Разыскиваем маму. Срочно. Том 3 - Лира Алая

— Ничего.

— По моей просьбе на следующий день после отъезда Киры вы сходили и попросили у Сары булочек... — начал Уэйн, оглядывая детей.

— Ой.

— Ай!

— Ай-яй!

— Да-да, а теперь подробно и членораздельно.

— Мы не хотели ничего плохого, — начал Алекс.

— Не сомневаюсь, — поддакнула я.

— Мы не думали, что Сара станет вас бояться, — добавила Амелия.

— Ну разумеется, — согласилась я, после чего, чуть нахмурившись, потребовала: — Рассказывайте.

В тот злополучный день (для наблюдателей, у всех остальных, стоит заметить, он прошел куда лучше) Уэйн отправил детишек попросить Сару испечь каких-нибудь булочек. Почему? Да потому что эта наблюдательница, по словам некоторых слуг, пекла их просто изумительно!

О чем, конечно же, мелким негодникам и доложил Уэйн. Или правильно называть этих троих щедрыми душами? Наверное, все-таки второе... Детишки решили, что надо этими вкусными булочками обязательно-преобязательно поделиться с самыми важными и дорогими существами. Из той категории, которые сами попросить не могут.

Соломона не была, Франсуа-Доминик до сих пор была обижена на Сару, что та от нее шторками прикрылась, потому оставался...Смертушка.

Да-да, тот самый Смертюсик (исключительно по словам детей!), боевой конь Дитриха, которого оставили дома, потому что личная охрана не помешает. И вот именно ему, по мнению детей, очень не хватало булочек Сары.

— Поэтому мы пошли к Саре и из расчета на Смертусика попросили испечь нам пять сотен булочек, — сказала Амелия. — Иначе он же не наестся...

А когда Сара поинтересовалась, зачем им такое количество, то детишки сказали, что это все для меня — их дорогой и несравненной мамы с очень, очень дорогим аппетитом. Конечно, поначалу женщина пыталась отнекиваться, мол, куда столько, вы придумываете, но когда дети уверенно заявили, что их мама иномирянка, накормить ее очень сложно, а потому, пока она не принялась за мясо, лучше отделаться булочками!

— На самом деле, это я виноват, — внезапно сказала Алекс. — Кажется, я слишком пристально смотрел на эту булочницу, когда говорил про «мясо». Подозреваю, она все не так поняла...

О да! Я бы, скорее всего, тоже не так поняла.

— Что было дальше? — спросила я.

Глава 20. Часть 6

— А дальше, позвольте, я расскажу, — вмешался Уэйн. — Щедрые детские души принесли мне всего две булочки, чему я несказанно удивился. Весьма вкусные булочки, стоит заметить. Но количество меня очень, очень удивило. Я даже подумал, что наша наблюдательница решила, что детей не стоит воспринимать всерьез, а потому сделала работу по минимуму. Хорошо, если не спустя рукава. В вашем облике, госпожа Кира, я спустился на кухню, позвал Сару и...

И попросил в следующий раз делать больше, намного больше этих булочек. Потому что Уэйн (в моем облике) все съел меньше, чем за минуту. И таким количеством не наестся даже ребенок. Сара бледнела, краснела, но истово обещала готовить больше. А после этого Уэйн, вздохнув, спросил у кого-то из проходящих мимо поваров, будут ли сегодня мясные блюда. В поместье было принято чередовать мясо и рыбу, так что вполне нормальный вопрос. Но Сара-то этого не знала! А Уэйн еще сказал, что он скоро сам охотиться начнет, если ему не будут давать мясо.

— Охотиться? — уточнила я.

— Да я забыл, что в вашем теле! — взвыл Уэйн, после чего тяжело выдохнул. — Ладно, дальше-то что? Скормили вы булочки Смертушке?

— Ага. Заодно и расскажите, почему теперь от меня конюх шарахается, — добавила я.

— Ну, днем мы не решились его кормить...

— Дядя постоянно ругается, что мы не тем кормим его тьена, из-за чего он не горит желанием перекусывать нашими врагами, — добавил Алекс. — Поэтому...

И замолчал, отводя взгляд. Что поэтому?!

Детишки, как настоящий конспираторы, решили кормить Смертушку ночью. Ну, во-первых, тьены ночь любят больше дня, во-вторых, ночью на них не обратят лишнего внимания, в-третьих, так интереснее. Дети полностью осознавали, что делают нечто запрещенное, а потому не позвали ни Даниэля, ни Крейна. Их-то дядя просто поругает, а вот остальных и обратно в королевский дворец может выпроводить! Дядя, конечно, хороший и умный, но риски все равно были. Поэтому втроем, волоча за собой мешок с булками (магический побоялись использовать — вдруг на всплеск магии кто-то отреагирует?), они вышли из поместья и по тропинкам двинулись в сторону конюшен.

А теперь представьте бедного Роберта, вышедшего подышать свежим воздухом, потому что постоянно с магами ему страшно было находиться, который застал всю эту картину: трое детей по земле волокут мешок, размером с человека!

Конечно же, от шока Роберт спросил, что они делают. Конечно же, дети не сказали ему правду. Ну а кто бы сознался?

— Мы сказали, что мама велела нам избавиться от этого мешка при помощи Смертушки, — закончил Алекс.

— Избавиться?

— Ага. Ну не говорить же, что кормить? Сразу спросит, чем. А как мы скажем, что булочками? Вот и пришлось отвечать так, чтобы никаких лишних вопросов нам не задавали...

— Чудесно, теперь я понимаю, почему от меня шарахался Роберт, — пробормотала я. — Ну и что нам с вами делать?

— Понять, простить и отпустить? — предложила Эва.

— Сейчас отпустим. Когда вы скажете, чем же я могла напугать Айне.

— Айне? Самую молодую из наблюдателей? — Алекс нахмурился. — Не знаю. Мы с ней за все время жизни в поместье ни разу не пересекались. И не разговаривали, так что тут мы точно ни при чем.

Я повернулась в сторону Уэйна, но тот тоже мотнул головой:

— И словом не обмолвился.

— И я тоже, — подтвердила Амелия. — Она старается нас избегать. Никогда не заговаривает первая.

— А со мной пыталась, — внезапно сказала Эва. —