Рената Андреева - Возможны варианты

   - Тебя не беспокоит, что охотники истребляют вампиров, - заметил Дэн задумчиво, когда мы уже были у дверей, - а ведь нас так мало. И в то же время ты удивляешься, почему меня не волнуют убийства людей. Довольно пристрастное отношение, не правда ли?

   - Возможно, - согласилась я, - но ведь и вы этим грешите, так?

   Дэн склонил голову. Я не поняла, согласие это было, или прощание, или и то и другое вместе, но простилась, вышла на лестницу, и медленно потащилась вниз по ступенькам. Самое печальное, что я понимала точку зрения Дэна и не могла сказать, что он не прав. Неужели люди с вампирами настолько антагонистичны, что невозможно найти какой-то компромисс? Когда я вышла из подъезда, Ник распахнул передо мной дверцу машины, потом снова сел за руль и, как ни в чём не бывало, с улыбкой спросил:

   - Поедем ко мне?

   Я внимательно посмотрела на него: он что, издевается? Но нет, похоже, Ник действительно не придавал никакого значения всему происшедшему. Впрочем, и человеческие мужики часто такие же толстокожие.

   - Знаешь, - сказала я, - не хочу. Отвези меня домой.

   Его улыбка погасла, но он довёз меня до дверей подъезда без лишних разговоров. Только когда я выходила, он мягко заметил:

   - Ты устала. Я позвоню тебе завтра после работы.

   Я вяло кивнула. Поднялась к себе и без сил свалилась на свой диван, обняв подушку и уткнувшись в неё носом. Не было ни слёз, ни мыслей, ни эмоций, - только пустота. Когда я подняла голову от подушки, оказалось, что рядом сидит бабушка.

   - Поссорились, что ли? - ворчливо спросила она.

   - Нет, мы не ссорились, - возразила я, - Похоже, что мы с Ником расстанемся, но мы не ссорились.

   - Если расстанетесь - тогда и к лучшему, что сейчас, - философски заметила бабуля, - А если суждено вам быть вместе, то все ваши разногласия преодолеете.

   Ничего особенного она не сказала, но мне стало легче. Я даже почувствовала прилив энергии, встала и пошла рыться в инструментах в поисках ножовки. Не нашла, подошла к дедушке и поинтересовалась, где она. Оказалось, что на даче. Ну и ладно, придумаю что-нибудь. Куплю на худой конец. С чистой совестью я легла спать.

  Утро следующего дня выдалось ясным, я решила считать это добрым предзнаменованием, и честно направилась на работу. А вот там я подошла к бригадиру и заявила, что по причине неотложных личных дел работаю я сегодня только три часа, а потом ухожу. Когда она возмутилась, я нахально напомнила, что у меня две смены переработки, что я почти никогда не отпрашиваюсь, что всегда соглашаюсь выйти, когда меня просят кого-то подменить. Конечно, я её тоже понимаю, - и так без Ирки человека не хватает - поэтому по доброте душевной ставлю в известность, что во второй бригаде две укладчицы должны мне по смене, так что их можно вызывать с чистой совестью.

   Таким образом, я освободилась ещё до полудня, и направилась к особняку, причём в сумке у меня лежала ножовка, которую я выклянчила у слесарей "на пару дней". Хорошо, что ключи Ник у меня не забрал. Что будет со мной после того, как я освобожу Стаса, как отнесутся к этому вампиры, я даже представить не могла, но сейчас меня это совсем не беспокоило. На душе было легко и радостно. Добравшись до места, я почти бегом пересекла широкий двор, вошла и отключила сигнализацию. Теперь в подвал. Я пересекла просторный холл и обошла парадную лестницу. Дверь в подвал была здесь, но, даже точно зная, где она, я опять не смогла её сразу обнаружить и несколько минут растерянно обводила взглядом одинаковые деревянные панели. Вот! Включив свет, я почти бегом устремилась вниз по лестнице, но подбежав к решетке, замерла в недоумении. На ней по-прежнему красовался замок, но один прут был выпилен, и камера была пуста.

   В первый момент я ощутила только детскую обиду, оттого что меня кто-то опередил, но почти сразу поняла абсурдность этого. Стас на свободе! Какая разница, кто его выпустил. Я развернулась и пошла наверх. Пожалуй, можно даже на работу вернуться. Уже у входных дверей я услышала возглас:

   - Таня!

   Я даже не успела испугаться, только удивилась, как можно нас спутать: она и выше, и волосы у неё другого цвета, да и фигура куда изящней, чем моя. Обернувшись, я встретилась взглядом с симпатичным темноволосым парнем, который улыбался мне широкой искренней улыбкой. Я не успела сказать ему об ошибке: вероятно из-за резкого поворота у меня перед глазами замерцали блики. Неожиданно холл вытянулся и сузился, боковые стены выгнулись и стали заваливаться внутрь, я инстинктивно подняла руку, пытаясь защитить голову, но тут начал изгибаться в сторону бесконечно длинный конец холла. Этому удивиться я уже не успела, потому что перед глазами резко вздыбился пол, - и всё стемнело.

Глава 22

Стас

На следующее утро еду мне опять принёс вампир. Контейнеров было без малого десяток. Я удивился количеству и язвительно поинтересовался:

   - Откармливаете на убой?

   Ник безразлично заметил, что вечером придти не сможет, так что это мне на сутки.

   На сутки, так на сутки. Я посмотрел, что он принёс - были это закуски из магазинов - выбрал, что больше пролежит, и оставил на потом, а остальное съел. Расстроился я здорово. Похоже, что вампир решил, что теперь меня вполне можно кормить покупной едой, а раз для меня готовить не надо, то и Кристина больше не придёт. Я пожалел, что упустил свой шанс. Приходила же девушка одна, надо было не мямлить, а сразу попробовать уговорить её мне помочь. Но что уж сейчас локти кусать!

   Спал я опять плохо и встал рано. Одну ночь только и выспался нормально. Меня мучила неопределённость. Что же им нужно узнать от меня, и почему с этим так тянут? Вроде бы ясно, что ничего хорошего после допроса меня не ждёт, но всё равно, лучше бы уж скорей что-то определилось.

   Зажёгся свет на лестнице, я насторожился, чувствуя, как бешено заколотилось сердце: когда Ник приходил один, он свет не зажигал, очевидно ему было достаточно и отсвета моей лампочки. Довольно долго никто не появлялся, затем я услышал цоканье каблучков, и в проёме возникла стройная фигура. В первый момент я не смог поверить своим глазам: нервно вцепившись в прутья решётки, на меня глядела Таня.

   Я подбежал к ней и неуверенно накрыл ладонями её стиснутые пальцы. Как она среагирует? При последнем нашем разговоре она была так зла на меня, что я не рассчитывал заслужить её прощение. Но она сама как будто забыла об этом. Глядя на меня с болью, она сказала только:

   - Стас!

   Рядом с чистенькой благоухающей Таней, я вдруг остро почувствовал, какой я грязный, помятый и небритый. Она была в белом костюме, и, казалось, от неё исходит сияние.