В плену у ректора (СИ) - Миленина Лидия

А потом драконы начали улетать. Просто улетать. Спокойно и мерно.

— Что происходит? — услышал он изумленный голос одного из своих магистров. Не он один приближал картинку, чтобы знать, что случилось.

— Очередная выходка Великой волшебницы! — сквозь зубы проговорил Герберт. Но по душе и телу протекла волна облегчения.

Он понятия не имел, как ей это удалось. Важно было лишь то, что она жива. А драконы улетели.

Остался лишь один. Не собирается же она… Нет, она собирается! Герберт опять сжал зубы и кулаки. И когда двое поднялись в воздух на шее дракона, лишь скомандовал:

— Не атаковать. Она как-то приручила дракона!

Маги растерянно кивали. Усталые, они изумленно смотрели, как Эдиан летела к ним на синем драконе.

Все отшатнулись, когда дракон приземлился. Лишь Герберт кинулся к нему и поймал своего эльфа на руки, когда она не слишком ловко полезла вниз по драконьей ноге.

— Герберт, Герберт! Это так здорово! — радостно, как ребенок, лепетала она и гладила ладонью его щеку. — Летать на драконе — это так… потрясающе!

— Ты! Ты, маленькая…. Непослушная! Девчонка! — Герберт почувствовал, что на глазах набухает странная влага. Он не плакал с детства. Ах нет, с тех пор как рыдал возле тела сестры… — Как это у тебя получилось?! Что ты наделала?! Я тебя… Я тебя выпорю! Я тебя больше никуда не отпущу! Будешь сидеть под замком! Слышишь меня, будешь под замком!

— Да ладно тебе! Ты так не сделаешь! — рассмеялась неугомонная девчонка. — У меня ведь получилось! Потом расскажу, как… Но это благодаря ему! — она махнула рукой в сторону своего парня-слуги, которого Герберту хотелось придушить просто за то, что он сидел на драконе за спиной у Эдиан и обнимал ее за талию. — Слышишь, мы должны взять его в Академию без экзаменов! Я его уже хорошо обучила…

— Ладно, — сквозь зубы процедил Герберт.

…Он держал ее на руках, прижимал к себе исступленно, целовал испачканное чем-то лицо, умудрялся зарыться рукой в ее волосы.

— Я думал, что ты… что потерял тебя… — шептал он охрипшим голосом.

— Да вот она я! Ой, да поставь ты меня! Ты мне все кости переломаешь! И на нас все смотрят…!

Герберт наконец опустил ее на землю. Но не выпустил из рук. Еще долго обнимал, потом отстранился и держал ее за плечи, вглядываясь в радостное маленькое любимое личико. Говорил ей что-то, выговаривал, что рисковала собой — сам не помнил потом, что именно. Ругался, признавался в любви, почему-то просил прощения… видимо, за прошлые свои поступки. Снова обещал выпороть, а потом — отвезти на необитаемый остров, жить там с ней вдвоем и овладевать ею с утра до вечера…

А она с любовью смотрела на него снизу вверх, маленькая и непобедимая, и счастливо улыбалась.

— Все потом, — вдруг сказала она. — Сейчас… пока я не отпустила дракона, не хочешь прокатиться?

Герберт рассмеялся. За эти дни он начал испытывать к этим животным вполне понятную неприязнь. Но…

— Пожалуй, да! Только обещай мне…

Он хотел в очередной раз потребовать, чтобы она больше не убегала от него, чтоб не седлала крылатых ящеров без его присмотра, но Эдиан перебила его, мягко взяв за руку.

— Тогда полетели. Только одно перед этим, — она как-то вывернулась из-под его рук, залезла за пазуху и достала бумажный свиток. Тот самый свиток. Их брачное свидетельство.

Поднесла ладонь к нему, и бумага вспыхнула, сгорела на секунду.

— Это еще что за выходка! — зарычал Герберт. Что она опять задумала?! Захотелось взвалить девчонку на плечо, унести в свой шатер… ах да, его шатер сгорел несколько часов назад… и приступить к воспитательным мерам.

…В смысле любить ее, пока все идиотские идеи не испарятся из ее головы и сердца.

— Он нам больше не нужен, — с радостной улыбкой сказала Эдиан. — Я больше не хочу временный. Я хочу обычный, постоянный брак с тобой. Ты хочешь? Давай, Герберт, сделай мне предложение! Или не хочешь…?

Гербет не знал, смеяться ему или все же тащить ее… куда-нибудь и наказывать. Пожалуй, нет. Не так.

На глазах у всех, усмехаясь самому себе, Герберт встал на одно колено. Взял в ладони маленькую прохладную ручку Эдиан и произнес.

— Эдиан Таури Морнгейм, я люблю тебя, несносная девчонка! Ты… станешь моей женой на… постоянной основе?

— М-м-м… Я подумаю…

— Эдиан! Хватит. Я отменяю твой цирк.

— Хм… Ладно. Я тоже люблю тебя, черный ректор Герберт. Я стану твоей женой… на всю жизнь!

И бросилась ему в объятия. Герберт снова подхватил ее на руки и поцеловал. А вокруг аплодировали, кричали поздравления…

Они не слышали, поглощенные друг другом.

— Ну все, неси меня к дракону! — прошептала ему Эдиан, когда бешенный вихрь, круживший их, пошел на спад. — Давай полетаем. И да… в свадебное путешествие мы тоже полетим на драконе…

— Еще что надумала, — ответил Герберт. — Впрочем, если мне тоже понравится…

Земля медленно уходила вниз. Ветер оглушающими потоками бил в лицо. Герберт накрыл их магической защитой и крепче прижал к себе своего маленького эльфа. Здесь, на спине дракона, она была хозяйкой. Он сам ничего не понимал в драконах. Но и сейчас ему хотелось оберегать ее. Она ведь о стольких вещах не думает… Например, что можно простудиться на сквозняке в поднебесье.

Герберт уткнулся лицом в ее волосы, пахнущие свежим ветром и весной. Пахнущие счастьем. Потому что в тот момент он был совершенно, абсолютно счастлив.

Со своей невестой, которая совсем скоро снова станет его женой.

Глава 46

Спустя полтора месяца…

— Ты! Ты флиртовала с Дамбиором… ты… этот твой «слуга» обнимал тебя на драконе… — Герберт мягко похлопывал ее пониже спины, в шутку, но ревность в его голосе была самая настоящая.

Ощущение было приятным, необычным, и Эдиан не сопротивлялась. Напротив, тонкое странное возбуждение медленно сворачивалось внизу живота — особенно, когда хлопки начали превращаться в поглаживания.

Это был последний день их медового месяца. После того как король вернул Эдиан все права, наградил ее и Герберта, а заодно — всех героев «великой войны с драконами», они быстренько обвенчались и улетели в путешествие.

Кстати, Марион искренне извинился перед Эдиан, ссылаясь на то, что был дезинформирован, когда объявил на нее охоту. И вообще после всех событий он выглядел виноватым и растерянным. Извинялся и перед другими участниками произошедшего. Понимал, что Эрбин не пострадал благодаря совсем другим людям, не ему.

Появление у Эдиан кольца драконов он воспринял спокойно. Даже вроде бы и не завидовал. Лишь усмехнулся, что «мы опять от вас зависим. Прошу не злоупотреблять этим». «Ну да, — шутил Герберт, — при желании ты могла бы стать властительницей мира со своими драконами». Именно шутил, ведь оба знали, что Эдиан это совершенно не нужно. Кольцо на ее пальце — всего лишь гарант безопасности человечества от драконов, и Эрбина — от других государств.

Сначала они полетели на море, потом около недели провели в избе, где Эдиан не так давно «работала» Царицей Ущелий. Герберт хотел посмотреть, как она жила без него. Затем слетали на тропические острова, где наслаждались прогулками по пышным лесам, оставшимся с доисторических времен, купанием в океане и походами в горы.

Теперь же им предстояло вернуться назад, и Эдиан даже предвкушала это. В отличие от их первого путешествия, сейчас ей было не жаль возвращаться. Она знала, что их с Гербертом счастье — острое и сильное — продлится и дальше. Возможно, на всю жизнь.

К тому же она горела идеей организовать кафедру «драконологии». Герберт не возражал и обещал выделить ей достаточно финансов. Правда, опасался, что появление в Академии драконов для проведения «практических занятий, изучения их повадок и анатомии» вызовет избыточный ажиотаж среди студентов и молодых преподавателей.

В тот последний день они нежились в домике на тропическом острове. Если прислушаться, можно было уловить, как совсем близко плещется прибой и ветер колышет кроны гигантских широколиственных деревьев.