Строптивая. (Не)пара для волка - Кира Райт

А как?!

Я перерыл всё, что можно. И теперь оставался лишь крошечный шанс, что если на меня Лис плевать, то своего любимого альфу она бы не стала волновать и хотя бы сообщила ему, что с ней и где она.

Правда, если окажется, что он не знает, то мне точно надерут задницу. Как минимум потому, что сопротивляться я не буду. Заслужил.

Да и волк мой… будто бы сдуваться стал… Я реально становился слабее. Но эта мысль так и осталась где-то на периферии сознания. Меньше всего меня волновало то, что сила пропадает снова. Потому что в голове одна хуже другой всплывали картинки того, что с ней могло случиться за это время, пока я сижу тут.

И я решился. Собрал остатки самообладания и поехал прямиком в стаю серых. По телефону со мной и говорить не станут. Оставался шанс только на личный разговор. Хотя я уже представлял, как будет надо мной насмехаться Эмин. Скажет, что я неудачник и профукал Лис… Или что я придурок, что не смог найти её сам.

Не к месту вспомнил, как я сам радовался тому, что он не знает, что с ней и где она. Чёрт. Какое неприятное чувство. Теперь на его месте оказался я. Но я был готов к любой насмешке и унижению. Лишь бы только он знал о ней хоть что-то и рассказал мне. Хотя бы то, что она в порядке. А там уж… если понадобится, я его буду пытать. Но выведаю всё.

Потому что иначе окончательно свихнусь.

Глава 34 Бумеранг

Возвращаться обратно без Лис было ужасно. Туда мы ехали вместе: вместе останавливались передохнуть, вместе брали еду на заправках, вместе спали, разложив сиденья… А ещё мы много спорили, болтали, молчали, реже – целовались до тех пор, пока губы не начнут гореть (и хотя большего тогда она мне не разрешила, всё равно было круто), шутили друг над другом, подкалывали.

Теперь же я стискивал руль так, что костяшки пальцев белели, и гнал как можно быстрее.

Я облажался. И еду просить помощи у того, кто меня раздражает даже больше, чем мой собственный брат и отец. Но выхода нет. До сих пор не понимая до конца, зачем она мне и почему без неё никак, я чётко знал одно – не успокоюсь, пока не найду.

В глубине души я надеялся, что как только увижу её живой и здоровой, меня отпустит. Может быть даже настолько, что смогу просто развернуться и уйти. Раз она не захотела быть со мной… Хотя вот кого я обманываю? Куда я уйду, если её увижу? Не расплакаться бы как слабак…

Помню, в детстве у меня была игрушка. Замызганный плюшевый мишка. Я с ним ел, с ним спал, с ним же купался. А без него ничего не делал. Он по какой-то невиданной причине дарил мне чувство защищённости. И даже мой брат, который всегда у меня всё отбирал, его никогда не трогал. Этот мишка был неприкосновенен, потому что был мне очень важен и дорог.

Так вот, мне было пять, когда отец в плохом настроении заметил меня за столом с тем медведем. Сначала он приказал мне убрать его немедленно, а когда я заупрямился, взял нож со стола и изрезал его на мелкие части, заявив, что я уже большой, чтобы иметь привязанность к куску материала и ваты.

Когда он ушёл, всхлипывая и вытирая слёзы, я собрал то, что осталось от медведя и унёс в комнату. Там спрятал под матрас. И иногда, когда мне было особенно тяжело, вытаскивал и гладил грязный скатавшийся мех, пытаясь снова составить из него медведя. Медведь собираться отказывался. Я начинал реветь и прятал его снова.

Однажды после мама Евы увидела, как я достаю куски игрушки из-под матраса. И предложила мне купить нового. А я отказался. Мне нужен был именно этот. И хотя я тоже не имел понятия, почему именно он. Но без него я не представлял себя. Тогда она сшила его заново. Мишка получился косой, кривой (видимо, я тогда собрал не все его части в столовой), но не перестал быть от этого моей любимой игрушкой…

Хрен знает, почему, но Лис вызывала у меня стойкую ассоциацию с этим мишкой. Правда, она была красивой в отличие от него.

Мне просто не нужен был кто-то другой. Любой. Она мне была нужна. Рядом, а не где-то там. За это время я сообразил, что она обиделась не столько на мою последнюю шутку, сколько на всё разом – а это стало лишь последней каплей. И хотя по-прежнему не считал это достаточной причиной, чтобы бросать меня (да накосячил, но ничего ужасного не случилось, чтобы исчезать из моей жизни насовсем! Это уж слишком жестоко), был готов извиниться и исправить то, что больше всего её раздражало.

Подумаешь, приспособить дом для неё или гулять с ней каждый день. Это же ерунда! Я бы легко это сделал. Почему не делал? Ну… Не сразу понял важность этого. Но теперь-то всё по-другому! Я даже шутить не буду про измены. Разве что совсем редко…

Ожидаемо, когда я набрал Эмина, он просто бросил трубку, не собираясь говорить со мной в принципе. Это только больше убедило меня, что он знает что-то о Лис, знает, что она не со мной, и хочет, чтобы я понервничал. А то мне без него мало нервов!

В итоге я просто слонялся по их территории и выслеживал его, пытаясь подловить момент, когда он будет один (серебряная штучка помогала мне остаться незамеченным). А то прикажет всей толпой меня повязать, будут потом у отца что-то требовать взамен на мою шкурку. Ну на его месте я бы так поступил.

И только спустя несколько дней подвернулся удачный момент. К тому времени я не видел Лис больше двух недель, был злой и уже стоял на грани того, чтобы заявиться в стаю серых внаглую. Но мне повезло.

Подрезал альфу на пустынной трассе. Он вышел из машины спокойно и с совершенно невозмутимым выражением лица. Вот так я и знал, что он не переживает за Лис, а специально меня игнорил! Может даже она где-то тут, вернулась сюда тоже…

– Ну и чего тебе? – равнодушно спросил Эмин.

Если честно, я думал, что он кинется на меня. Будет кричать, рычать, бить… А он смотрел на меня как на пустое место. С презрением разве что. И это