Я спасу тебя, или Десять нелепых смертей Эйрин Миттар - Марина Николаевна Александрова

— Но я ему нет, — поспешила защитить барса, а в результате добилась, что на дне глаз тёти и мамы синхронно зажглись недобрые огоньки, предвещающие катастрофу.

«Надеюсь о наличии невесты они с Элаиз не прознают, а то как бы Амалия не попала в списки пропавших без вести», тревожно подумалось мне с долей черного юмора.

— О боги, боги, — продолжала повизгивать Файка, пока я совершенно измученная и несчастная поднималась на второй этаж.

Умом я понимала, что не стоило ляпать такое особенно маме, но теперь брать слова назад было уже поздно. Несмотря на её уверения, что она не собирается вмешиваться, я не была в этом уверенна. Она могла! И Элаиз тоже! Одно успокаивало: территория поместья была далеко от города и хорошо охранялась. Вряд ли мама стала бы делать подкоп, как близняшки, чтобы передать Терону «гостинца» в виде пирожков с мясом и лучей её «идеально-тёщинской» харизмы! К тому же все недочеты, обнаруженные близняшками, были устранены и теперь так просто не подкопаешься, в прямом смысле слова.

— Я думала, сегодня мы посплетничаем обо мне и нежданно свалившемся на мою определённо удачливую голову счастье, но ты и так многое знаешь или представляешь! Потому я хочу знать подробности! Срочно! — скидывая туфли и бесцеремонно заползая ко мне на кровать, Файка тут же наклонилась и начала извлекать из-под кровати зелёненькие бутылочки в количестве двух штук. — Твоё любимое! — поиграла она бровями, указывая на напиток в своих руках.

— Вот это ты правильно принесла, — искренне одобрила я, решив, что срочно нужно забыть обо всём хотя бы сегодня.

В конце концов, этот день вот-вот закончится! Это ли не счастье?

Самое главное, не начать обсуждать поведение Терона и то, что он вообще-то занят в первую очередь потому, что есть договор согласно которому содержание сказанного тут же высветится в волшебной книжке барса! Так что ни в коем случае! Лучше обсудим медведя!

— И всё же, расскажи мне каково это стать истинной Элвина Малори? — прищурилась я, получив в ответ какой-то многообещающий взгляд подружки.

* * *

Терон Аскард

Была глубокая ночь, а Терон не мог заставить себя встать и пойти спать, продолжая сидеть в рабочем кабинете и покачивая в руке бокал с янтарной жидкостью внутри. Всё его звериное естество требовало действий. Иначе и быть не могло, когда находишь истинную пару, то включаются совершенно другие механизмы, которые направлены лишь на ухаживания, присваивание, размножение. Каждая клеточка тела горит и вибрирует, требуя, чтобы рядом была та самая. Стоило ему почувствовать её настоящий запах и мир вокруг него перестал существовать. Всё то рациональное, что было в нём исчезло, смазавшись и разлетевшись на неясные фрагменты. В то время, как в его руках осталось нечто неимоверно важное, путеводное, единственное! И не нужно никого и ничего больше! Любовь? Наверное, так выглядит она глазами оборотней, где в одной точке, той самой избранной, сходится всё, что имеет значение как для зверя, так и для человека, и в кои-то веки нет никакой разницы между звериным и человеческим.

Он понятия не имел, что так бывает. Не мог и представить, что когда-нибудь это произойдёт именно с ним. Больше всего на свете хотелось скинуть свой собственный защитный артефакт, позволить Эйрин почувствовать его всего таким, каков он есть… А дальше позволить их телам стать одним целым. Любить друг друга так, как завещано предками. Стирая границы, кожа к коже, глаза в глаза присваивая и отдаваясь.

Стакан в руке барса жалобно хрустнул и на пол полетели осколки и так и не выпитая жидкость.

— Демоны бы всё это подрали, — почти прорычал Аскард, стряхивая с ладони стекло.

Весь вечер и вот уже половина ночи всё, что он делал — это пытался вернуть себе самообладание. Уговаривал, представлял, что его звериное нутро это кто-то отдельный с разумом, к которому он обращался. Нельзя, чтобы кто-то узнал. Нельзя пока его грёбаная семейка не обрела своё пристанище в королевской тюрьме, чтобы кто-то посторонний об этом пронюхал! Если бы он дал себе волю прилюдно, а Эйрин почувствовала в нём свою пару, то известие об этом было бы уже не остановить. Он должен объясниться с ней без лишних ушей, рассказать почему важно хранить их истинность в секрете. Это пока он один и все силы Роданских направлены против него. Эйрин окажется в прямой зоне риска, если ко-то узнает о том, кем она ему приходится, а вместе с ней и её семья, в которой кроме вояк есть и дети. Он не имел права идти на поводу у собственных желаний, но надолго даже его не хватит! Хоть бы ночь перетерпеть!

На фоне этих переживаний он толком не мог сосредоточиться на том, что было в разы важнее! Например, на том, как вспомнил, что уже пережил, а точнее «не пережил» как минимум два нападения на так и не состоявшемся свидании. Он просто не мог сосредоточиться на этих мыслях. Они казались ему несущественными! Вот так вот решила его звериная суть, не позволяя брать в голову то, что вообще «неважно» с точки зрения зверя. А важен был запах проникающий в каждую клеточку его тела, который заполнил собой всё вокруг; хрупкое и такое горячее тело в его руках; нежно-розовые влажные губы, чтобы дотянуться до которых нужно всего лишь сжать руками крепкие бёдра и поднять её к себе, заставляя обвить ногами его спину…

— Твою мать, — прошипел он от силы вновь нахлынувших на него эмоций, когда книга, свидетельствующая о разглашении информации о нем и лежащая на краю письменного стола вдруг вспыхнула золотом, фиксируя сказанное, а потом снова, ещё раз и ещё!

* * *

Эйрин Миттар

Чем мне нравились эльфийские напитки определённого толка, так это тем, что пьются они легко, и кажется, что придают лишь настроение происходящему, но именно этим они мне точно так же и не нравились. Один лишний глоток и наступает утро. А, чем закончился вечер остаётся только гадать.

Боги, ну чем могла закончиться вполне себе невинная вечеринка двух подруг, запертых в отдельной комнате на окраине города? Ну правильно же — только сном.

— Эйрин, поднимайся тебе пора собираться, чтобы успеть вовремя, — негромко позвала мама с первого этажа, но для моего слуха вполне достаточно.

Открыв глаза, порадовалась ещё одному плюсу — голова была свежей и лёгкой.

Быстро