Шпионка на отборе у дракона (СИ) - Миленина Лидия

Мы счастливо облегченно молчали в неге своей любви. Вот так… Стены между нами рухнули, мы словно замерли в своем личном мире, мире для нас двоих.

— Как тебя зовут, там в твоем мире? — наконец с улыбкой спросил Эрмиор, закопавшись губами в мои спутанные волосы.

— Мария… Очень похоже, просто другая буква в конце… А сокращенно — Маша.

— Ма-ар…ша..?! — рассмеялся Эрмиор.

— Нет, без всякого «р», — со смехом ответила я. — Тебе бы все порычать! Ма-ша… повтори!

— Ма… ша.

— Ага, так… А ты совсем не догадывался, что я из другого мира? — шутливо спросила я. — Может, я не такой уж плохой лазутчик?!

— Догадывался, — серьезно ответил Эрмиор и крепче прижал меня к себе, видимо, опасался, что я захочу убежать.

— Что-о?! — изумилась я. — Догадывался и молчал?!

Я поерзала, будто пыталась высвободиться из крепких драконьих рук. Разумеется, не удалось.

— Не кипятись, ты скрывала куда больше, — прошептал Эрмиор мне в волосы. — Я с самого начала догадывался, что ты не та, за кого себя выдаешь. Ты слишком странно не знала ничего о драконах и обо мне лично. Все время не врала откровенно… но явно что-то умалчивала. Боялась и умалчивала… Конечно, я думал, что ты просто другая девушка, осмелившаяся выдать себя за болотную баронессу. Потому и поддевал тебя все время с этими болотами, чтобы посмотреть реакцию… Но иной раз мне казалось, что ты могла прийти из другого мира. Уж больно ты… неуловимо отличалась от всех женщин, что я знал прежде.

— Интриган ты драконистый! — я опять поерзала, чтобы отстраниться от него в наигранном гневе, хоть сердиться по-настоящему не могла. Мы с Эрмиором действительно стоим друг друга… Хорошо хоть сейчас между нами почти не осталось недосказанного. По крайней мере — с моей стороны…

— Знаешь, — невозмутимо продолжил дракон, — по легендам, такие как ты… не зная своей природы, могли иной раз в минуту страшной опасности случайно открыть дверь в другой мир. В момент, когда идет большой выброс энергии — как тогда, когда я бросил тебя на острове. Вот об этом я и думал… А дальше, попав сюда, ты как-то приспособилась. Научилась бояться всего и всех, нашла себе имя… Но мне в голову не приходило, что ты можешь быть из того мира и что ты пришла сюда шпионить за мной для них! — голос стал горячим. — Не стыдно, а?

— Стыдно… — призналась я. — Немного стыдно, что не раскрылась тебе раньше. Но ты-то! Подозревал — и никак не показал этого!

— Я хотел, чтобы ты… Послушай, Ма… ша, милая моя… королева, — Эрмиор мягко развернул к себе мое лицо и заглянул в глаза. По-доброму, но в глубинах янтаря я уловила привкус застарелой горечи. — Я быстро понял, что ты нужна мне. Потом — что полюбил тебя. Дал тебе этот статус, сделал драконом… И я ждал… Я хотел, чтобы ты полюбила меня так же, чтобы ты начала доверять мне. Провоцировал тебя иногда, но ждал, что любовь и доверие заставят тебя открыться мне целиком… А ты все молчала. И это… это было больно в конце-то концов! Это бесило!

— Поэтому ты… был таким переменчивым? Обижал меня…? — спросила я, успокаивающе погладив его по груди.

— В том числе. И еще… Скажи… Будь я сладким, как дикий мед, потянулась бы ты ко мне? Ты с твоей горячей драконьей кровью и холодным разумом…? Потянулась бы, а? Или дала бы отставку, так и не подарив шанса, как вот этому твоему разлюбезному вежливому торгашу…

— Ревнуешь к нему? — лукаво улыбнулась я.

— Ревновал. До сегодняшнего дня, — усмехнулся Эрмиор. — Но теперь ты никуда от меня не денешься…

— Я уже поняла, — мы помолчали, я удобнее устроилась в его руках. Надежных, удивительных, горячих. Потом я выдохнула. Возвращаться к проблемам и сложным мыслям не хотелось. Но внутри тонко, призрачно, но забилась тревога. Это он теперь знает все обо мне, а я о нем — нет. — Расскажи мне… Так что у тебя с тем, моим прежним миром…

Эрмиор помрачнел. Словно туча наползла на солнце, и радостный теплый день внезапно стал мрачным и холодным. Он уложил меня головой на подушку, встал и пересел в кресло.

— Не могу говорить об этом… когда ты в моих руках… Кхм… — пояснил он. — Очень отвлекает, — выдохнул, примерно как это делаю я, прежде чем сказать что-то сложное. — В твоем мире убили моего отца. Одно это заслуживает мести.

Он помолчал, потом через силу продолжил, задумчиво глядя в сторону.

— Ты знаешь, что после смерти моей матери отец пожелал покинуть этот мир. Я тебе рассказывал. Он мог бы пойти к сородичам, в один из смежных миров, куда они ушли. Но… он больше не был Правителем, да и не тянуло его опять присоединиться к своему народу. Он чувствовал себя опустошенным, нужно было нечто новое… Знаешь, у драконов тоже есть легенды. И одной из них была легенда о мире, близком к нашему в пространстве Вселенной, но далеком нам по духу. Незадолго до войны с людьми туда ушла драконица Вейлина, двоюродная сестра отца. Там была какая-то история о разбитом сердце, о несостоявшейся любви, из-за которой она решила покинуть сородичей и наш мир. Вероятно, от нее и пошел твой род, в котором рождались одни девочки с нераскрытой драконьей кровью… И вот… отец решил найти ее, ведь ее судьба была неизвестна. А заодно исследовать не знакомый нам мир, столь отличный от нашего. У нас было соглашение, что он вернется спустя десять лет проведать меня… Но спустя десять лет он не появился. А я ощутил… пустоту. Такую пустоту мы чувствуем, когда умирает близкий нам по крови дракон.

Эрмиор замолчал.

— А дальше? — осторожно спросила я.

— Мы с Гольценом и Тайроком не могли оставить это как есть. Было решено, что Гольцен отправится в тот мир разобраться, в чем дело, и вернуть отца. По возможности — если он жив. Спустя год он должен был вернуться… А дальше ты, наверняка, догадываешься. Голцен не вернулся ни через год, ни через два… И Тайрок отправился, чтобы найти его и отца. Я предлагал прежде «сходить» к сородичам, найти их в одном из миров, похожих на наш, попросить помощи. Но… видишь ли, открытие портала — это сложный процесс. Драконы никогда не могли делать это, просто щелкнув пальцами. Это огромный выброс силы и большая работа. Тайрок боялся упустить время, боялся, что из-за такой отсрочки Гольцен может погибнуть. Ведь уже стало ясно — в том мире происходит нечто опасное для драконов, нечто неведомое нам прежде… Скорее всего, там тоже нашли способ убивать нас. Я не смог остановить Тайрока…

Эрмиор помолчал, потом продолжил со злой усмешкой:

— Дальше, как ты понимаешь, Тайрок тоже пропал… А спустя много десятилетий, изучая древние книги, я нашел способ, как мне, полукровке, открыть портал… Но, увы, он получился неполноценным. Лишь окно, а не дверь. Но и глядя в него, я кое-что понял…

— Что? — глухо спросила я. Рассказ Эрмиора ошарашивал.

…И ведь он лишь однажды в сердцах бросил, что готов спалить тот мир. На самом деле не собирается, находит в себе силы судить по справедливости. И… никогда не поверю, что мои разлюбезные спецслужбы ничего не знают об убийстве драконов. Может, и послали меня, чтобы выяснить, насколько осведомлен Эрмиор и не стоит ли ждать от него мести. Или еще чего похуже…

— Видишь ли… это окно… кхм… я не могу пройти в него. Но я вижу почти весь тот необъятный мир, я могу слышать его и со временем научился… чувствовать. Я бы почувствовал, если бы в нем был мой отец и два других дракона, так же, как я ощущаю тебя на расстоянии… Но нет… В том мире есть лишь один дракон. И он… умирает. Там есть только одно место, не доступное моему взору, и в этом «белом пятне» находится дракон — не знаю, Гольцен или Тайрок. И его жизнь медленно утекает. Скорее всего, первых двух драконов у вас там убили, узнав откуда-то, что так можно получить огромную силу. А третьего… решили пить медленно. Месть местью, Маша. Но допустить, чтобы он умер, я не могу… Дело еще и в этом, — горько усмехнулся он. — Любой из них мне как отец.