Тушемля. Дети Велеса - Тина Крав

разговоров, - он обхватил ее лицо ладонями и немного жестко поцеловал. Она моргнула. Глаза слезились. То ли от едкого дыма, нависшего над их селищем, то ли от свербящего душу нехорошего предчувствия. Зорян уже отвернулся. -Я к Годлаву. Идан, помоги со сборами. Молодой человек кивнул, провожая волхва задумчивым взглядом. -Он здешний? – спросил он, оборачиваясь к Дивии. -Нет, - так же глядя на удаляющуюся широкую спину мужа ответила она, - он на Славутиче родился. Извини, я собираться. Коли есть вопросы, потом обсудим. Или если хочешь найди старого волхва. Он тебе все расскажет.Подхватив корзинку с травами она направилась к дереву, где стояла привязанная Гнедая, с завязанными мокрой тряпицей глазами и запряженная в телегу, на которой уже был закреплен кое-какой скарб да корзины с их скромным добром, кореньями да травками. Кто же ведать может, что им пригодиться в пути, да на новом месте? Бросила взгляд через плечо. Идан видимо послушал ее совета. Пошел волхва старого искать. По крайней мере шел в ту сторону, где последнее время часто его видели. Вздохнув, она погладила лошадь по морде.-Ну что, Гнедая, видимо сбылось предсказание. Уходить нам надо. Она прижалась к ней щекой, и смахнула набежавшие слезы. -Может воротимся когда-нибудь сюда…- проглатывая горькие слезы прошептала она, на что Гнедая только фыркнула, ведя мордой по сторонам, - и я не хочу уходить. Но так Зорян велел. Так что потерпи. Скоро путь неблизкий предстоит, - она посмотрела вдаль, на север, - он сказал, там места хорошие. Может и примут нас. Гнедая заржала, беспокойно перебирая ногами и недовольно дергая хвостом из стороны в сторону. Дивия похлопала ее по крупу. -Знаю, тебе тоже страшно. Но мы справимся. У нас нет другого пути.

Глава 60 Гонимые

Глава 60 Гонимые-И зачем нам уходить, - бурчал Годлав, сидя в телеге и недовольно глядя на отца Дивии, - вот пошел ты у него на поводу, Полей. А так хорошо все было. А теперь что? Дома свои покинули. Идем в неизвестность. А там и пращуры наши остались. А нас что ждет? Как силу Рода восстанавливать будем, вдали от них? -Об этом ранее думать надо было Годлав, - пережевывая кашу ответил Полей, - покуда глупостей не наделал.-Так я для всех старался! – вскинулся Годлав, но тут же осел под тяжелым взглядом старшего мужика. -Для себя ты старался, Годлав. О нас в последнюю очередь думал. Да еще с этим связался, с Прудков, который Марену на нашу голову призвал.-Так кто ж знал? - набычился Годлав. – Он по делу речи вел.-По делу. Головой думать надо, Годлав. Чай уж не ребенок.Тот отставил свою миску в сторону, угрюмо глядя на окружающие их телеги, в которых уже второй день ехали жители Тушемли и Прудков. Ушли, послушавшись совета молодого волхва. Хотя в Прудках некоторые остались. В основном старики. Те, кто помереть на родной земле хотел. Да такие, как Омысл с женой. Молодые, да чересчур гордые. Себе на уме. Не стали им перечить. Как говориться насильно мил не будешь. Они сами решают, как жизнь свою строить. Не хотят прислушиваться к мудрым советам, их желание…Хотя, кто знает, кто из них прав? Может и они… А вот остальные, доверившись богам и словам молодого волхва, выстроившись в длинный караван, начали свой путь в неизвестность. А сейчас время привала, после долго пути.Женщины постарше, у огромного костра в центре готовили еду, разнося ее по телегам. Мужики проверяли живность, кормили ее. Мало кто говорил о том, что происходит. Все находились в ожидании и состоянии пугающей неизвестности. -Может и не стоит далеко идти, - предположил Годлав, - Зорян разберется с Мареной и мы сможем воротиться. -Зорян-то, поди точно разберется, - поддакнул ее отец, -да вот только как ты ему потом в глаза глядеть будешь, а? Тебе бы сейчас с ним там, на капище быть. Да богов о милости просить. -Я не волхв, - пряча взор ответил Годлав.-Тебе Род доверили. Кому как не тебе за него отвечать да молиться?Дивия, сидя напротив них, задумчиво помешивала в миске кашу, думая о своем. По утру они ушли, оставив Зоряна одного в опустевшем селище. Тревожное чувство терзало ее, не давая сосредоточиться на главном, потому она и просила отца взять на себя ответственность за их путь, следить за всем в дороге. Людей сдерживать. Говорить, коли нужда будет. Думая о своем, она невольно прислушивалась к их разговору, не вдумываясь в их смысл. И лишь последние слова зацепились, отозвавшись скребущим чувством где-то в сердце. Дивия подняла голову, оглядываясь в ту сторону, где они жили. Что там происходит? Что с Зоряном? Ее взгляд скользнул по нереально-яркому небу, с размытыми огненно-красными разводами. -Отец, - отставляя в сторону миску поднялась девушка, -мне идти надо. -Куды? -вскинул голову он, подозрительно щурясь. Дивия потянулась к суме. Запихивая в нее флягу с водой и кое-какие травки, а так же пару косынок. Может сгодятся. Ее руку перехватила рука отца. -Что удумала, бедовая? -Я к Зоряну, - поднимая на него глаза твердо молвила девушка, даже не пытаясь скрыть свою тревогу. -Он не велел…-Отец! – крикнула Дивия, хватая его за руки, - прошу, не останавливай. Я знаю, что нужна ему. -Он велел тебе род вести. -А что я делаю? В нашем Роду ведающей я родилась. Мне бабка силу предала, а матушка Макошь всему научила. Не только Зоряну, а мне в первую очередь, пред богами ответ держать, - она с тревогой смотрела в его смурное лицо, - разве я смогу встать во главе, коли его там оставлю? Коли он беду один встретит? Как мне потом пращурам в глаза глядеть, отец? - ее глаза тревожно вглядывались в такие родные и так похожие на ее собственные глаза.-Осьмуша…- прошептал отец, привлекая ее к себе и стискивая в могучих объятиях. -Прости, отец, не могу я его оставить, -сдерживая слезы и крепко прижимаясь к нему проговорила Дивия, - правда не могу. Мы с ним только вместе сможем все пройти. По одиночке-никак. Погибнем. И он…и я… -Ты суму мою возьми, - отводя взгляд в сторону молвил отец, - она больше. Да еще пару фляг. Там горит все. Вода вашим спасением стать может, - его взгляд замер на дочери, - не старайся по земле идти. По реке добирайся, как не мелок Сож, но защитить от беды сможет. Дивия смахнула с щек