Плен - Сильвия Мерседес

Нилла медленно поднималась по тропе к маяку. Она устала, несколько раз останавливалась, прислонялась плечом к камням и закрывала глаза, глубоко дыша. Но воздух Роузварда оживлял, и когда она добралась до вершины тропы, она ощущала себя лучше. Лучше, чем должна была, в таких обстоятельствах.

Соран наблюдал за ней? Она подняла голову и прикрыла глаза ладонью, чтобы видеть окна башни. Он должен был знать, что она не уплыла с Сэмом. Как он ответит на ее упрямое непослушание?

Тысяча вопросов пыталась собраться в ее голове, пока она шла от края скалы к двери. Розовая книга… Теперь она видела ее, держала в руках, даже работала с заклинанием в ней! Долго ли она продержится? Сможет ли Нилла доставить ее из Роузварда Гаспару раньше, чем книга развалится?

И Гаспар. Он был сильным мифато. Он изучал раньше запретную магию вместе с Сораном. Он мог создать свежий переплет для оков носрайта? Если кто и мог, то это он.

Она должна была сделать это. Ради папы. Ради Сорана.

Она прижала ладонь к мантии мага поверх неудобного корсета ее наряда, поверх скрытого золотого медальона, прижатого к ее коже. Осталась последняя доза. Она не могла мешкать. Если придется схватить Сорана за уши и застать его врасплох, как она сделала с Гаспаром в ту ночь, которая казалась далекой, так тому и быть.

И чем раньше, тем лучше.

Она добралась до двери, коснулась ручки и, к ее удивлению, обнаружила, что она не была закрыта. Как только она толкнула дверь, ее встретил блеющий вопль, и комок чешуи с крыльями бросился к ее коленям, чуть не сбив ее с ног. Синяя виверна подпрыгивала на задних лапах, щелкала зубами, показывая язык. Она должна была казаться яростной… но Нилле она напоминала большого и энергичного щенка.

— Привет, червяк, — прорычала Нилла, пытаясь сдвинуть зверька с дороги. Она скоро сдалась и опустилась на колени на пороге, виверна радостно прыгнула в ее объятия, потерлась об нее твердыми ноздрями, скуля от радости. — Знаю, знаю. Ты хочешь каши? Я сама не отказалась бы от чего-нибудь сытного. Только пропусти меня в дверь…

Она несколько раз пыталась встать, но ей пришлось принять немного болезненную демонстрацию симпатии виверны, пока она не позволила Нилле подняться. Даже тогда она прижималась к ее ногам, восторженно глядя на нее, щебеча и попадаясь под ноги.

Сорана не было видно, но она и не ожидала этого. Он слышал в своей башне вопли виверны? Он игнорировал ее?

Нилла прошла к своей нише и вытащила руки из мантии мага, оставила ее кучей на полу. Глядя на то, сколько ее кожи было оголено, она поежилась. Завтра придется идти в Дорнрайс и рыться в шкафах. Если она не замерзнет насмерть.

— Противные сестры-жены, — прорычала она, пошла к шкафу. Рубаха и штаны Сорана подойдут, пока она не сможет…

Шаги зазвучали на лестнице. Нилла резко повернулась, ладонь лежала на дверце шкафа, маг появился в дыру в потолке, быстро спускаясь. Его голова была опущена, он смотрел на ноги и только в конце лестницы поднял голову.

Он мрачно смотрел на нее. А потом медленно опустил взгляд на ее открытую кожу. Соблазнительный черный наряд был в ужасном состоянии после ее побега из Нинталора. Но он служил своей цели, показывал женственные прелести, чтобы вызвать желание.

Жар прилил к лицу Ниллы. Ее сердце билось в горле.

Соран без слов повернулся и пошел по лестнице. Он вот-вот пропадет.

— Постойте!

Слово сорвалось с ее губ. Оно звенело в комнате, такое резкое, что виверна выбежала наружу через открытую дверь, бормоча жалобы.

Соран замер, прижимая ладонь к стене. Он все еще был только в штанах и свободной окровавленной рубахе, в которых был на берегу. Наверное, он спустился за чистой одеждой.

— Прошу, — тихо сказала Нилла. Она пошла по комнате к нему. Кровь стучала в горле, голова кружилась. Но она решительно шагала. — Прошу, сэр, не…

— Я видел лодку, — Соран не смотрел на нее. Его голова была склонена, серебряные волосы скрыли часть жуткого лица в шрамах. — Я видел, как она миновала вуаль. Я думал, вы… я думал… — он вдохнул. — Вам не стоило оставаться, мисс Бек.

— Знаю, — тихо ответила она. Она была за ним, нога была на первой ступеньке. Она замерла, прикусила обе губы. — Пожалуйста.

Мысли, стратегии и отчасти продуманные планы покинули ее голову, утекли, как дождевая вода, оставляя только жар в ее груди. Она смутно помнила о золотом медальоне в ее корсете, но не могла думать о нем и яде в нем. Не сейчас. Не в этот миг.

— Пожалуйста, — снова сказала она, поднимаясь на вторую ступеньку. Она опустила ладонь на его плечо. — Соран.

Он повернулся. Его лицо выглядело хуже, чем раньше, старые шрамы пересекались со свежими порезами, которые только стали заживать тут. Его глаза пылали то ли яростью, то ли чем-то еще. Чем-то жарким, обжигающим. Опасным.

Она сделала еще шаг, они оказались на одной ступени. Ее ладони обвили его пояс, она прильнула к нему. Он стоял, как гранит, но ей было все равно. Опустив голову на его грудь, она закрыла глаза и слушала дикое биение его сердца, просто стояла там, долго обнимая его. Запах крови наполнил ее ноздри, но она ощущала и жизнь, бурлящую энергией.

— Я не уйду, — тихо, но твердо сказала она. — Я никуда не уйду.

Она ощутила, как сила в нем вспыхнула, знала, что она скоро взорвется. Была ли она готова к жестокой реакции?

Может, нет. Но она все равно хотела этого.

Она сжала его крепче, готовясь к силе, которая попытается оторвать ее. И его руки вдруг обвили ее тело. Холодная ладонь в нилариуме легла на ее голое плечо, а потом поднялась по ее шее, заставляя ее дрожать от холода. Его пальцы оказались в ее длинных спутанных волосах. А потом он склонил голову, и она ощутила… его рот? Он прижался губами к ее макушке и глубоко вдохнул?

Она подняла голову, борясь немного с давлением его ладони на ее затылке, и посмотрела на него. Его