Джен Беннет - Неприкаянные души (ЛП)

Помощник застегнул пальто:

– Грета сообщила, что Йонте сидит в прихожей с дробовиком, а охранники снаружи ничего не видели.

– А на пристани?

– То же самое. Я снова позвонил в «Гри-гри». По словам Велмы, там тоже никто ничего не видел, но она поставит телефон у кровати, так что мы можем связаться с ней по домашней линии.

Уинтер лишь хмыкнул. Он уже умолял Велму помочь магией, но колдунья сказала, что ничего не может сделать.

– Я переговорил с Диной из участка, – продолжал Бо, натягивая перчатки. – Она пообещала вызвать инспектора на встречу и поспрашивать.

– Ладно, за двадцать минут мы туда доберемся.

Бо коснулся руки Уинтера:

– Есть еще кое-что. Дина сказала, что инспектор уже собирался связаться с вами. Похоже, что они звонили Сеймурам.

Уинтер застыл:

– Родителям Полины… Но зачем?

– Хорошая новость: мне кажется, я знаю, как Йип управлял теми призраками, что преследовали вас. Помните, я говорил вам о слухах про тайный тонг… что его шеф – некромант? Дина сказала, что в последние несколько месяцев участились расхищения могил.

– Он раскапывает могилы? – пробормотал Уинтер.

– Дина сказала, что в основном ничего особенного, но вчера вечером из Окленда пришло сообщение об осквернении одной могилы. Не думаю, что это совпадение.

– О боже!

– Кто-то раскопал могилу Полины и украл гроб.

Топливо в фонаре давно закончилось, но тусклый дневной свет из иллюминатора позволял видеть очертания обстановки в каюте. Часами Аида прислушивалась к каждому стуку, скрипу и стону пришвартованного судна. Какая-то парочка даже занималась сексом всего через пару кают от нее. Иногда двери открывались и закрывались, но сейчас шум стих. Раздались два низких голоса, один человек спрашивал, другой отвечал.

И оба приближались.

С колотящимся сердцем Аида молча забралась с фонарем на верхнюю койку и стала ждать. Говорившие по-кантонски чужаки остановились у ее двери.

Когда раздался шум поворачиваемого в замке ключа, Аида сжалась в тесном уголке. Дверь со скрипом отворилась. Пленница не стала выяснять, кто окажется с другой стороны.

Со всей силы она швырнула фонарь со своего насеста и попала кому-то в лицо. Вошедший мужчина завопил от боли.

Аида спрыгнула с койки и побежала к двери, отпихнув плечом согнувшегося головореза. Плана не было, да и времени на его составление тоже. Оставалось надеяться, что неожиданное нападение собьет приспешников Йипа с толку, и ей удастся убежать по коридору.

Аида оттолкнула второго негодяя, пытаясь протиснуться мимо, пока свет из его фонаря отбрасывал танцующие тени на стены.

Однако ее схватили за руку и развернули.

Мужик с изуродованный ухом.

Он впечатал Аиду спиной в стену, выбив из легких весь воздух.

Попытался достать что-то из кармана.

Аида стукнула его по руке кулаком, ударила по лодыжке. Мерзавец заворчал и прижал мокрую тряпку к губам пленницы.

Та самая пахучая дрянь из машины.

Аида пыталась не дышать, но исстрадавшиеся легкие подвели. Когда она вдохнула чертовы травяные пары, в коридоре раздались крики. Кто-то их услышал. Аида также заметила молодую китаянку с подносом еды, а рядом с ней мужчину, в которого попала фонарем. Как раз ему, по стечению обстоятельств, она когда-то всадила в лицо горящие палочки с фимиамом.

«Надо было бить по яйцам», – подумала медиум перед тем, как ее поглотила тьма.

Почти в два часа пополудни Уинтер вышел из лодки на пирс, вернувшись из Окленда. Снова пустая трата времени. Никто не видел, кто раскопал могилу Полины; ночного сторожа усыпили. Уинтер заплатил парочке местных, чтобы они присматривали за могилами его родителей, которые никто не тронул… ну хоть что-то хорошее.

Оставив Бо пришвартовываться, Уинтер пошел к доку и направился к большому надстроенному зданию, в котором находился его корабельный склад и рабочие кабинеты. Служащие поприветствовали хозяина, но так ничего и не смогли сообщить. Уинтер кивнул и перешел из приемной, яркой и нагретой полуденным солнцем, проникающим в окно с видом на Эмбаркадеро, обратно в свой кабинет, напоминающий темную пещеру.

Бутлегер повесил шляпу на вешалку и устроился за старым отцовским столом, отчаянно желая преклонить голову. Он уже ощущал недостаток сна. Надо послать кого-то за кофе, а выспаться Уинтер всегда успеет, когда найдет Аиду.

И хотя ему только что сообщили, что больше никто не звонил, бутлегеру хотелось взять трубку и попросить оператора связать его с теми, кого он набирал ночью каждый час – домом, Велмой, Диной в полицейском участке… Словно если продолжит настаивать, то когда-нибудь получит нужные ответы.

Уинтер взял трубку, но положил ее на рычаг, услышав шум в приемной.

– Магнуссон!

Знакомый голос. Сердцебиение Уинтера участилось.

– Пропустите его, – крикнул он своим людям, повесил трубку и поднялся с кресла.

В кабинет вошел Джу:

– Я думал, они меня на месте пристрелят. Нужно получше обучать своих подчиненных, друг мой.

– Заправилы тонгов заговорили? Им что-нибудь известно? – поспешно спросил Уинтер.

– Не знаю, как они, а кое-кто заговорил, – улыбнулся Джу и махнул рукой кому-то за спиной.

Вперед выступила Сук-Йин. Уинтер ни разу не видел, чтобы она покидала дом Джу. Содержанка была одета как уважаемая дама – в черное платье и пальто – и выглядела немного старше в ужасном освещении кабинета.

–  Ни хао, Уинтер.

– Сук-Йин. Зачем вы здесь? – спросил Уинтер, склонив голову и переводя взгляд с гостя на его спутницу.

Джу прислонился к косяку:

– После встречи тонгов в «Чайной розе», девочки начали болтать. Сук-Йин знакома с одной работницей заправилы по имени Джо Чонг. До нее дошли кое-какие слухи. Давай, Сук-Йин, расскажи, что она тебе передала.

– У одной из девочек Джо, моей подруги, есть сестра. Она не под защитой тонга.

– Она проститутка? – спросил Уинтер.

Сук-Йин кивнула:

– Два дня назад взялась за новую работу. За кругленькую сумму девочек с завязанными глазами привозят из борделя на корабль клиентам.

– Корабль?

Китаянка кивнула:

– Сестра моей подруги сказала, что каждый день вечером они забирают девушек и отвозят на корабль, а каждое утро возвращают обратно.

– Расскажи мистеру Магнуссону, что находится на том корабле, – напомнил Джу.

–  Дзау.