Второй Год - Джеймин Ив

— Все в порядке. Даже не беспокойся об этом. Тебе позволено встречаться с кем хочешь. Просто… — Я замолчала, и она приподняла бровь, глядя на меня. — Будь осторожна, ладно. Мы не должны слепо доверять им снова. Они так легко отделались от нас, будто мы для них ничего не значили. Это Пятерка Атлантов, и так было всегда.

Даже если в течение короткого времени существовала Шестерка Атлантов.

К счастью, она сменила тему.

— Итак… ты уже выяснила, кто твой грязный тайный поклонник?

Мой взгляд упал на телефон, молча издевающийся надо мной, лежащий на столе. Я получила еще несколько сообщений с неизвестного номера, каждое из которых было более сексуально откровенным, чем предыдущее, и, несмотря на мои постоянные требования сказать мне, кто это, черт возьми, такой, я понятия не имела.

Когда я покачала головой, выражение ее лица потемнело.

— Ты должна рассказать кому-нибудь, — повторила она. — Если не Ашеру, то хотя бы Главе Джонсу. Возможно, он сможет выяснить, как отследить номер.

Отследите номер. Аксель, вероятно, смог бы это сделать. Этот парень был гением из всех гениев, и он всегда был готов принять вызов.

— Скоро вернусь, — внезапно сказал я. — Не начинайте празднование Дня Супов без меня.

Илия отмахнулась от меня, ее рот был набит бубликом. Я схватила телефон и побежала в библиотеку, на меня смотрело несколько человек, но мне было все равно.

— Куда ты, Мэдс? — прокричал Кэлен, и я знала, что Ашер наблюдает за мной, но я просто быстро помахала им, не останавливаясь. Акселя за столиком не было. У меня было сильное подозрение, что я знаю, где он.

Внутри библиотека была ярко освещена и тиха, особенно после шума общего зала. Аксель был именно там, где я и ожидал его увидеть, — за своим обычным столом, в окружении книг. Когда я опустилась на стул напротив него, он вскинул голову, и я была несколько удивлена, когда полностью завладела его вниманием. Акселю было трудно остановиться, когда он был в разгаре проекта, но с тех пор, как мы снова стали друзьями, он приложил немало усилий, чтобы отодвинуть все остальное в сторону ради меня. Из всех парней я простила его больше всех, потому что он боролся против раскола.

Он пытался, даже после того, как Ашер запретил ему это делать. Он был опустошен. Я знала это с того самого первого дня, когда вернулась к ним домой, и он так долго обнимал меня.

— Мэдди, все в порядке? — спросил он, и страницы выпали из его пальцев, когда он уронил книгу.

Сделав глубокий вдох, я покачала головой.

— Мне нужна твоя помощь, но мне также нужно, чтобы ты пообещал не говорить Ашеру.

Акселю сразу стало не по себе.

— Ты же знаешь, я ужасно умею хранить секреты. Особенно от братьев.

Я прищурилась, глядя на него.

— Ты у меня в долгу, Акс. Я обещаю, что расскажу Ашеру, если мы найдем что-то важное, но в противном случае ему не обязательно знать.

На его лице появилась виноватая гримаса, и я почувствовала себя виноватой, но не настолько, чтобы взять свои слова обратно.

— Да, хорошо. Ты права, — наконец сказал он. — Я обещаю не говорить Ашу, пока мы не найдем что-то важное. И затем… ты можешь сказать ему.

Это было лучшее, на что я была способна. Я протянула ему телефон, и Аксель на мгновение уставился на него, прежде чем взять устройство.

— Мне нужно, чтобы ты отследил номер, — тихо сказала я. — Я получила несколько сообщений, когда возвращался домой из Германии, и сначала подумала, что они от Ашера. — Аксель понял почему, как только прочел их. — Но я проверила, и это был не он. Я беспокоюсь, что это может быть что-то… плохое.

Аксель не счел меня сумасшедшей. Он сосредоточился на телефоне, в другой его руке волшебным образом появились ручка и бумага, и он сразу же начал записывать какую-то информацию.

— У тебя новый номер, — тихо сказал он.

— Да, мой старый телефон разрядился, помнишь?

Он кивнул.

— Я думал, у тебя тот же номер, — сказал он еще мягче. — Я все время звонил и писал тебе сообщения. — Печаль в его глазах убивала меня. Особенно когда он издал сдавленный смешок, который прозвучал почти как всхлип. — Отчасти я рад, что ты никогда не видела, каким жалким ничтожеством я был.

И именно поэтому я простила Акселя. Он был добрым и непорочным человеком, в отличие от остальных нас.

— Я так сильно по тебе скучала, — сказала я, давая волю мрачным эмоциям, которые испытывала. В эти дни я довольно хорошо умела держать себя в руках. — Пожалуйста, никогда больше не бросай меня так.

Слеза скатилась из его глаз. Всего одна слезинка, скатившаяся по загорелой коже.

— Не думаю, что когда-нибудь смог бы, — признался он.

Аксель прочистил горло и начал набирать номер, мы оба были готовы к легким эмоциям. Когда он извлек из телефона все, что ему было нужно, он вернул его мне и принялся за работу в своей волшебной записной книжке. На этом этапе я прекрасно понимала, что в ручке и бумаге, которыми он пользовался, не было ничего обычного; они были созданы и заколдованы им самим, и они были способны на многое.

— Никаких следов, — сказал он минуту спустя, яростно водя ручкой по странице. — Я проверил со всех сторон. Запустил на нем несколько сценариев. Это почти как… на другом конце провода нет телефона.

Я моргнула.

— Но здесь явно есть номер, с которого мне пишут.

Он поджал губы.

— Я буду продолжать пытаться, Мэдс, но я действительно думаю, что тебе следует рассказать Ашеру. Я имею в виду, что нет ничего невозможного в отправке электронных сообщений другими способами, но даже магические средства обычно можно отследить. Это… другое дело.

— Боги, — прорычала я. Это, должно быть, те ублюдки. Мой взгляд метнулся к дальним полкам библиотеки. — Почему вы все не рассказали Ашеру о библиотеке?

Аксель потянулся вперед и убрал со лба прядь волос, выбившуюся из моего хвостика.

— Потому что это твой секрет, и ты должна его раскрыть. Ты нашла ее. Мэб предана тебе. Мы бы не нарушили это окончательное доверие.

Я судорожно сглотнула, в глубине души испытывая немалое облегчение от того, что они хоть в чем-то были на моей стороне.

— Ты полностью доверяешь Ашеру?

Аксель отдернул голову.

— Конечно. А ты нет?

Он пристально смотрел на меня, и я не могла признаться вслух, что у меня все еще были сомнения. Возможно, дело было в том, что никто другой не видел