Бог Волков - Вероника Дуглас

взорвался на тренировочной площадке и выглядел так, словно действительно мог убить Аурена на месте.

Бог рассмеялся.

— Мой брат — ревнивая скотина, но, к счастью, то, чего он не знает, не может причинить ему вреда. Он в отъезде, и мы совсем одни.

Наедине с очень могущественным богом, которому я не доверяла.

Мои плечи напряглись, а рука потянулась к шее — но, конечно же, там не было ошейника. Я была в цитадели.

Где была Мел? Предполагалось, что она ненадолго уйдет, а прошло уже полчаса.

Аурен сделал шаг вперед, но я отступила. С теплой улыбкой он указал на мой стул за столом.

— Тебе не нужно бояться. Я твой друг.

— Да тут ко мне в комнату, зашел какой-то бог. Я пожалуй немного понервничаю, большое вам спасибо.

Я не стала садиться. Было очевидно, что Аурен что-то замышляет, но, возможно, я могла бы потянуть время и вытянуть из него какую-нибудь информацию, пока Мел не вернется.

— Где Кейден? — я спросила. — Он сказал, что поехал вдоль границы.

Аурен прислонился к столу.

— О, я подозреваю, что он убивает фейри. Грабит и сжигает.

У меня внутри все сжалось. В глубине души я подозревала, что он, возможно, мстит за Фростфолл, но надеялась, что это не направлено против деревень фейри. Неужели я просто обманывала себя?

Словно прочитав мои мысли, в его глазах вспыхнула жалость.

— Кейден не всегда был монстром, ты знаешь. Но на протяжении тысячелетий он отступал во тьму, и все, что сейчас от него осталось — это пустая оболочка бога, одержимого жаждой мести.

Черт. Аурен не стеснялся в выражениях. Он действительно думал о своем собственном брате так же, как я? Вспыхнула искра надежды. Мог ли он быть тем союзником, в котором я нуждалась, или он просто говорил мне то, что, по его мнению, я хотела услышать?

Я осторожно понюхала воздух, но не уловила запаха обмана. Но опять же, кто может доверять своим чувствам рядом с богом?

— Ты выглядишь такой расстроенной, Саманта. Надеюсь, ты не испытываешь сочувствия к этим хитрым ублюдкам. Фейри годами высасывали силу из моего брата, хотя, боюсь, петля затягивается вокруг его шеи. Если хочешь моего совета, то нужно последить за своей собственной.

Мой пульс участился, и я сглотнула.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, ты ведь лечила Кейдена, не так ли? Это ставит мишень тебе на спину. Однажды они уже послали за тобой убийцу — я не удивлюсь, если это случится снова.

Моя кожа внезапно похолодела. Убийца?

Перед тем, как я вошла на священную поляну, Кейден предупредил меня, что фейри послали кого-то убить меня, но я не поверила этому.

Аурен наклонил голову, внимательно изучая выражение моего лица.

— Кейден не говорил тебе, что поймал того парня, который тебя завербовал? Как его звали?

— Сарион, — прошептала я.

— Конечно, это так. Ходят слухи, что ему было поручено забрать тебя или убить. Как ты думаешь, зачем им это? Что в тебе такого особенного, что они пошли на такой риск?

— Я не знаю, — я рухнула в кресло, не в силах больше скрывать свое отчаяние. — Почему бы тебе самому не спросить Сариона или не проводить меня туда, и я спрошу, потому что я хотела бы знать.

На его лице появилось извиняющееся выражение.

— К сожалению, Кейден не подпускает меня к нему. Ему удалось вытянуть кое-какую информацию из фейри, но он не говорит мне, какую именно. Если…

Внезапно Аурен напрягся и оглянулся на дверь.

— Что ж, Меланте идет. Я должен идти, — он посмотрел на меня, его глаза вспыхнули. — Я найду тебя снова. Тем временем я посмотрю, что смогу сделать, чтобы помочь тебе.

— Помочь мне?

Он тепло улыбнулся мне.

— Мне неприятно видеть такое прекрасное создание в беде. И Саманта… — он сделал паузу, глядя на меня сверху вниз. — Никому не говори, что я был здесь. Не доверяй Меланте и остальным. Здесь все не такие, какими кажутся.

Магия растеклась по моей коже, и я почувствовала внезапное желание подчиниться. Конечно, я бы не предала его доверие. Он был первым человеком во дворце Темного Бога, который действительно захотел помочь.

С этими словами он растворился в золотистом свете, который просачивался сквозь стеклянную крышу, и я потрясла головой, чтобы рассеять внезапный туман.

Мгновение спустя вошла Мел. Наморщив нос, она оглядела комнату, прежде чем остановить взгляд на мне.

— Здесь был кто-то еще?

— Нет. А что? — мой желудок скрутило от этой лжи, но у меня было отчетливое чувство, что я не должна рассказывать ей об Аурене.

Она изучающе смотрела на меня в течение мучительного момента, прежде чем пересекла комнату и подошла к полке. Бутылки звякнули, когда она что-то искала. Внезапно она обернулась, держа в руках идеально гладкий камень.

— Что это? Как он сюда попал?

О, черт, маленький вор что-то стащил и заменил камнем — надеюсь, не экстракт лилии снов или споры. Я не хотела, чтобы он пострадал.

Я подняла брови.

— Понятия не имею. Здесь много всего.

Она нахмурилась, и я вернулась к работе, мой разум был полон вопросов. Кому я могла доверять? Фейри могли захотеть убить меня. Аурен определенно что-то замышлял. Мел была предана Темному Богу.

А Кейден?

Безумная часть меня больше всего хотела доверять ему. Поверить, что он больше, чем зверь. Что он был стражем и защитником, способным на большее, чем приносить разрушение и смерть. Но я не могла.

Аурен подтвердил правду. Возможно, Когда-то Темный Бог и был благородным созданием, но теперь он был не более чем разрушителем и злодеем, несущим хаос в мир.

Нет, в цитадели не было никого, кому я могла бы доверять, кроме самой себя.

Темный Бог вернулся на третий день.

Я наблюдала за его приближением с высокого балкона. Он выглядел усталым, избитым и окровавленным.

Он выглядел как разоритель.

Когда я пошла лечить его той ночью, я убедилась, что Мел останется со мной, несмотря на протесты Кейдена. Было трудно сосредоточиться на его исцелении, поскольку мысли о горящих деревнях фейри и Сарионе мелькали в моей голове.

Я попыталась вспомнить бога, который спас деревню Селены и который так отчаянно заботился о своем народе. Бог, который мог превратить осень в весну и который назвал меня красивой.

Наконец, я смогла использовать свою магию, но на этот раз эффект был не таким сильным, и это лишь немного исцелило его рану.

В ту ночь я легла спать с глубокими сомнениями, терзавшими мой