Случайная жена ректора, или Алхимическая лавка попаданки - Марина Ружанская

я вдруг обнаружила себя в центре огромного клана Ридар. Оказалось, что у герцога были живы не только родители, но еще и куча кузин, тетушек и дядюшек.

И пока я с супругом занималась восстановлением последнего камня Акаш, дети все лето колесили по бесконечным родственникам, отдыхая то у бабушки с дедушкой в поместье у моря, то у двоюродной тетушки в горах.

— Да-да, хотим к Хани! — подключилась Элана. — Пофалуйста!

— Нет, дети, этот приём только для взрослых, — категорично отказал Нейтан. — Но через две недели у принцессы будет День рождения и вы тоже приглашены.

Хани действительно уже давно заняла свой статус принцессы и переехала в королевский дворец. Хотя Джеральду пришлось долго добиваться расположения дочери. Но упорство, с которым он это делал вызывало уважение. Пожалуй, не проходило и двух дней, чтобы король не появился навестить девочку.

Так что спустя год Хани все же уехала во дворец к своему настоящему отцу. Думаю, не последнюю роль сыграло то, что к тому времени я уже была беременна Рейвеном и все меньше времени могла проводить с воспитанницей.

— Ула-а-а! — заорала во все горло Элана, повиснув на отце как спелая грушка и болтая ногами. — Пап, а мофно я поеду на пони⁈

— Нет, — покачал головой Нейт. — Но ты можешь полететь на брате, если он будет продолжать тебя дразнить.

Рэй намек понял, сдулся, но спорить с отцом не стал. Впрочем, Нейтан тут же притянул к себе и сына, крепко обнимая и взъерошив его светлую шевелюру.

— Ох, ты ж! — всплеснула руками Эльжбета, появляясь в дверях и громко отдуваясь. — Вот вы где, негодники! Не в моем возрасте бегать за вами по всему этажу. Ну-ка марш отсюда!

— Да и я, пожалуй, пойду, — закряхтел Шарль, подхватывая Бетти под руку.

— Вот-вот, давно обедать пора, — согласилась бабуля, заботливо поправляя воротник рубахи Шарля. — Еда стынет, а они носятся, как угорелые!

— Еда⁈ Кто сказал еда⁈ — тут же подскочил на ноги Яша, рыжей пулей вылетая следом. — Подождите меня-я-я!!!

В лаборатории тут же стало непривычно тихо и спокойно.

Что и говорить, дети и коты умеют вносить в нашу жизнь толику оживления.

Разве что бывший ведьмак все еще сидел на стуле тише воды ниже травы. К нему тут же направился Нейтан, на ходу призывая магию. Барг испуганно замер, вытаращив глаза как камбала и, кажется, даже дыхание затаил на всякий случай.

Впрочем, я тоже притихла, ожидая вердикта Верховного мага, пока он проверял результаты моего эксперимента. Наконец, Нейтан улыбнулся:

— Что ж, Барг, такими темпами ты поправишься быстрее, чем успеешь сказать «саламандра». Отличная работа, Злата. Ты молодец!

Барг смущенно улыбнулся, пряча довольное выражение лица в бороде, пробурчал слова благодарности и чуть ли не бегом направился к выходу. Я давно заметила, что бывший ведьмак терпеть не может алхимическую лабораторию, но терпит исключительно из-за уважения ко мне и Нейту, ну и в надежде излечиться от недуга. И вот, наконец, долгожданная свобода!

Впрочем, мы ничуть не расстроились тому, что оказались вдвоем.

— Я соскучился, любимая, — прошептал супруг, одновременно щелкая пальцами и запирая дверь лаборатории на магический замок.

Сильные руки схватили меня в плотное кольцо объятий и почти тут же Нейт подхватил меня под бедра, усаживая на рабочий стол, и целуя страстно и жадно. А его пальцы уже нахально расстегивали лиф платья. Горячая ладонь почти обожгла кожу, лаская бесстыдно и пошло. По оголенной коже пробежали электрические разряды, а внизу живота собрался комок нервов, желая продолжения.

Мелькнула вялая мысль: хорошо, что на столе не было ни реторт, ни горелок. А то, боюсь, пришлось бы закупать новое оборудование.

Все остальные размышления тут же улетучились, уступив место наслаждению.

Лишь спустя полчаса я смогла кое-как прийти в себя, лежа на груди мужа на узком лабораторном диванчике. Взглянула на часы и охнула:

— Мы не опоздаем?

Нейт выругался, тоже поднимаясь на ноги:

— Худы бы побрали эти королевские приемы!

— Ну не скажи, последний раз мы были во дворце на Новогодье — возразила я, торопливо натягивая платье. — К тому же я тоже соскучилась по Хани.

В карету мы спускались уже в сумерках. Хотя сумерки были условные. Столица отлично освещалась в вечернее и ночное время магическими фонарями.

Экипаж медленно двинулся по мощеной дороге. Несмотря на вечер на улице было много людей, сентябрь стоял теплый, даже жаркий, и все старались урвать последние хорошие деньки.

— Как прошел день? — поинтересовалась я, пока Нейтан стягивал с рук лайковые перчатки, бросая их на обитое бархатом сиденье кареты.

— Ничего интересного. В основном рутина. Разве что пришлось консультировать в очередной раз дознавателей по делу того сумасшедшего пиромана. Между прочим, это дело ведут твои дружки Джан Кумар и Пит Джонсон. Фарелл их уже повысил до следователей. Молодые, наглые, но схватывают быстро и работать не ленятся. Думаю, далеко пойдут. И, кстати, Бертран передавал тебе привет, они с женой тоже будут на приеме.

— Как Лисса справляется? — поинтересовалась я. — Должность директрисы приюта еще не свела ее с ума?

— Спросишь у нее сама, — улыбнулся Нейт, — но, кажется, все идет неплохо.

После ареста Мардж Фелпс несколько лет в приюте вовсе не было руководителя. Почти на всех воспитанниках оказались ментальные чары подчинения, которые бывшая директриса день за днем накладывала на детей. Больше двух лет с детьми работали маги, дознаватели и я.

Да, мне тоже нашлась работа. Я оказалась едва ли не единственной, кто мог снять чары эфира. В том числе и с Эбигейл Крок, бывшей графини Кирквуд. Ее доставили из монастыря ничего не понимающую, растерянную и перепуганную. И, конечно же, на ней, как и на всех, кто был в подчинении Мардж Фелпс, оказались чары подчинения.

После этого король Джеральд долго думал о том, чтобы вовсе расформировать приют, но неожиданно, полтора года назад директрисой вдруг стала Алисия — жена Бертрана. Рыжая лисичка, бывшая контрабандистка, а ныне графиня Фарелл, не понаслышке знала каково это — быть сиротой. Она сама когда-то выросла на улице. Из Лиссы получился идеальный руководитель. Понимающий, сочувствующий и, в то же время, с жестким пробивным характером, которая за своих воспитанников могла горло перегрызть. И порой, вовсе не для красного словца.

— А еще я слышала о том, что на днях в тюрьме Слок произошел… инцидент. Слуги