Мария Снайдер - Испытание огнем

В итоге, вспомнив свои акробатические тренировки, я умудрилась совершить прыжок с переворотом и приземлиться на крышу. На этот раз толщина мраморных стен только сыграла мне на руку – она приглушила мое совсем не грациозное приземление.

Я лежала на плоской крыше, пытаясь выровнять дыхание и радуясь, что Валек не видел, как я забиралась на крышу. Вспомнив гладкие стены замка Командора, я еще сильнее восхитилась его способностью лазить по ним без веревок и крючков. А может, и к лучшему, что я так задержалась у Бавола. Слишком часто мелькая в воротах Цитадели, я могла привлечь ненужное внимание.

С наступлением ночи стало прохладнее. Завернувшись в плащ, я уснула. Во сне меня вновь преследовал огонь. И как бы быстро я ни убегала и как бы хорошо ни пряталась, огонь всегда находил меня. Всегда.

В глаза ярко светило солнце. Я проснулась, насквозь промокшая от пота, с ломотой во всем теле и легкой температурой. Шансы незаметно спуститься и найти Фиска были столь же невелики, как прямо сейчас принять ванну. По крайне мере, спуститься оказалось значительно легче, чем взобраться. Я спустилась по лестнице и скрылась в переулке, никем не замеченная. Единственной неприятностью являлась непрерывная головная боль.

Уставшая и с затуманенным взглядом я попыталась найти Фиска на рынке. Вспомнив про его комнату встреч, я расположилась неподалеку, дожидаясь его.

Увидев группу детей, вышедших из здания, я улыбнулась. Они горели желанием работать, в их движениях чувствовалась целеустремленность, и, проходя мимо меня, они напомнили мне кучку маленьких бизнесменов. Только когда они пропали из виду, рядом возник Фиск.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Все нормально. У меня есть для тебя еще одно задание, – я рассказала свой план, и он сказал, что сможет помочь. – Но я не хочу, чтобы из-за меня ты попал в беду.

– Не волнуйся, ты выбрала идеальную ночь для своего плана.

– Чем она так хороша?

– Сегодня ночь весеннего солнцестояния. Мы отмечаем окончание холодного сезона. И глядим с надеждой в будущее, – усмехнулся Фиск. – Разве в Иксии нет подобного праздника?

– Есть. В Иксии празднуется ежегодный праздник Льда. Люди демонстрируют свои поделки и собираются вместе, чтобы поделиться опытом. Я просто не осознавала, что зима почти кончилась.

– Празднование в этом году не будет таким бурным как обычно, но думаю, народу на улицах будет достаточно, чтобы незаметно провернуть это дельце, – на лице Фиска расплылась озорная улыбка, так напомнившая мне Янко.

Могу поспорить, Янко в детстве был сущим дьяволенком. По крайней мере, я не успела расстроить их перед тем, как покинула Иксию. Хотя раз я не взяла их, думаю, еще как успела.

Мы обсудили наши действия на вечер, и Фиск рассказал мне о месте, где я могла укрыться до наступления темноты. После его ухода я направилась в сторону Зала Советов. Я обошла вокруг здания, стараясь не привлекать внимания и делая вид, что интересуюсь его угловатой архитектурой. На верхних ступенях толпилось множество людей. Здание вмещало в себя офис Советников, Зал Совещаний, архив, библиотеку, и здесь же располагались тюремные камеры Цитадели. Меня интересовал только архив. В нем хранилась информация обо всех родах, и я надеялась найти в них упоминание о туннеле для чрезвычайных ситуаций. А может, в библиотеке найдется подробный план Крепости?

Вот в частной коллекции Бейна точно есть необходимая мне информация. Парадокс ситуации заключался в том, что Второй Магистр намеренно упомянул в разговоре с Баволом туннель, зная, что добравшись сюда, я в первую очередь свяжусь именно с ним. Бавол воспринял эту информацию как интересный факт, не подозревая, что она предназначалась именно для меня.

Отсутствие более точных указаний являлось немалой проблемой. «Восточная часть Крепости, где смогла бы пройти и лошадь» было слишком туманным ориентиром.

Множество людей продолжало входить и выходить из Зала Советов. Но возле входа я заметила парочку Отказников и не решилась рискнуть жизнью ради исследования архивов.

Развернувшись и зашагав в сторону рынка, я ощутила, как кожа спины покрылась мурашками, как будто тысячи паучков в унисон перебирали лапками по моему позвоночнику. Завернув за угол, я быстро оглянулась. Держась в паре метров от меня, за мной следовал мужчина давиинец. На нем были красные штаны-шаровары и коричневая накидка с капюшоном. На очередном перекрестке я снова свернула за угол, но он продолжал висеть у меня на хвосте.

У него на боку блеснула сабля. Я вошла на рыночную площадь и остановилась возле прилавка с овощами, надеясь, что Отказник пройдет мимо. Он остановился недалеко от меня, прислонившись к уличному фонарю. Сердце пронзили иголочки страха. Если этот Отказник окажется Искажателем, мне не удастся скрыться от него.

Я присоединилась к толпе женщин, прогуливающихся по рынку. Отказник продолжал следовать за нами. Мне нужно придумать отвлекающий маневр и быстро.

Одна из женщин купила плетеные бусы. Возле каждого прилавка она высказывалась громко и категорично, и ей явно не нравилось мое присутствие в их небольшой группе.

Когда продавец передал ей бусы, я склонилась к ней и прошептала:

– На прошлой неделе он продал моей подруге такое же ожерелье всего за два серебряника.

А она только что заплатила ему четыре. Как я и рассчитывала, она громко потребовала вернуть ей деньги, а смущенный продавец попытался утихомирить ее. На их спор начала стекаться толпа, и я проскользнула мимо них, надеясь избавиться от давиинца.

Не вышло. Он заметил меня и пошел следом. Парочка покупателей перегородила ему дорогу, и я быстро нырнула под один из прилавков.

Я понимала, что это глупо, но у меня кончились идеи. Согнувшись, я замерла под прилавком. Накинутая на него фиолетовая ткань свисала до самой земли. Рядом со мной лежали несколько рулонов ткани и коробка пуговиц.

Интересно, когда будет безопасно выбраться отсюда? Не хотелось бы вылезти и столкнуться с Отказником. Я устроилась удобней, решив переждать какое-то время.

Фиолетовую ткань одернули в сторону. Я замерла. На меня глядело незнакомое лицо.

– Твой друг ушел. Можешь вылезать.

Я начала выбираться, и он отошел в сторону.

– Спасибо, – сказала я, отряхнув плащ.

– Никогда не стоит привлекать их внимание, – сказал мужчина. Его круглое лицо было очень серьезно. – Сейчас люди часто пропадают. Особенно те, за чьи головы назначено пять золотых.

Я постаралась унять быстро бьющееся сердце. Владелец палатки знал, что я спряталась под его столом, и не выдал меня. Ну, пока не выдал. Может, он хочет что-то взамен? Например, шесть золотых за свое молчание?