Весна, которой нам не хватит (СИ) - Летова Ефимия

Только подойдя к ограде КБД, я подумала о том, что охранник на входе, конечно, спит, но всё же не настолько крепко, чтобы пропустить девушку – или вообще кого-либо пропустить. Покосилась на Эймери, но он, сосредоточенный и хмурый, просто держал меня за руку и шёл вперёд. Я попыталась по небу определить, сколько сейчас времени... часа три ночи? Или четыре? Безумием будет надеяться, что нас пустят, даже с учётом того, что он преподаватель, а я секретарь директора. Ещё и шум поднять могут…

Однако обошлось. Никаких окольных путей на территорию КБД Эймери искать не стал, подошёл к сторожке охранников, о чём-то пошептался с ними, кивнул стоящей в отдалении мне, и мы прошли.

- Взятку дал? – не удержалась я. – Какая у нас охрана продажная, куда катится мир. Неудивительно, что за оградой Колледжа творится всякое безобразие.

- Не совсем взятку, – коротко отозвался Эймери. Он ожидаемо направлялся к мужской купальне.

- Нет, серьёзно, неужели на территорию Колледжа можно проникнуть ночью так запросто и кому угодно?

- Не кому угодно. Я преподаватель, и договорился обо всём заранее, – я ущипнула его за руку и не увидела в темноте, а просто почувствовала, как он улыбается. – К тому же дар играет мне на руку. Всегда можно узнать о человеке то, что он хочет скрыть ото всех. Это куда эффективнее денег.

- Да ты злостный шантажист!

- Угу, злостный скверный шантажист. Давай дальше молча. Мало ли…

Я замолчала. В преддверии лета, которое должно было начаться послезавтра, ночь была почти тёплая и тихая. Тишина прерывалась мелодичным пощёлкиванием и постукиванием какой-то ночной садовой тальпы или прочей болтливой крылатой мелюзги. К зданию мужской купальни мы подошли довольно быстро, ключ у Эймери, разумеется, имелся. Воздух внутри был влажный и тёплый, довольно сильно пахло хвоей.

Казалось, чаша бассейна наполнена чёрной непрозрачной жижей, а не водой. Светильники были погашены, но при нашем появлении слабо и тускло загорелась россыпь звёздочек под потолком. Любопытно, как это придумали, не иначе как артефакты всё больше входят в повседневную жизнь. Или наука идёт вперёд семимильными шагами… Всё-таки мы «прогрессивная» Айвана.

Приглядываться к светильникам и способу их работы я не стала. Никого? Никого.

Эймери вслушивался, настороженно, напряжённо, а потом ощутимо расслабился. Потянул меня на шезлонг в углу. Я села рядом с ним, чувствуя сквозь одежду его бедро и плечо. Погладила то место, где был его изуверски зашитый шрам, стараясь не давать волю рукам и одним этим местом и ограничиться.

- И ничего не противно, – шепнула я ему. – Очень больно было, да?

- Наверное. Не помню. Когда меня нашли, я уже был без сознания.

Я поёжилась.

- Удивительнее всего, что ты вообще выжил с таким-то отношением окружающих.

- Угу. Кстати, у меня уже был маленький шрам на этом же самом месте. А ещё говорят, молния два раза в одно место не бьёт... ещё как бьёт. На самом деле, издеваться-то в Джаксвилле издевались, но убивать никого не убивали. Границу не переходили. Думаю, за это можно было сильно получить по шапке.

- А после того, как тебя вылечили… из приюта тебя забрал мой отец?

- Мой.

- А, – начала было я, но Эймери мотнул головой.

- Мы поговорили совсем недолго. На самом деле, он не сказал, что, ну, кто он. Но я и так понял. А почему не вернули в приют – не знаю. Вероятно, об этой истории с побегом и последующим заражением всё же стало известно, не знаю, что там в папаше взыграло... Хотя, скорее всего, до папаши дошло мамино завещание и её последнее желание, чтобы я не жил в приюте, а мальёк Аделард позаботился обо мне. Не знаю, Хорти. Я плохо помню все обстоятельства.

- Вы похожи с ним? Внешне?

- Нет. Совсем не похожи, – последнее прозвучало по-детски непримиримо.

Что-то булькнуло, словно с потолка сорвалась крупная капля.

- Пойдём обратно, никто не придёт, – сказала я, без особого сожаления. Подступающий страх грядущей потери и близость Эймери кружили мне голову, странный коктейль, тревожный, горький. Я осмелела. – Скоро рассвет будет... уборщики придут. Пойдём. Повторим всё, что было вечером. Потом поспим. А потом ещё раз повторим.

Серые глаза Эймери казались чёрными в полумраке купальни. Новые капли, одна за другой, то и дело шлепались с потолка, разбиваясь о пол или водную гладь: шлёп, шлёп...

- Звучит идеально.

- Идём?

- Идём. Действительно, глупо было ждать… Но очень хотелось получить хотя бы часть ответов.

Мы встали, а я ещё раз окинула купальню взглядом.

- А если он уже здесь был? Приходил, не дождался нас и ушёл? Ты же не указал в том послании точное время встречи.

- Можно попробовать проверить. Постой-ка на стрёме. Умеешь свистеть?

- Ещё чего. Ухать филином и куковать тоже не умею. Если кто-то подозрительный пойдёт в сторону купальни, я просто брошусь на него со спины и заору, как ненормальная.

- Не чуди, малявка.

- Будешь так на меня смотреть, я тебя в бассейн сброшу.

- А потом прыгнешь за мной следом.

- Обязательно.

Я потянулась к нему, чуть подпрыгнула и дотянулась губами до острого кончика носа.

- Проверяй быстрее.

Эймери подумал, подошёл к входной двери, приоткрыл её, чтобы была возможно, не выходя наружу, взяться руками одновременно за обе дверные ручки. Я отошла в тень ближайшей ели – в саду КБД были в основном хвойные деревья.

Я зевнула и всерьёз задумалась о хвоинке как о фаллическом символе, и очнулась, только когда Эймери негромко меня окликнул.

- М-да, постовой из тебя ненадёжный.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он говорил вроде бы расслабленно и даже шутливо, но всё же что-то было не так, и я насторожилась.

- Говори.

- Похоже, он уже был здесь, ты права. Или, возможно, она.

- Она?! Убийца мальёка Реджеса – женщина? Ты не разглядел, кто? Как она...

- Погоди, – Эймери поморщился, взял меня под локоть и повёл в тень учебного корпуса, подальше от освещённой фонарями дорожки. – Потише, пожалуйста. Я не говорю, что это убийца Реджеса. Но раз он или она пришёл в купальню ночью, именно сегодня... А кроме того, в воспоминаниях Делайн я видел нечто – кого-то – подобного. Я тогда не стал говорить, потому что нельзя было распознать, кто это...

- В каком смысле? – запуталась я. – Ты видел похитителя Делайн, но не разглядел лица, так что ли?

- Лицо было скрыто. Не под маской даже, под плащом или накидкой. Не разглядеть ни лица, ни фигуры. Но стройный такой... двигается плавно. Вот я и подумал про женщину.

- Думаешь, он знает о тебе и твоих способностях?

- Он знает о Джаксвилле и был там. Он знает о смерти Реджеса. Он причастен к похищению Делайн. Это как минимум. Что ж, он может знать и обо мне.

- И что нам делать?

Эймери задумался. Отошёл, вероятно, поболтать с охранником, на которого отыскал какой-то компромат. Вернулся.

- Маль Кратус уверяет, что после девяти вечера никто на территорию кроме нас с тобой не заходил. И не выходил. Не думаю, что он врёт. Посетитель купальни может быть всё ещё где-то здесь.

- Это не очень-то сужает круг подозреваемых, – неуверенно сказала я. – Слуги тут многие живут, плюс целое общежитие мальчиков. Часть из них, правда, уже уехала… Но ты же можешь поспрашивать дверь общежития или...

- Представь себе, сколько народу проходит через эту дверь. Она могла и не запомнить того, кого нам надо.

- Дверь купальни же запомнила!

- Да... и это говорит о том, что явно нужный нам человек испытывал сильные эмоции, входя туда. Но с общежитием... и вообще, студентов я больше всех проверял. Не думаю.

- А преподавателей? Директора?

- Так, Хортенс, подожди. Скоро уже рассвет, нам надо подумать. Если этот человек не выходил, то вариантов не так уж много. Он либо студент или слуга и теперь спокойно спит у себя, либо он прячется в саду, либо – в учебном корпусе.