлял ее до смерти, затем опустилась на сиденье напротив меня. Сфинкс уставилась на нее так, словно она только что подсела за стол к голодной акуле.

В течение одной долгой секунды я рассматривал ее ярко-зеленые глаза, то, как она прижимает язык к клыкам, как ее указательный палец рисует круг на столе, затем я опустил взгляд на свою еду и стал есть со зверским остервенением, как будто хотел съесть ее.

— Чего ты хочешь? — спросил я, когда стало ясно, что она никуда не собирается уходить.

— Просто потусоваться, — она пожала плечами и мои глаза сузились до щелей.

— Я не тусуюсь и фейри, конечно, тоже не хотят со мной тусоваться.

— Я не такая, как другие фейри, я думала ты знаешь это, Райдер, — сказала она легко и я клянусь, мой член ударился о стол от звука моего имени на ее губах.

— Я, блядь, знаю это, — прорычал я, положив ложку на стол. — Ты пришла сюда, чтобы сказать мне, что теперь ты моя?

Я скрыл надежду в своем голосе, но ее глаза сказали мне, что она знает, как сильно я этого хочу. И черт, я так сильно этого хотел. Я не мог вспомнить, когда в последний раз я хотел чего-то большего, чем Клан Оскура, мертвый у моих ног.

— Нет, — сказала она просто и гнев всколыхнул мою грудь.

— Ты его? — я видел, как этот подонок Инферно уносил ее с поля боя. Изображал из себя гребаного героя, крадя мою девушку. Все это было дерьмом. Это его гребаный Клан запустил огненный шар. Он был ответственен за это.

— Нет, — сказала она так же просто и узел колючей проволоки распутался в моем нутре.

— Значит, ты просто хочешь… потусоваться, — сказал я и она ярко кивнула. Я поднял ложку, чтобы продолжить есть и она со скоростью вампира пронеслась вокруг стола и выхватила ее у меня из рук.

— Жди здесь, — приказала она, а затем снова метнулась прочь, прежде чем я успел спросить, какого хрена она делает и почему у меня теперь нет никаких гребаных столовых приборов.

Я уставился на свою яичницу, пытаясь понять ее, но у меня ничего не вышло. Она вернулась к столу и села на него рядом со мной, ее длинная нога коснулась моей руки. Она поставила бутылку кетчупа, соль и перец, а другой рукой взяла мою ложку.

Я смотрел на нее, зажав язык между зубами. — Во что ты играешь?

Она ответила, взяв кетчуп и выдавив каплю на яйца, а затем посыпав солью и перцем. Она использовала мою ложку, чтобы перемешать все это, а затем повесила ее перед моими глазами. — Давай, пробуй.

— Зачем ты добавила это дерьмо? — я нахмурился, тихо наслаждаясь тем вниманием, которое она мне оказывала. Я чувствовал взгляды, которые мы получали по всей комнате, слышал недоверие в голосах, которые говорили о нас. О ней. О моей маленькой дьяволице. Но мне было плевать.

— Клянусь звездами, Райдер. — драматично вздохнула она. — Просто попробуй, — она зачерпнула ложку и поднесла ее к моим губам.

Я уставился на нее так, словно она сошла с ума и в ее глазах появилась смелость.

Неужели я позволю этой девушке кормить меня, как гребаного ребенка на стульчике? Я заколебался на этой мысли, поджав губы.

— Поторопись, Райдер, или я начну издавать звуки самолета, — поддразнила Элис и у меня вырвался смешок на одном дыхании.

Это противоречило всему, чем я был. Всем. Блядь. Вещам. Вплоть до моей ссаной ДНК. Но по какой-то причине, известной только самим звездам, я открыл свой чертов рот.

Она просунула ложку внутрь с звонким смехом и, блядь, если бы это не было на вкус как лучшая вещь на свете. Я не мог вспомнить, когда в последний раз ел пищу ради удовольствия. Определенно не после смерти отца.

По столовой разнеслось бормотание и я бросил взгляд на своих людей, чтобы убедиться, что они не смеются. Любой, кто хоть немного улыбнется, получит за это две сломанные ноги.

Я выхватил у нее ложку, когда бормотание несговорчивых учеников стало громче. Я был уверен, что кто-то упал со стула, когда она кормила меня. Это подтвердилось, когда Юджин Диппер вскочил на ноги, извиняясь перед всеми вокруг. Придурок.

— Еда — это топливо, — изрек я свою собственную чушь, не в силах признать, как сильно мне понравилась эта перемена. Я продолжал есть, а она наблюдала за мной с довольной улыбкой.

Я съел все до последнего умопомрачительного кусочка, затем она наклонилась и вытерла кетчуп с уголка моего рта. Она высосала его с пальца и я застонал от желания, моя застывшая кровь нагрелась на несколько градусов. Что-то произошло в моем нутре. Это было похоже на инстинктивную дрожь, только… лучше. Я нахмурился, думая, не заболел ли я. Лучше бы мне попить витаминов.

— Не хочешь пропустить урок зелий? Я тебя угощу, — я перехватил ее взгляд, бросив на нее видение с ее ногами, обхватившими мою шею на этом самом столе, мой язык провел по ее центру, пока она кричала от восторга. Я почти чувствовал ее вкус, но это все мои фантазии. Я понятия не имел, какова она на самом деле на вкус, но полагал, что это даже лучше, чем мой обновленный завтрак.

Она резко моргнула, сбрасывая гипноз и я ухмыльнулся ее раскрасневшимся щекам и тому, как она дернулась на столе.

— Ты такая чертовски мокрая для меня, Элис. Просто отдайся и я обещаю, что не оставлю тебе синяков, — я широко ухмыльнулся.

Она прищелкнула языком. — Ты все говоришь, мальчик-змея.

Она спрыгнула со стола на пол и, уходя, покачала головой. Злость пульсировала в