Я – невеста Кощея, или Ленка, ты попала! (СИ) - Лоя Дорских

действительно опасно одной здесь быть. Вдруг Кощей…

– Он меня не тронет! – настала моя очередь перебивать. – А нам пора перестать втроём ходить. И мечи свои выкиньте, ради всего святого! – попросила я, припомнив слова Серого. – Про нас и так уже легенды слагают, как мы Кладенец друг другу передаём…

– О, я слышал об этом!

– И Коша тоже, – с горечью ответила я, лишь спустя пару секунд осознав, что голос принадлежал не братьям. И не мечу. И даже не Серому.

Обернувшись, я увидела вышедшего из своей пещеры Горыныча, который пристально осматривал всех нас тремя парами глаз.

– Здравствуй, Горыныч… – промямлила я, скованная неуверенностью. Ещё и братья, как назло, мечи свои достали, отступая в разные стороны и готовясь либо защищаться от ящера, либо нападать. – Ты меня сейчас не узнаешь, но я приходила к тебе, когда была в теле Василисы Прекрасной и… ну… мы там… зубы у Кощея вырвать хотели…

С каждым словом я говорила всё тише и тише, не видя у Горыныча никакой реакции на мои путаные объяснения.

– Отойди-ка за нас, ясноглазая, – тихо позвал меня Финист. – Не дело тебе…

– Да вы с ума сошли! – обернувшись, я увидела, что братья уже были готовы нападать. Только я им мешала, стоя как раз между ящером и ними. – Я специально к Горынычу пришла, чтобы попросить…

– О чём? – заинтересовано уточнила у меня левая голова ящера.

– Говори, как есть, – подсказала мне Кладенец. – И в голос уверенности добавь! Тебе по статусу не положено лепетать.

– Какому статусу? – повернула я голову в её сторону.

– Если даже не брать в расчёт то, что ты – невеста Кощея, ты – царевна. Не забывай, – пояснила меч.

– Невеста, – фыркнула я. – Дважды замужем, а всё невеста.

– Ну вот что ты за человек, а?...

– Царевна, – позвал меня в это же время серый. – Я бы не стал затягивать…

– Елена! Быстро отошла в сторону! – одновременно с волком приказал мне Соловей.

– Ясноглазая…

– Хватит! – крикнула я всем сразу, делая несколько шагов в сторону Горыныча. – Мы можем поговорить наедине? Пожалуйста?

– Не трону я вашу царевну, – фыркнула центральная голова в сторону братьев.

– Пойдём, Елена, – обратилась ко мне правая морда. – Знаю я, кто ты. Слухи и до меня доходят. Пора нам познакомиться во второй раз.

– Спасибо, – от души поблагодарила я, не обращая внимания на выкрики собравшихся и поспешила скрыться в пещере Горыныча.

Ящер от меня не отставал, пропустив внутрь, вальяжно вышагивал следом, забавно переругиваясь между собой. Точнее, между своих голов.

– Ну, – позвали меня головы хором, пока я замерла, осматривая ни капли не изменившийся внутри интерьер. – Здравствуй, царевна Елена Салтановна.

– Здравствуй, Горыныч, – улыбнулась я ему. – Я хотела попросить тебя помочь мне попасть в замок Кощея. Кладенец сказала, что он тьмой всё окутал, и пробраться можно только с воздуха. Поможешь?

Я обхватила себя руками за плечи, ожидая ответа. Не знаю, что меня так сильно выбило из колеи, но меня буквально потряхивало от нервного напряжения. И дело было даже не в том, что Горыныч может отказать, и не в братьях, которые беспрекословно исполняют волю Гвидона и стерегут каждый мой шаг.

Я боялась Кощея.

Точнее, встречи с ним. Что я ему скажу? Как всё объясню? Да ещё и Лебедь эта… вот я чувствовала, что она действительно там и…

Что она там делает – я даже думать не хотела!

– С тобой всё хорошо? – нахмурилась средняя голова Горыныча и вытянулась в мою сторону. – Заболела что ль? Тебя потряхивает…

– Перенервничала просто, – вяло улыбнулась я ему, стараясь выкинуть из головы лишние мысли.

– Не переживай, – понимающе протянула левая морда. – Слетаем к Бессмертному! Что я, не понимаю, что ли… Зубы то у него хорошие, видать, оказались…

– Да тьфу на тебя! – возмутилась правая голова на левую. – Может она высоты боится! Вот и страшится!

– Боишься? – с интересом глянула на меня средняя. – А что молчишь? Сейчас я тебе отварчик дам! Успокоительный!

– Да не стоит… – хотела я отказаться, но Горыныч шустро направился в сторону закутка в конце пещеры, где стоял неприметный ларь.

С другой же стороны, а что я отказываюсь? Немного спокойствия мне сейчас точно не помешает.

– Елена, не пей, – порекомендовала мне Кладенец, с улыбкой наблюдая за радостно возвращающимся к нам Горынычем, с зажатой в лапах банкой с мутной жижей. – Во-первых, тебе это не нужно. Во-вторых, кто его знает, что он туда намешал. Ну, и в-третьих, любой подобный отвар сморит тебя за час. Оно тебе надо?

– Надо, – ответила ей, принимая из рук Горыныча открытую для меня банку и делая несколько жадных глотков.

Гадость редкостная, как оказалось, его этот отвар, но… По телу разошлась волна приятного тепла, словно стирая все тревоги и заботы. Мысли вяло шевелились в голове, на лице сама собой расцвела улыбка. Стало так хорошо и легко…

– Лучше? – участливо поинтересовался Горыныч.

– Намного, – искренне ответила я, почувствовав, как на глаза наворачиваются слёзы. – Горыныч… ты такой… такой! – не сумев подобрать слова, я просто обняла ящера, прислонившись щекой к его чешуйчатому брюху и прикрыв глаза. – Ты настоящий друг, Горыныч. Такой хороший…

– У-у-у, – протянула Кладенец где-то рядом.

С чего вдруг ей приспичило повыть – я не понимала, но сейчас мне было слишком спокойно и легко, чтобы мешать кому-то. Хочется мечу выть – пусть воет!

– Ну что, полетели? – смущённо спросил у меня Горыныч, вынуждая разомкнуть объятия.

– Полетели, – запрокинув голову я с любовью осмотрела каждую из морд Горыныча, продолжая улыбаться. – А куда?

– Так это… – нахмурилась центральная. – К Кощею?

– К Кощею, – кивнула я, соглашаясь с выбранным маршрутом.

Пока мы выходили на улицу, Кладенец начала хихикать, чему я была несказанно рада. Это приятно, когда окружающие разделяют твоё хорошее настроение.

– Мы летим к Кощею! – сияя улыбкой, помахала я руками сыновьям Сокола. – Вы с нами?

Братья подозрительно переглянулись, но возражений у них не нашлось.

А спустя пару минут я визжала от восторга на спине Горыныча, наслаждаясь непередаваемым чувством