Линси Сэндс - Вампир: украденная жизнь

— Похитили?

Второй переспросил:

— Нашего сына?

Джулиус открыл уже рот, чтобы ответить на вопрос о «нашем сыне», но это была бы такая долгая и запутанная история, что он передумал и просто кивнул:

— Да. Похитили. Я послал людей на поиски фургона, на котором их увезли, равно как и любой информации о Ж… человеке, который, как мы подозреваем, стоит за этим, — сообщил он, решив пока не упоминать имени их отца. — Мне пришлось остаться здесь и ждать, на случай, если появятся требования о выкупе.

Бастьен вперился в него прищуренным взглядом, и Джулиус ощутил незначительные колебания, достигшие его сознания. И поняв, что тот пытается прочесть его мысли, немедленно установил защиту на место, блокируя вторжение.

— Вы сказали «нашего сына»?

Джулиус посмотрел в сторону говорившего, вопросительно подняв брови.

— Прошу прощения, — тихо произнес Бастьен. — Это мой брат, Люцерн.

Джулиус кивнул и протянул Люцерну руку со словами:

— Старший сын Маргарет. Писатель.

Тот самый, с которым ему так и не довелось встретиться, когда он впервые нашел Маргарет и женился на ней.

— А это наш кузен Винсент, — представил Бастьен еще одного своего спутника.

Джулиус поднял бровь. Он ожидал, что это Этьен, самый младший из сыновей Маргарет, но теперь предположил, что им окажется другой бессмертный — тот, который с хмурым видом стоял позади всех.

Сыновья Маргарет походили внешне на своего отца, или, по крайней мере, на его близнеца, так как Джулиус никогда лично не встречался с Жан Клодом. Но если два ее старших сына были черноволосыми, и общие черты с их отцом не слишком бросались в глаза, то стоявший поодаль блондин обладал наиболее ярко выраженным сходством.

В этот момент Винсент протянул Джулиусу руку, снова переключив его внимание на себя.

— Много слышал о тебе, — поприветствовал его Джулиус. — Ты племянник Маргарет. Актер и продюсер театральных постановок. Мои племянники Нейл и Стефано работают на тебя.

Глаза Винсента округлились.

— А я еще подумал, что вы, должно быть, родственники, когда услышал знакомую фамилию.

— Да. Я отец Кристиана, — подтвердил Джулиус.

— Отец Кристиана? — Винсент встревоженно нахмурился. — Значит, Кристиана похитили, так?

— Да, — печально признал Джулиус.

— Но вы сказали «наш сын», — смущенно пробормотал Люцерн. — Ваш и чей еще?

Джулиус устало провел рукой по волосам, понимая, что просто не сможет избежать объяснений.

— Мой и вашей матери.

В кабинете повисла гробовая тишина, и три пары мужских глаз вытаращились от шока. Только бессмертный у двери повел себя по-другому. Он иронично прищурился, что заставило Джулиуса пристальней вглядеться в него… и понять, что это не Этьен Аржено, младший сын Маргарет. Этот бессмертный был гораздо старше всех остальных. Джулиус ощущал силу и могущество незнакомца, державшегося с поистине королевским достоинством.

— Ваш и нашей матери? — медленно переспросил Бастьен. — Простите, кажется, вы знаете что-то, чего не знаем мы. Что…

— Ваша мать и я — истинные половинки. У нас есть общий сын, — рассеянно пробормотал Джулиус, не спуская глаз с бессмертного позади группы. Наконец, он спросил холодным, ровным голосом:

— Кто вы?

Тот надменно поднял бровь и проворчал:

— Много воды утекло, но, тем не менее, я удивлен, что ты не узнал меня. Не думаю, что ты мог забыть наш разговор.

— Люциан Аржено, — прорычал Джулиус, и дикая ярость исказила его лицо. Он не знал, кто был третьим участником воздействия «трех на одного», но определенно, Люциан входил в их число… что делало его одним из трех подозреваемых в нападениях на Маргарет. Джулиус не оставлял мысли, что главным виновником все же является Жан Клод, но не сомневался, что и Люциан тоже замешан в этом. Они же были близнецами.

— Да, — Люциан высокомерно выгнул бровь и открыл рот, намереваясь что-то сказать, но осекся и изумленно уставился на атаковавшего его Джулиуса.

Но нанести удар Джулиусу не удалось. В ту же секунду, как он ринулся вперед, трое спутников Люциана бросились ему наперерез. Бастьен и Люцерн оказались проворнее своего кузена, и Джулиус внезапно обнаружил, что братья схватили его, скрутив ему руки и не давая добраться до своего дяди. Они не причинили ему вреда, но пошевелиться он не мог… Однако это не мешало ему говорить. Рванувшись из рук удерживавших его бессмертных, Джулиус выплюнул:

— Что ты и твой вонючий, мерзкий братец сделали с Маргарет и Кристианом?

Люциан в явном замешательстве удивленно вскинул брови.

— Что-о?

— Ты меня слышал, — огрызнулся Джулиус, возобновив попытки стряхнуть с себя руки сыновей Маргарет. Гнев придал ему сил, и он почти вырвался, но Винсент поспешил на помощь кузенам — встал перед Джулиусом и обхватил его спереди, держась в стороне настолько, насколько это было возможно, так что Люциан и Джулиус по-прежнему смотрели в лицо друг другу.

Люциан, кивком поблагодарив Винсента, перевел взгляд на Джулиуса и буркнул:

— Понятия не имею, о чем ты.

— Как бы не так, — прорычал Джулиус. — Тебе что-то известно. Он твой близнец.

— Кто? — спросил окончательно сбитый с толку Винсент.

— Жан Клод, — произнес хозяин дома сквозь сжатые от ярости и разочарования зубы.

Повисла тишина, пока братья Аржено смущенно переглядывались между собой, а затем посмотрели на своего дядю. Джулиус едва не заскрежетал зубами. Тот должен был что-то знать. Люциан был его единственной надеждой. В противном случае, он не имел ни малейшего понятия, где искать свою половинку и сына. Джулиус потерял бы любимую, потерял бы их обоих.

— Проклятие! Ты должен что-то знать. Я не могу потерять ее снова.

— Потерять кого? Нашу мать? И что значит «снова»? — спросил Бастьен. — Да, и какое отношение ко всему этому имеет тот факт, что дядя Люциан — близнец нашего отца?

Джулиус зарычал от досады, обведя взглядом лица стоявших вокруг бессмертных. Бастьен и Винсент выглядели абсолютно обескураженными, Люцерн казался задумчивым, и только Люциан оставался невозмутим.

— Боюсь, мы вас не понимаем, — тихо признался Винсент. — У кого тетя Маргарет?

— Спроси его! — кивнул Джулиус в сторону Люциана. — За этим стоят он и его брат.

— Что он говорит, дядя? — спросил Бастьен, немного злясь на самого себя.

Люциан Аржено помолчал, затем слегка пожал плечами.

— Не знаю.

Джулиус горько усмехнулся.

— Так же, как не знал, что Жан Клод на самом деле жив, когда он где-то пропадал те двадцать лет?

— Что? Отец пропадал? — вздрогнул Бастьен и посмотрел на брата. — Ты знаешь, о чем речь, Люц?