Мир без женщин. - Елена Северная

за ним устремляются несколько гартов из числа его охраны.

Искорка маячит недалеко впереди и я, спотыкаясь, бегу за ней. Слышу отборный мужской мат. Ребята тоже плохо видят в темноте. Додумываюсь сформировать светлячок. Он дает немного света, но это лучше, чем кромешная тьма. Следуем за искоркой. Она уверенно ведет нас вниз по извилистому потайному ходу. Наконец, поисковик останавливается в воздухе, вспыхивает ярким огоньком и растворяется. Ничего не могу понять. Куда дальше-то? Вокруг только каменный черный коридор. Я кручусь на месте. Пытаюсь нащупать выход. Но только натыкаюсь на холодные стены. И тут прямо передо мной разливается тёмное пятно портала. Серьёзно? Портал? Здесь? Значит, ещё кто-то кроме меня может создавать переходы в пространстве? Кто? Но ответа нет. Не успеваю его найти. Меня затягивает в воронку портала, только успеваю почувствовать, как крыло схватила чья-то сильная и властная рука. Эта же рука и вторая притягивают меня к мощному мужскому торсу, крепко прижимают и мы падаем вместе в чёрное никуда.

Глава 25.

Парить в тягучем пространстве портала мне не впервой. Хотя, должна признать, мои порталы немного получше. Этот, похоже, кастовал какой-то плохо обученный маг или студент. Слишком плотный, как студень. Наконец, всё закончилось, и он выплюнул нас на холодный каменный пол. Всю прелесть прикосновения с ним познал Грэй. Мне повезло. Я, так как была крепко прижата к мужскому телу, на этом теле так и осталась лежать, распластав крылья.

– А вот и наша мамочка пожаловала!

Раздался смутно знакомый голос, в котором явно слышалось злорадство.

– Какого чёрта, Валомир? – процедила я сквозь зубы, бегло осматривая место приземления.

Мы с Грэем оказались в тёмном помещении с каменными, грубо обработанными, стенами. Температуру пола уже успели оценить в полной мере. Под потолком болтались пара тусклых светляков. Атмосфера давила, однако, дышать здесь было легко, и чувствовала я себя намного лучше, чем до путешествия в портале. Где мы? Куда нас занесло?

И тут в мозгу молнией блеснули картины моего повторяющегося сна и руки мгновенно стали ледяными от надвигающегося ужаса. Сон, мой кошмар, начинал сбываться наяву.

И – о да! Напротив, на небольшом каменном выступе сидел Валомир. Он закинул ногу на ногу и, покачивая носком сапога, сверлил нас холодными глазами.

– Объяснись, подлец! – прошипел Грэй, аккуратно снимая меня с себя. – Куда ты нас притащил?

– Я вас не «тащил», вы сами сюда пожаловали! А тебя вообще здесь быть не должно! – огрызнулся бывший король.

На кончиках его пальцев начинали посверкивать голубые искры. Магия! Он маг? Я прикрыла глаза, настроила второе зрение и облегчённо вздохнула: вокруг нас струились магические потоки. Значит, мы перенеслись в магический мир. Что ж, это хорошо.

– Будь мужчиной! – меж тем продолжал Грэй. – Сразись со мной! Отпусти женщину! Тебе же нужен трон? Я так понимаю?

Он встал в попытке приблизиться к Валомиру, но натолкнулся на невидимую стену и удивлённо принялся ощупывать её руками под злую усмешку бывшего правителя.

– А ты мне абсолютно не нужен! – осклабился Валомир, наблюдая за безуспешными попытками своего противника выбраться из магической западни. – Я ждал нашу крылатую красотку, – тут он переключился на меня и с явным интересом рассматривал.

– Где мой сын? – спросила я.

– Поразительно! – воскликнул он, проигнорировав мой вопрос. – Никогда не видел таких существ! Ты, действительно, можешь летать? Эта полная трансформация или частичная?

Если он знает про трансформацию, то точно маг. Только откуда он на Нэе? Или он, как и я, чужак?

– Где мой сын? – прорычала я вновь.

На этот раз он соизволил ответить:

– Не волнуйся! Ему ничего не угрожает! Я только передам его Эосу!

Я повторно заледенела. Мир Эоса – мир призраков. Туда не попадают живые. Мозг заработал с удвоенной скоростью, пытаясь найти выход. То, что этот гад соорудил магическую ловушку говорило о том, что он не знал особенности моей второй сущности. А именно: магия на меня не действует, значит, я спокойно могу пройти сквозь преграду. Но разрушить её, чтобы и Грэй мог выйти, не могла. А одной мне не выстоять против сильного мужика, да ещё и мага. Я не знала какой силой он обладает.

– Ты с мозгами в контрах или только уши протестуют против своего хозяина?

– Не понял, – нахмурился Валомир.

– Я спрашиваю ещё раз, для особо одарённых идиотов: где мой сын?

– Ты за языком следи, тварь крылатая, – процедил он, сплёвывая на пол. – Чихать я хотел на твои вопросы. Посидите здесь немного. Потом сами всё узнаете, – мерзко захихикал и резко вышел, оставив нас в полутьме.

– Сволочь, – выдохнула я и привалилась к стене.

– Ария, скажи: кто такой Эос и вообще, что это за дрянь такая? – Он постучал по невидимой упругой преграде.

Впервые за столько дней герцог Саворски назвал меня по имени. Значит, ошарашен.

– Мы в магическом мире, а это, – я кивнула в сторону его ладони, – магическая стена.

Грэй вздохнул и с шумом выдохнул. Молодец, держится.

– Эос … как тебе сказать, – я слегка замялась, подыскивая верное определение, такое, чтоб он понял, в богов на Нэе не верят, – вроде как самый главный в мире.

– Правитель? – уточнил он.

– Бог, – сдалась я. Не искалось ничего подобного определению «бог».

– Он силён? – продолжал допытываться герцог.

– Очень, – проворчала я. – Не мешай, Грэй! Я думаю, как тебя вытащить из этой западни!

Внезапно кольцо на моём пальце нагрелось, кроваво-красный камень сверкнул и в воздухе материализовался рейк. Наверное, я никогда не была рада этой хвостатой язве, как сейчас.

– Шон! – тихо завопила я и попыталась схватить мелкого. – Как же ты вовремя!

– Я всегда вовремя, – важно произнёс он и прищурился, оглядываясь. – Так понимаю, что без меня никак!

– Никак! – счастливо закивала я головой.

Рейк деловито облетел пространство, затем, не менее деловито, распорядился:

– Отползите подальше!

Я схватила бывшего герцога за рукав и потянула за собой. Он продолжал мужественно принимать магическую действительность, послушно попятился и замер.

Тем временем, Шон забормотал заклинание, в конце фразы принялся метать огненные шары. С каждым ударом магическая преграда вздрагивала, покрывалась тонкими светящимися трещинами, но держалась. И только где-то после десятого попадания