Отдел непримиримых врагов - Эвелина Шегай

Парнишка на допросе клялся, что всё происходило по обоюдному согласию. С этой девушкой он встречался уже полгода. Но её родители были категорически против их союза. Оно и понятно — многие люди недолюбливали оборотней и вампиров. Честно говоря, Рик ему поверил. Конечно, у него на лице читалось, что он находился в пике полового созревания: в среднем оно начиналось у оборотней в районе двадцати лет и заканчивалось как раз к сорока годам, — но подозреваемый производил впечатление порядочного парня. У мужчин, способных взять женщину против её воли иные глаза.

Первым в зал вошёл заспанный Фабиан, на ходу зевая в кулак. По его разбитому виду можно было ошибочно предположить, что на часах восемь утра, а не вечера. Но всё же сменялись они с кобрами в основном в ночь.

— Поздно лёг? — спросил Рик, со спокойной совестью выключая компьютер.

— Ага, после обеда… сраный сериал не отпускал, пока не досмотрел последнюю серию. И чё ты думаешь? Я потом всё равно уснуть не мог, теперь мне позарез нужен второй сезон. А он выйдет следующим сраным летом!..

— Вот поэтому я не смотрю сериалы. Фильмы лучше — не так много времени сжирают и там законченный сюжет, без всех этих затравок: продолжение в следующей серии, а то и в сезоне.

— Могу посоветовать пару фильмов, где такая затравочка будет, — Фабиан оскалил длинные клыки в коварной ухмылке.

Рик заржал и показал ему оттопыренный средний палец, и как раз в этот момент дверь снова распахнулась и к ним присоединилась Офира.

— И вам добрый вечер, ребята, — она опустила на свой стол квадратную котомку и воодушевленно затараторила, развязывая узел: — Я вчера поняла, что до смерти хочу безе. Но не обычное, а влажное внутри. Его ещё называют: «мере́нга». Так вот, нашла в интернете несколько рецептов и не смогла определиться, какой мне больше по вкусу, поэтому приготовила в трёх разных техниках. Розовые по флемоанскому рецепту, вот эти не очень удавшиеся на вид бледно-коричневые кнопочки по шемуанскому, а самые симпатичные зелёненькие по саларунскому. Попробуйте и скажите, какой вариант вам больше понравился. Я хочу детям отправить на следующей недели посылку.

— Я не очень люблю сладкое, но ради тебя, крошка, готов пойти на жертвы, — Рик подмигнул Офире и надкусил розовую печеньку, почему-то считающуюся пирожным. Приторная сладость моментально нокаутировала его вкусовые рецепторы, но он из уважения к её многочасовому труду продолжил жевать раздутый и окрашенный сахар. — Сегодня получилось связаться с соседом по загородному участку, он подтвердил, что держит волчью стаю у себя на территории. Пообещал во вторник привести кабеля, пропавшего почти на сутки накануне убийства Айра Хоски. Сможешь организовать на этот день экспертизу?

— В рот мне ноги, как это вкусно!.. — прошамкал Фабиан.

— Хорошо, я подам заявку, — она с улыбкой смотрела на своего напарника, незаметно пододвинув контейнер с безе к нему поближе. — Нам выписали почётную грамоту за раскрытие дела. Завтра в восемь утра приказано явиться к шефу. Надевать парадную форму не надо, просто не опаздывайте.

— Но завтра ведь суббота, чего это вдруг шеф будет работать в свой выходной? Да и дело не такое уж и сложное было, чтобы за него вручать грамоту.

— Рикки, ты дурак или как? Там где грамота, там и премия. Никому нет дела до клочка картона, все идут за денюшками! Сечёшь?

— Это ты дурак, если думаешь, что я каждую копейку считаю.

— А-а, ну да, кое-кто же типа родился с серебряной ложкой во рту.

— С золотой, — поправил его Рик с кривоватой улыбкой. — С серебряной рождаются всякие бароны и виконты. А я имею статус принца.

— Какой ты в задницу принц? Донна мне рассказывала, что у тебя дворянский род тянется: от мамы к бабушке, потом к прабабушке и только потом к прапрадедушке. То есть, по вашей ветки последняя принцесса — прабабушка. Я шарю за титулы, поэтому не пытайся мне тут лапшу на уши навешать.

— У нас титул наследуется по обеим линиям: мужской и женской.

— В смысле?

— Поразмысли.

Фабиан скорчил недовольную рожу, а он поднялся из-за стола и потянулся всем телом.

— Ладно, я пойду. Хорошей вам смены.

— До завтра, — бросила ему на прощанье Офира.

В пустой дом возвращаться не хотелось, поэтому пришлось отправиться в пивной бар неподалёку. Тяжело признавать, но Рик скучал по сеструхе. Первые дни после её отъезда, он нарадоваться не мог последующему чувству свободы. Больше никто не ломился в туалет по утрам, не дрался с ним за последнюю пачку молока, не ворчал из-за разбросанных вещей, не раздражал громко включённым подкастом о сложностях саларунского языка. Но очень скоро ему стало тоскливо в их казённой квартирки после работы коротать часы отдыха. Появилось чувство какой-то неполноценности, будто от него кусок оторвали, и в одиночестве это неприятное ощущение лишь усиливалось.

Рик опустился на высокий стул у барной стойки и жестом подозвал бармена:

— Привет, мне псовое, литр.

— Привет, что-то ты зачастил в последнее время, — парень с небольшим брюшком и густой русой бородой не спеша достал из-под лавки стеклянный бокал и наполнил его безалкогольным янтарным напитком на основе ячменного солода, пивных дрожжей и печёночного бульона. — Случилось чего?

— Нет, просто не хочу дома один сидеть.

— А, с подружкой поссорился.

— Подружка тут… — он на миг задумался, прикидывая, как долго придётся объяснять, почему он скучает по сестре, от соседства с которой большую часть времени мечтает избавиться с соплячьего возраста, и в итоге решил, что легче поддакнуть. — Что-то вроде того, приятель.

— В таком случае советую оглядеться по сторонам, к нам заглядывает много горячих цыпочек, — парень демонстративно поиграл бровями.

— Ага, одна из них — я, — справа от Рика на стул присела сногсшибательная шатенка с длинными волосами, вьющимися на концах. Она положила на столешницу рядом с собой мотоциклетный шлем и повернулась, протягивая руку с раскрытой ладонью. — Привет, я — Доминика. Можно просто Мина.

— Привет, а я — Рик, — он пожал нежную ладошку с привычными, в меру вытянутыми ногтями. — Почему у тебя такое причудливое сокращение у имени, Мина? В этом есть скрытый смысл?

— Некоторые говорят, что на мне можно подорваться, как на мине. Отсюда и кличка, — усмехнулась она и подмигнула ему необычно ярким серым глазом, будто посыпанным на краях радужки графитовой крошкой, после чего обратилась к бармену. — Фреди, капни мне крафтового портера.

— Не ведись на её симпатичную мордашку, — подтвердил Фред, наливая пиво. — Она лишь с виду такая миленькая.

— Эй! Я тебя, что ли, чаевыми когда-то обидела?

— Чтобы ими обидеть, их надо хоть раз