Карен Монинг - Кровавая лихорадка

— Алло? — это оказался не папа. — Кристиан! Привет, да, вообще-то с удовольствием. Нет, нет, я не забыла! Я просто была занята. — Да уж, у меня было кое-что другое на уме, пока нервы были завязаны на узел.

Но теперь все в порядке. Все снова в норме. Я Мак Лэйн, ши-видящая, вооруженная до зубов, копье, ножи и фонарики. Бэрронс был… ну, Бэрронсом, и охота за «Синсар Даб» продолжается.

И сегодняшний вечер как раз подходит, чтобы провести его с симпатичным шотландцем, который знал мою сестру и узнать, что именно он знал.

— Я буду там через сорок минут. — я хотела переодеться и освежиться. Нет, за мной приходить не нужно. Я пройдусь. Не переживай, со мной все будет в порядке.

— Свидание, мисс Лэйн? — откликнулся Бэрронс, когда я повесила трубку. Он замер. Какое-то время я решила, что он вообще не дышит. — Вы и правда считаете, что оно уместно, учитывая происходящие вокруг вас события? Снаружи Охотники.

Я пожала плечами.

— Они боятся копья.

— Там Гроссмейстер.

Я одарила его сухой улыбкой.

— Тогда, я предполагаю, хорошо, что ты не дашь мне умереть.

Он улыбнулся мне в ответ призраком моей сухой улыбки.

— Наверное, он нечто особенное, если ради него стоит отправляться в Дублинскую ночь.

— Так и есть. — Я не стала объяснять ему, что этот парень знал мою сестру. Информацией между мной и Бэрронсом не принято делиться на добровольной основе. Мы оба варимся в том, что сами с собой делаем. В тот день, когда прекратит он, остановлюсь и я.

— Может мне объявить вам комендантский час? — передразнил он.

— Попытайся. — Я повернулась к дверям в свою комнату. Я умоюсь, подрумянюсь, накрашу ресницы и губы, надену что-нибудь миленькое и розовое. Не потому что я считала эту встречу свиданием. Совсем нет. Шотландец может и знал мою сестру и может он даже знал немного о том, кто мы такие, но в моем мире он не выживет. Мой мир слишком опасен для обыкновенного человека, даже для тех кто вооружен знанием.

Я одену розовое потому что знаю, в моем будущем этого цвета нет. Я обвешусь аксессуарами сверху донизу, и я одену кокетливые туфельки потому, что мой мир нуждается в красоте, чтобы противостоять всему уродству. Я одену розовое, потому что я ненавижу серое, и не заслуживаю белое, а от черного меня тошнит. Уже у самых дверей я остановилась.

— Иерихон.

— Мак.

Я замешкалась.

— Спасибо за то, что спас мне жизнь. — Я выскользнула за двери. И прежде чем их закрыть, тихо добавила:

— Снова.

Глава двадцатая

Мне нужно было пройти через Темпл Бар, чтобы добраться в Тринити, где я должна была встретиться с Кристианом.

По пути я прошла мимо инспектора Джейни. Он и двое других гардовцев пытались справиться с группой агрессивных алкашей. Он посмотрел на меня с ненавистью, ясно давая понять, что не забыл обо мне, и об убийстве шурина. Можно не сомневаться, что скоро снова увижу его. Я не виню его. Я сама охочусь за убийцей и я знаю что он чувствует. Проблема в том, что он преследует не ту цель. А я не ошибалась.

Может вы подумаете, что после всего, что я пережила я стану боятся ночи? Нет, я не боялась. Ночь, это просто оборотная сторона дня. Меня пугает не тьма, а то, что приходит из нее, и я была готова встретить пришельцев.

У меня было копье, к которому Охотники и близко не подойдут. У меня на шее была татуировка, и Бэрронс в любое время может воспользоваться ею и найти меня везде. И если я окажусь в Эльфийской стране, я подозреваю что новости тут же поспешат к В’лэйну на крыльях эльфийского ветра и я знала он тоже хотел получить меня живой. Враги у меня могущественные, но и защитники тоже под стать. Потом есть еще Риодан — человек который смог выжить в драке с Бэрронсом — которому всегда можно позвонить, если Бэрронса нет рядом, и у меня был ВССО, на случай если все станет совсем плохо. После всего что я видела от Бэрронса, подозреваю, что ВССО окажется настоящим надирателем петуний.

Если все пойдет очень-очень плохо, я укушу ближайшего Невидимого, вместо того, чтобы его проткнуть, и начну жевать.

Кстати, про Невидимых, они были везде в оживленной зоне вечеринок, но я не обращала на них внимания. Я смотрела на людей.

Это были мои люди.

У меня была работа, цель, важнее даже чем задание найти «Синсар Даб», которым меня обязала сестра. Я и так уже знала, что на том дела не кончатся. Я просто весьма эгоистично интерпретировала ее послание. Все зависит от этого, сказала он. Мы не можем им позволить завладеть ею! Мы должны взять ее первыми!

Я знала ее сообщение наизусть. Я постоянно прокручивала его в голове. Мы должны первыми добраться до нее, чтобы что-то с ней сделать. Что именно, я не знала, но сильно сомневаюсь, что моя работа окончится в момент, когда мы ее найдем.

Вопрос: Когда ты оказываешься одной из, лишь, нескольких людей способных решить проблему, каков уровень твоей ответственности?

Ответ: Ответ на этот вопрос и определит, что ты за человек.

Я шла сквозь шумную толпу одетая в розовое и золотое, волосы завиты в темные кудри. Глаза сияли, смотрели сразу всюду, я вдыхала запахи, наслаждалась звуками. Пружинистая походка вернулась ко мне. Я никогда в жизни не чувствовала себя более живой, более важной, принадлежащей этому миру. Я решила на обратном пути заскочить в одно из круглосуточных интернет кафе, насладиться вечерним ирландским весельем и закачать пару новых мелодий для моего иПода. У меня теперь была зарплата. Я собиралась потратить немного денег.

Только что я стучала в приемную к Смерти, и была опьянена ощущением жизни, не важно насколько плоха была теперешнее ситуация в мире, не важно как изломана была моя жизнь.

Я с любопытством вглядывалась в лица прохожих. Я улыбалась, и мне улыбались в ответ. Несколько раз мне даже присвистнули в след. Иногда маленькие удовольствия в жизни оказываются самые сладкими.

Я мысленно пока шла, проверяла теперешнее состояние игральной доски. Мэллис по-настоящему выбыл, темная, безголовая фигурка упала вниз. Дерек О’Баннион встал на его место, на темную сторону доски, туда где правит Гроссмейстер.

Я все еще надеялась удержать Ровену на своей стороне — на светлой — и надеялась, что Кристиан МакКелтар тоже как-то сможет там уместиться. Приятно было бы иметь товарищей. Я была уверена, что Дани — воин света.

Бэрронс?

Иногда я думала, что именно он построил эту треклятую игральную доску, и приводил игру в движение.

Это произошло в трех кварталах от Тринити, когда я решила скоротать путь, прямо на боковой улочке.

Я вцепилась в голову и застонала:

— Нет. Не сейчас. Нет!