Тесные семейные узы - Карина Сергеевна Пьянкова

– Нужно оторваться любой ценой, – нахмурилась я. – Иначе будет очень… неприятно.

– Слышал, что сказала принцесса? – обратился к Леонарду, который сегодня выполнял роль водителя. Какая роскошь, использовать на такой работе одного из сильнейших членов клана. Какой почет, что для практически изгнанницы собрали такую свиту.

– Будь он хоть чертом, я оставлю его позади, – хрипло рассмеялся вампир и меня буквально вдавило в сидение, настолько быстро увеличилась скорость.

Самодовольство могло дорого стоить, так что я предупредила:

– Он равен по силе Ли Цю Лянь, если не сильней… И он старше нее.

– Сестрица, ты не могла подцепить чуть менее представительного мужчину? – нервно рассмеялся Марк. – Если ты сказала правду, он размажет нас по асфальту.

– Этот может, – с ухмылкой согласилась я. – Но если бы было иначе, я бы сбежала из города без вашей помощи.

Обмануть Ли? Почему бы и нет. Несложно это сделать, когда они не ждут подвоха, их дар не может ничего противопоставить моему. Но дар Мацунаги позволяет ему справляться с иллюзиями де Ритеров, пусть не сразу, но позволяет. Он единственное препятствие, которое мешает обрести свободу.

Мотоциклист в черном и не думал отставать, несся сзади подобно черной тени смерти. Поймает – наверняка мне голову открутит. Валентин закрыл глаза и сжал в кулаки руки. От него повеяло силой, нашей силой. Он решил попытаться заморочить преследователя. Пусть. Вдруг получится?

Для меня липкие тенета кошмара, которые потянулись к найхонцу были видимы и даже, наверное, осязаемы. Хотя трогать руками это совершенно не тянуло.

Едва лишь чары достигли «шершня», как мотоцикл резко повело в сторону. Я закусила губу, внимательно следя за ним. Хотелось, чтобы Мацунага Каору отстал от меня, чтобы он погиб — не хотелось.

– Ну вот, – самодовольно констатировал брат. – А ты такого про этого типа наговорила. Сверхъестественного.

Оставалось только промолчать. Ну не мог же Валентин быть сильнее меня в нашем клановом искусстве?

Меньше чем через минуту наш преследователь вновь отразился в зеркале заднего вида и больше на иллюзии уже не отвлекался, будто бы одна неудачная атака дала ему иммунитет ко всем предыдущим.

– Клио, попытайся ты! – потребовал Марк, нервно барабанивший тонкими мальцами по двери машины.

– Один раз он уже справился с моим искусством, – покачала головой я, но все же решила попробовать. Даже если это даст мне пару-другую минут форы – и то хорошо.

Ради Мацунаги я попрала все, чему меня учили. Я решилась вложить всю себя в свою иллюзию. Сперва нужно было найти страх в себе. Животный древний ужас перед смертью, перед исчезновением в огромном темном ничто, который преследовал меня последние несколько дней. И страх предательства и одиночества… Все это стало началом для особого кошмара, который я приготовила для «шершня». Пусть почувствует себя на моем месте, почувствует себя мной. А навязанные страхи имеют свойство вытаскивать из самой глубины подсознания и страхи другие, уже собственные.

Пожалуй, ни разу до этого я не плела свои мороки настолько тонко, настолько вдохновенно, потому что никого прежде мне не хотелось напугать настолько сильно, как Мацунагу Каору, вампира, который на первый взгляд вообще ничего не боялся. Братья с интересом посматривали в мою сторону, ощущая, что я творю нечто впечатляющее, и старались не отвлекать ни звуком лишним, ни движением.

Когда я отправила сотворенные чары в найхонца, который тем временем уже подобрался к машине вплотную, мотоцикл не просто вильнул. Он вообще слетел с трассы. Стало даже немного совестно… Однако особых переживаний на счет устроенной аварии у меня не возникло, если что и случилось – так только с железным конем, наездника такой мелочью не угробишь. Разве что задержишь.

– Ходу-ходу-ходу! – нервно велела я, сцепив руки на коленях. Ох припомнят мне этот мотоцикл, при первой же встрече припомнят, нюхом чую. – Пока в себя не пришел и другой транспорт не раздобыл.

Страх перед скоростью ничто по сравнению со страхом перед разозленным тысячелетним вампиром, который к тому же специализируется на убийствах. Вероятность того, что «шершень» до меня доберется…. равна примерно ста процентам, главное, чтобы добрался он до меня уже после того, как я благополучно обзаведусь наследником и отрекусь. После этого я уже сама по себе стану неинтересна, смысл играть с фигурой, которая уже вышла за пределы шахматной доски?

Дальнейшая поездка через город прошла в напряженном молчании: каждый из нас то и дело пытался разглядеть, не привязался ли кто-то, но позади ехали только машины клана, Ли так и не спохватились, а Мацунага то ли не сумел сразу найти другое средство передвижения, то ли решил пойти к цели как-то иначе.

Меньше чем через полчаса показалась резиденция клана. Я покинула ее всего несколько дней назад, а казалось, что уже минула вечность. Казалось странным, что в нашем доме ничего не изменилось.

Чуть успокоиться удалось, лишь когда за мной закрылись дверь резиденции. Надежная сень, родная сень, куда меня когда-то, испуганную, ничего не понимающую, привел принц Леон. Привел как красивую куклу, которая бы заняла приличествующее место в коллекции. О, мы все были красивы, все семеро его детей, должно быть, и те двое, которых я никогда не видела, тоже были прекрасны…

В холле меня и братьев встретила Кристина. Всегда думала, будто вампиры бледнеть не могут. Она и не побледнела… Посерела. Всегда белоснежная кожа ее приобрела какой-то землистый, почти трупный оттенок.

– Здравствуй, дорогая, – обняла ее я, не собираясь ни что-либо объяснять, ни объясняться. Захочет обрести ясность в произошедшем – пусть спросит кого-то из мужчин нашей семьи. В одном Мацунага все же был несомненно прав: не меня она выбрала, когда пришлось выбирать.

Кристина вяло и как-то совсем уже безвольно сомкнула руки вокруг моей талии. В глаза она не смотрела и молчала.

– Эмиль, нужно все сделать быстро, – спохватилась я, отступая на шаг от Тины. – Нам могут помешать. Ли. Де Ла Фуэнте. И тот…

Вслух называть по имени Мацунагу Каору не хотелось, как людям не хотелось говорить о смерти. А то еще накличу…

Здесь я снова стала принцессой и почему-то все поверили в мое могущество, пусть даже ненадолго. Мои приказы опять выполнялись без промедлений и раздумий, я почувствовал на своих плечах власть. И поняла насколько же тяжела и нежеланна эта ноша. Пусть кто-то другой берет ее, раз уж так хочется.

Как сделать кого-то наследником? Честно говоря,