Ольга Шиленко - У меня все будет Хорошо!

— Суокки, ты действительно хочешь знать? И не догадываешься, или прикидываешься? — девушка пожала плечами — Вокруг вампиров всегда ходит смерть!

Суокки на секунды задумалась, а потом просто сказала, и прозвучало это жестко и очень правдиво:

— Среди нас смерть ходит всегда, мы ни чем не лучше, и это меня не пугает, больше не пугает!

Пэм изучающее посмотрела на малышку:

— Ты на самом деле повзрослела, милая… и это хорошо! Я больше не буду вмешиваться в ваши отношения, если ты сама об этом не попросишь…

— Вот и славно — Суокки резво прыгнула в ее сторону и крепко обняла — Так, мы можем поспать? Пэм, ну хотя бы часик!!!

Подруга посмотрела на девушку и у нее в голове мелькнули мысли о том, что вот так, наверное, иногда чувствует себя Годрик — самым старшим и вменяемым нянем, которому приходиться справляться с взрослыми капризами его маленьких друзей. Она улыбнулась, вспомнив о нем.

— Ой, ну ты же все равно не отстанешь! Два часа! А потом снова в путь!

Суокки пулей смылась из кухни к Изабель, и уже через пять минут вовсю дрыхла, видимо, она и правда устала. Пэм взглянула в добрые глаза пожилой женщины:

— Ты совсем не изменилась… — она протянула к ней руки, и та уткнулась лицом ей в грудь, слегка содрогаясь. Пэм нежно гладила ее по голове и спине, стараясь успокить — Ну, ну, Изабель, я скучала по тебе, сестра… — женщина осторожно приподняла ее лицо и поцеловала в щеку — Ну а теперь расскажи мне о семье, о внуках, я хочу знать все! — она весело хлопнула в ладоши и села в ожидании. Сестры разговаривали о своей жизни все то время, что спала Суокки, и когда пришло время уезжать, Пэм не смогла сдержать слез на прощание. Когда дом скрылся из виду, девушка все же решилась спросить:

— Пэм, эта женщина, Изабель…кто она тебе? — подруга ответила не сразу, но черты ее лица как-то немного помягчели при воспоминании о женщине

— Она очень близкий для меня человечек… — только и сказала она, сильнее пришпорив лошадь и умчавшись вперед.

Солнце пекло нещадно, и пот струйками скатывался по женским телам, обе они ругали про себя эти длинные неудобные платья и мечтали окунуться в какой-нибудь прохладный водоем. Когда до поместья оставалось миль двадцать, Суокки предложила Пэм искупаться:

— Тут даже есть где? — приподняв бровь спросила она

— Не такая уж тут и глушь…ты будешь удивлена, как много всего может происходить в тихих уголках… — с легкой мистикой в тоне ответила девушка

Пэм в который раз провела рукой по влажному лбу и попыталась собрать растрепавшиеся пыльные волосы, она выглядела и чувствовала себя ужасно, в конце концов ехать оставалось совсем чуть-чуть и они могли позволить себе небольшую охлаждающую роскошь.

— Ну, хорошо, показывай дорогу! — скомандовала она — Да побыстрее, я сейчас растаю…

В ответ Суокки лишь весело рассмеялась и помчалась к воде. Проехав миль пять прямо, они свернули на узкую протоптанную тропинку, по которой лошади прошли с трудом, потому что по ее бокам буйно росли кусты, благо они не были колючими и не исцарапали животных, девушки наслаждались этой передышкой в тени леса, здесь солнце не могло с такой же яростью добраться до них. Вскоре дорожка вывела к открытому и очень уединенному месту: напротив них возвышались небольшие камни, что-то типо мини-скал, из которых робкой струей вытекал ледяной ручеек, он спускался вниз в импровизированное маленькое озерцо, диаметром около 6 метров, простота и в тоже время интимность этого места понравились Пэм и она, привязав кобылу к дереву, побежала к воде. Упав на колени, женщина окунула сложенные ладони в спасительную прохладу, зачерпнула и вылила себе на шею и грудь, какое ни с чем несравнимое блаженство она испытала в этот момент. Закрыв глаза, она поливала и поливала себя, ощущая как вода проникает под платье.

— Пэм, снимай это пыльное убожество!!! — крикнула Суооки, стаскивая при этом свое — Давай окунемся!!!!

Пэм открыла глаза и увидела, как обнаженная телепатка осторожно заходит в воду. Перед ней открылась отчего-то жутко откровенная картина, как молодая, испачканная дорожной пылью и потом, девушка, стоит по колено в прохладном озере, ослепленная ярким светом беспощадного солнца, волосы ее свились в сосульки и длинными тяжелыми прядями свисают по спине, своими кончиками словно требуя, чтобы и их напоили живительной чистой влагой. Изящный тонкий силуэт спины, изогнутая линия позвоночника видна, когда девушка собрала волосы в хвост и перекинула вперед через плечо, упругость и округлость розовых ягодиц, словно смотришь на воплощение самой природы в период ее расцвета! Засмотревшись на ее красоту, Пэм окликнула девушку:

— Суокки… — та обернулась, она улыбалась ребяческой детской улыбкой — Если ты решилась стать человеком Эрика, сделай это сейчас! — в мгновение лицо девушки изменилось и стало озадаченным

— Но почему ты говоришь об этом теперь, Пэм?

— Потому что ты сейчас имеешь бесценейший дар — ласкать Нортмана своей женственностью вечно! — она стала скидывать тяжелое платье и с визгом кинулась в воду, забрызгав Суокки

— Ты чокнутая девица!!!! — рассмеялась девушка, покрывшись мурашками от холодных капель

46 глава

Когда Суокки увидела бабушкино поместье, свой родной дом, свою крепость, свое детское местечко, на глазах у нее навернулись слезы счастья, она улыбалась во все лицо, и хотела, чтобы все вокруг могли ощутить то чувство ни с чем несравнимой эйфории, которое ее охватило.

— Быстрее, Пэм, я так хочу увидеть бабушку!!!!! — она прижалась к лошади и рванула вперед.

Дом совсем не изменился, не одно десятилетие он стоял, утопая в зелени, залитый солнцем, маленький островок чьего-то личного рая, где всегда можно было найти поддержку и любовь своих близких, где можно было хоть на мгновение почувствовать себя маленьким и беззащитным, где можно было спрятаться и расслабиться…

Подъехав к крыльцу, девушка быстро спрыгнула с кобылы и унеслась в дом, даже не привязав лошадь, но та, казалась тоже прониклась атмосферой семейного гнезда и никуда не торопясь, стала жевать цветы на клумбе. Пэм покачала головой, но улыбалась, она вспомнила сестру: "нет, сегодня определенно хороший день…" — подумала она — "несмотря ни на что!". Женщина обошла дом, благо он не был также огромен как и ее, и заметив прислугу, приказала им заняться лошадьми, а то вряд ли старая герцогиня прийдет в восторг от наполовину съеденной парадной клумбы!

Дом был так тих внутри, словно время в нем остановилось, Суокки носилась из залы в залу в поисках бабушки, или хотя бы кого-нибудь, но все как-будто испарились, она забежала на второй этаж, но и там было пусто. Вот девушка подошла к двери комнаты, в которой жила герцогиня, и собираясь с духом, наконец, открыла ее, войдя внутрь. Комната была полна света, постель небрежно разбросана и не застелена, по всей зале были разбросаны книги, на столе стояли чашки с выпитым кофе. Суокки была несколько шокирована таким видом, ведь обычно у бабули царил идеальный порядок, единственный раз, который она смогла вспомнить было время ремонта, тогда бабушка в большом количестве изучала всю литературу, что смогла найти, касающуюся архитектуры, стилей, модных направлений, комната тогда была завалена образцами тканей и обоев, миниатюрами узорного орнамента, вот и сейчас комната напоминала хаос мысли. Суокки подошла посмотреть, что же на этот раз так заинтересовало ее неуемную бабулю, она одновременно радовалась внутри тому, что бабушка так активно живет, девушка с ноющим разъедающим страхом ожидала, что увидит прикованную к постели пожилую женщину… Суокки взяла раскрытую книгу и перевернула, чтобы увидель обложку: "Nosferatu", на секунду ее сердце застыло, она стояла в полном шоке, когда первое оцепенение спало, она судорожно стала хватать одну книгу за другой: "Кельсткие мифы", "Друиды и Толкование Рун", "Звезды и Ваша Судьба"… у бабули в комнате лежали всевозможные книги по мистике, казалось, всех направлений и видов. Суокки, растерянная и подавленная, плюхнулась на мягкую кровать, нежность и уют воспоминаний, которые были связаны у нее с этой постелью, немного отвлекли ее, но затем мрачное настроение снова заняло главенствующую позицию в ее головке.