Танго с ненавистным капитаном - Мария Павловна Лунёва
— Без меня? Это вряд ли, — он пожал могучими плечами.
И больше ни слова.
Я поерзала на месте, сжимая ладони в кулаки.
— Знаешь, орш, — мой голос походил на шипение, — иногда мне хочется запрыгнуть тебе на спину и нежно так, любя, придушить, заразу.
— Ну если любя, то можешь душить, — он улыбнулся так мило, что я закашлялась на выдохе, поперхнувшись. — Холодно, сейчас внутрь заедем, там жара. Согреешься, — проворковала эта шкафина и направила катер прямо к металлическим грязным воротам.
Я косилась на него с подозрением. Чего это вообще на него нашло? Может, где-то чем-то тяжелым приложило, а мне не рассказали?
Или... или его хроны все же пробили и поковырялись в мозгах. Я прищурилась, поглядывая на его макушку.
— Ками? — он заметил мой подозрительный интерес. — Что за взгляд?
— Скажи честно, тебе хроны мозг свернули, да? — выпалила я.
— Хм... — он будто бы и призадумался, но, цокнув, покачал головой. — Видишь ли, Ками. В семье, конечно, самый старший — Нум, самый сильный вроде и Лэксар, но с одним лишь «но». Я еще и непрошибаемый. И до появления в семье Нума был первым рождённым. Так что еще не вылупился тот хрон, что справится со мной. Потому что пока он будет ломать мне мозг и давить авторитетом, я ему просто по роже вдарю, да так, что ляжет и не встанет. Вот и думай, что там со мной не так.
Он хохотнул и нажал на клаксон. Наш катер издал пронзительно пищащий звук. Через мгновение над вратами теплицы разгорелась зеленая полоса, и тяжелые створки поползли в сторону.
— Но откуда ты знаешь, что нам сюда? — не унималась я.
— Чуйка, интуиция, Ками, — он сверкнул глазами.
И все... вот со мной совсем все. Потому что такого Маэра я еще не видела. Это было чувство юмора, да? А откуда оно там в этой оршьей детине?
Что за игривость в голосе? Куда дели моего грубияна?
Фыркнув, я и вовсе сложила руки на груди.
— И что опять не так? — поинтересовался он.
— Хочу свое прежнее хамло. Такой ты бесишь. С тобой даже не поорать теперь.
— Ну почему же, — уголок его рта приподнялся, он явно сдерживал смех.
— Да потому что с таким тобой я не знаю, что делать! Ты что, проснулся с мыслью, что сегодня станешь новым человеком!?
— Оршем, — подправил он.
— Что?
— Я орш, и человеком точно не стану.
— Ну, — я отмахнулась от него. — Верни моего хама, — проворчала, глядя в окно.
Ворота расползлись, и Маэр завел катер в тепличный ангар.
Открыв рот, я уставилась наверх. Сколько же здесь ярусов! И все такое ярко-зеленое. Цветет, пахнет. На наше лобовое стекло тут же приземлилось несколько крылатых насекомых. Я вспоминала, что там Петуния мне про цветочки рассказывала. Вроде как опылители важные.
— Убивать нельзя, да? — я указала на крылатую пакость.
— Эти жалят, — Маэр поморщился. — Лучше руками не размахивай, и если какая сядет на тебя, просто мне покажи — я уберу.
Я благодарно закивала и продолжила рассматривать ярусы. Там, среди толстых стеблей и широких листьев, расхаживали работницы в комбинезонах. Что-то распрыскивали.
— И что, они все рабы? — снова не сдержала любопытства.
— Эти нет, — Маэр тоже взглянул наверх. — Они здесь больше для красивой картинки. Этот ангар — как витрина. Смотри, выбирай, а привезут товар тебе со складов. Вот там, скорее всего, рабы трудятся. От меня, Ками, ни на шаг. Все эти станции — черные. Если здесь кого-то потеряешь, то только с боем вернешь. А это большие траты.
— С боем? — я приподняла бровь и расстегнула верхнюю липучку, становилось жарко, и дышать как-то сложно. — Войнушка, в смысле?
— Она самая. Черных пиратов нанимать придется, чтобы они им разнесли пару стоек купола.
— И ты бы нанял, если бы я пропала? — мне стало так интересно.
— Уж поверь, я бы здесь все в зеленую пыль обратил. Даже если ради этого мне пришлось бы продать все, что у меня есть.
— Хм... звучит мило, — я с важным видом помахала ладонью на лицо. А после расстегнула еще несколько липучек и стянула с головы шапку.
— Снимай по пояс костюм, — Маэр странно улыбался. — Мы, считай, в тропики заехали.
Пока я стягивала рукава, освобождая руки, он остановился у небольшой металлической платформы. К нам заспешил молодой симпатичный рогатый фавн. Мельком мазнув по моему оршу, он остановил взгляд на мне. Расцвел в улыбке. Я поправила на груди кофточку, выставив декольте.
— Ками, еще одно движение в районе твоей груди, и кое-кто слишком глазастый лишится рогов.
— Ммм, — замерев, я повернула голову. Маэр сидел с прямой спиной и прожигал взором незадачливого сохатого.
— А с этим что не так? — не поняла я. — Ну смотрит и ладно.
— Нет, не ладно, — на скулах орша заходили желваки.
Он резко открыл дверь и вышел. Одним движением сорвал липучки и спустил верхнюю часть костюма на талию.
Мы с фавном были впечатлены.
Рогатый резко передумал глазеть в мою сторону. Его как-то больше заинтересовали странные стручки на ближайшей вертикальной грядке.
— Вот так лучше, — губы моего орша презрительно скривились. Он вдруг стал прежним, таким понятным и предсказуемым. — А теперь рассказывай, что ты можешь мне предложить.
— Овощи, — выдал умное слово фавн.
— Да ты что? Удивил, — Маэр развел руками. — А может, еще что-то?
— Яйца, — заблеял сконфуженно рогатый.
Меня в этот момент так и подмывало похабненько уточнить, чьи? Но я пожалела и без того готового начать заикаться бедолагу.
Но это я, а вот Маэру было не до душевных страхов местного торговца.
— Чьи? — услышала я закономерный вопрос.
Нет, ну... Покачав головой, я снова взглянула наверх. Меня заинтересовали последние ярусы, там не было видно зеленых насаждений. Какие-то клетки, домики.
— Как чьи? — в фавне вдруг проснулся профессионализм, он, видимо, вспомнил, что вообще-то продавец. — У нас два десятка видов птиц. Вы можете подобрать то, что вам более привычно. Вам... — он бросил взгляд на меня, — или вашей женщине. Если не ошибаюсь, она человечка. Об этом говорит цвет кожи, глаз, отсутствие на голове...
— Да, человек, — резко прервал его Маэр. — Что им привычно?
— Куриные, утиные, индюшиные, — быстро выдал фавн. — Если говорить о чем-то экзотичном, то страусиные и яйца цесарки...
Маэр выслушал его и кивнул.
— Вот и собери мне пять стандартных контейнеров овощей, которые подойдут моей женщине. И чтобы ни намека на синтетику. И яйца туда же.
— Чьи? — фавн хлопнул глазами.
— Главное, что не свои, — прорычал в его сторону мой орш.
— Понял, — рогатый развернулся и шагнул на платформу.
_______________________________________________
