Фиктивная невеста дракона (СИ) - Слава Соло

я понимала — спрятать в приюте что-то более весомое едва ли представлялось возможным. А обнаружив богатства, на которые сироты вряд ли могли заработать, могли заподозрить в краже и наказать. Рыцарь же никогда не был глупцом.

Я припомнила наш с Сивиллой разговор о мужчинах и лишениях, которые терпят жрицы. Вот только в то время разговора я думала о ее чувствах к Арту, в то время как сама она испугалась, что я догадалась о Рыцаре.

— Он был хорошим! — воскликнула жрица, оседая на пол. — Он обещал, что мы будем вместе! А ты лишила меня счастья!

Тяжело вздохнула, думая о том, что объяснять ей что-то бессмысленно.

Вряд ли Сивиллу впечатлит мой рассказ о том, что ее ненаглядный Хеймс обещал ей счастье на костях всего Сахвара.

Плюсом к этому, я заметила, что ресницы Хаяны дрогнули и бросилась к ней.

— Мама! — обрадовалась я, видя, как карие глаза распахнулись и с удивлением оглядывают потолок.

А потом, ее лицо наполнилось гневом, и она воскликнула:

— Где он?!

— Кто? — немного опешила я.

— Освальд, конечно!

Оказалось, что бывают не только Избранницы, но и Избранники…

У тех из Четырех, кто становился главой рода.

И именно ей стала моя мама. Главой рода Ра.

Она всегда это чувствовала, но не принимала, боясь собственной сути.

Пребывание в магическом сне дало ей возможность встретиться с предками, которые мягко, но доходчиво втолковали ей то, что есть такие обязанности, складывать которые с себя не получится.

В подробности она вдаваться не стала, загадочно сообщив, что я сама все увижу.

Освальда Арт перенес на Утес только к вечеру. Мужчине, узнавшему, что Хаяна пришла в себя и желает его видеть, пришлось приводить себя в порядок — изрядно обросшим и… Хм… ароматным, по словам Арта, появляться он не пожелал.

Появились они вместе с Теймиром, который тоже захотел выказать почтение моей маме и новой главе роду Ра.

Мы как раз садились ужинать за большим столом, и мама вожделенно поглядывала на аппетитные яства — повара Артейда расстарались.

И вот на этом моменте произошел небольшой казус…

Вспомнив мою ложь о том, что влюблена в Теймир, и по-своему истолковав мою брачную метку, Хаяна соединяла наши с грифоном руки, мило сообщив, что дает свое благословление.

И если мы с Теймиром выглядели просто ошарашенными, но Арт вполне ощутимо зарычал и полыхнул магией, от чего в стене многовекового замка образовалась трещина толщиной с палец.

Пришлось спешно рассказывать все маме, а потом долго доказывать дракону, что я — его избранница и только его. При чем так, что щеки еще долго потом пылали от этих уверений…

Освальд, конечно, остался с нами на Утесе. Видя, какими влюбленными глазами они с мамой смотрят друг на друга, я припоминала про себя штакса, кляня за близорукость. И слепой понял бы, что между этими двумя — настоящие чувства. И теперь вспоминая то, с какой легкостью мужчина пустил нас в свой дом, я знала причину.

Тайну пожара в «Здравнице» поведал тоже Освальд. Оказывается, до того, как в его жизни появилась Хаяна, у него с Раксой, владелицей швейного салона, был легкий роман. Но встретив мою маму, он забыл о существовании других женщин.

Зато Ракса помнила все. И то, как хорошо ей было в Траксе до нашего появления. Избавиться от соперницы женщина решила радикальным способом — спалив то, что приносило нам доход. В надежде на то, видимо, что мы отправимся искать счастье в другой гавани. Подальше от нее и ее ненаглядного.

Она же подкинула записку Хаяне с нехитрым таким предупреждением о том, что нам «здесь не место». Наличие коей удивило меня, но Арт пообещал все потом объяснить, чем заслужил мой неодобрительный взгляд — договорились же, никаких тайн!

Но как оказалось, в этом не было злого умысла. Дракон банально… Забыл. И я не сердилась, потому что понимала — проблемы потом у нас действительно появились посерьезнее.

Зато Теймир сообщил почти сразу о том, что теперь ясно почему салон Раксы сгорел — он успел набросить на «Здравницу» заклятие кармы.

Что ж, сама того не зная, эта женщина порядочно изменила все наши судьбы.

Я даже подумывала помочь ей с восстановлением швейной мастерской, но увидев яростный взгляд Хаяны отказалась от этой идеи.

Когда на следующий день на Утесе появился Тит, которого перенес Артейд, я почувствовала себя бесконечно счастливой. Все мои близкие были в одном доме — здоровые, живые и счастливые.

О большем я и мечтать не смела.

В этом тесном кругу родных мы поведали и том, что случилось с нами. А когда я призвала магических Зверей, вздохи умиления наполнили комнату.

Сах, очень любознательный и дружелюбный, тут же потянулся к Титу, задумчиво его обнюхивая, чем вызывал смех юноши. Они практически сразу унеслись к ручью, потому что гиппокамп вознамерился показать, как он величественно ныряет.

Фиса же, все еще самая маленькая из зверей, облюбовала колени мамы с первой же секунды их встречи. На них она пребывала и последующие дни, когда Зверям было позволено беспрепятственно перемещаться по Утесу.

Их существование мы все еще держали в тайне, но даже слуги не могли покинуть Утес, да и предателей среди них мы не чувствовали. Они уже много лет служили Арту.

Узнав правду о Сивилле, дракон помрачнел лицом, наконец поняв, из-за кого пострадал его отец. И даже то, что теперь Анрею стало много лучше, не могло смерить его гнев.

Сивиллу отправили в инквизиционную тюрьму, где она дожидалась суда, как пособница Хеймса Вибера. А по второй статье шла за покушение на Правителя и главу рода Ра.

С учетом этих двух обвинений, я понимала, что вернуться к своей профессии девушка сможет еще не скоро. Еще сможет вообще…

Когда Арт спустя несколько дней через Рату позвал меня в свой кабинет, я немного удивилась, но отвлеклась от своего занятия по основам магии, которые проходили у нас вместе с Титом.

К моей радости, мальчик согласился остаться на Утесе вместе с нами, хотя и подозрительно зыркал на Артейда.

Лишь когда дракон отвел его в сторону, и они о чем-то долго шептались, Тит вернулся вполне довольный, сообщив, что магистр Гай согласился обучать его и переехать. А я испытала подозрение, что обсуждали они совсем не это, хотя допытываться не стала. У мужчин должны быть свои собственные тайны.

— Можно? — спросила я, приоткрывая дверь в полукруглый кабинет.

— Зачем ты спрашиваешь? — улыбнулся Арт, и у меня в животе екнуло от этой улыбки. — Это