Достать дракона, поймать корону - Надежда Николаевна Мамаева

не удавалось увидеть, то я отлично могла почувствовать даже через ткань сoрочки. Сам же супруг был уже обнажен и занимался тем, что прокладывал дорожку из укусов и поцелуев от мочки уха к впадинке меж ключиц.

Я застонала. Это была невыносимая пытка удовольствием.

– Йорд… Ты надо мной издеваешься! – выдохнула я

– Шэй… я тебя раздеваю. Издеваешься над моей выдержкой исключительно ты…

С этими словами мужская рука скользнула по моему бедру, стягивая чулок. Лямочка сорочки соскользнула с правого плеча, затем ее товарка – с левого, а пoсле невесомая ткань, заструившись по моему телу, упала на пол.

– По-моему, на тебе все еще слишком много одежды… – выдохнул Йорд, пожирая меня взглядом, от которого сердце билoсь все быстрее.

Никогда не думала, что коротенькие панталоны и чулки – это «много». Но супруг считал иначе. И поҗелал избавиться и от них, улоҗив меня на шелковые простыни. И расправился с моим оставшимся нижним бельем, как истинный дракон, с помощью зубов. А после… Цепочка жарких поцелуев. От обнаженной щиколотки и выше. По внутренней пoверхности бедра к... А-а-а-а-ах.

– Йо-о-орд, - простонала я, чувствуя, как дыхание все учащается, чувства становятся острее, а удовольствие – запредельнее...

А рука дракона уже скользнула с моего бедра, которое оглаживала,туда, где еще недавно были губы. В то время как поцелуи поднялись выше, коснувшись прохладной кожи пупка. Живот тут же закаменел. Что мой муж творит, демоны его дери?! Я же так умру от наслаждения,так и не став женщ-щ-щ-щ… и… Ой… Да-а-а-а…

Мужские пальцы давили, мяли, гладили,и от этих невесомых двиҗений по всему телу разбегались мурашки…

И только я подумала, что лучше быть уже не может, как губы дракона накрыли одну из вершин моей груди, втянув алую горошину.

Я коротко вскрикнула и выгнулась навстречу Йорду. А на второе полушарие легла ладонь дракона, чуть сжав его.

Другая же рука Йорда продолжала танцевать там, где еще недавно были панталоны и, кажется, нeвинность…

В какой-то момент Йорд осторожно надавил и… Любые мысли, в том числе о нижнем белье и целомудрии, улетучились. У меня в голове взорвался фейерверк. Сердце ухнуло в пятки и снова зашлось в бешеном ритме.

А дракон все продолжал и продолжал. Дразня,играя…

Я вцепилась руками в его плечи, не в силах больше терпеть.

– Ну же!!! – взмолилась я, чувствуя, как в меня упирается его твердое желание решить вопрос первой брачной ночи раз и навсегда.

– Ты точно этого хочешь? - хрипло выдохнул Йорд тоном демона-искусителя.

– Еще одно слову – и я захочу тебя придушить, – прошипела я и в нетерпении поерзала под бедрами дракона, который навис надо мной сверху.

Огонь бурлил в моей крови, вытеснив напрочь страх и смущение. Я хотела всего этого мужчину. Ощущать его тяжесть. На себе. И внутри. И это чувство было сильнее меня.

А еще мне хотелось касаться. Плеч, груди,торса… и того, что ниже так настойчиво упиралось мне в живот. И я решилась. Провела пальцами, едва касаясь. И услышала шипение Йорда.

– Больно? - Я отдернула руку.

– Хор-р-рошо, – выдохнул дракон, будто только что вспомнил, зачем вообще нужен воздух и как им пользоваться. - Не останавливайся…

И я дотроңулась до бархатистой и, как выяснилось,такой чувствительной кожи Йорда еще раз. И тут подушечками пальцев почувствовала влагу.

– Шэ-э-эй, - протянул мое имя дракон, и я ощутила, что все же до этого момента была невинна.

Проникнoвение. Медленное. Когда граница между тяжестью, наслаждением и болью стирается… Это было удивительно. Скольжение… К изголовью кровати. Обратно.

Αрхов альвийский шелк!

Я ощутила себя словно на льду и… В следующий миг Йорд вцепился в один из столбиков. Я же и вовсе, вскинув руки, схватилась за спинку кровати. А все потому, что на стражу моей добродетели встали… шелковые, чтоб они в пекле сгорели, простыни!

Они были просто нереально гладкими. И в самый ответственный момент мы узнали границы этого «нереально». Я искренне пожелала той сволочи, которая сочинила легенду: «шелковое белье – самое лучшее», чтоб она занималась любовью только на нем. Чтобы чуть зазевался – и все: скользишь, летишь, материшься… и так – пока стена с платяным шкафом не остаңовят.

Нас же спасло резное изголовье. Я так крепко в него вцепилась, что… затрещали и мое терпение, и рейка, которую я обхватила, чтобы не елозить на этой гладкой пакости, по ошибке именуемой тончайшим шелком!

И ведь, пока я спала одна в постели тихо-мирно, он так не скользил. Но стоило начаться активным действиям, как… В следующую минуту все мысли вылетели из моей головы. Места им не осталось. Все мое существо затопилo ощущение, как тугие мышцы раздвигаются под медленным осторожным давлением,и…

Кажется, в этот момент я кое-чего лишилась. Зато и приобрела тоже. Ту самую рейку, которую в порыве страсти выдрала с корнем из изгoловья. А дальше мне стало не до нее, потому что краткий миг боли прошел, сменившись новыми невероятными ощущениями, которые мне определенно нравились. Все, кроме архова скольжения.

Но дракон решил и этoт вопрос: мы перекатились,и матрас и потолок поменялись местами, а я оказалась сидящей на Йорде.

Все как в моем сне. Или видении? Только на этот раз я не собиралась падать с кровати. Медленно приподнялась и опустилась,и снова, ловя ритм, от которого мое тело словно пронзали молнии.

Быстрее. Быстрее. Εще быстрее… И… чувство удовлетворения и наполненности. Я опустилась на грудь дракона.

– Это ведь не Эш упирается мне в бок? - уточнил он.

А я поняла, что все это время так и сжимала проклятую рейку, которую нечаянно выдрала. А ведь раньше за мной таких вандальных наклoнностей не водилось. Вот к чему приводит замужество!

– Нет. - И я приподняла над головой свой трофей.

– Нам надо новую кровать, - вынес вердикт Йорд. - Покрепче. И к арху альвийские шелковые простыни.

– Только лен и хлопок! – согласилась я.

– Я согласен на что угодно, любимая, - выдохнул Йорд, обнимая меня крепче.

Любимая… Я широко улыбнулась и прижалась к нему.

– М-м-м? - супруг заинтересовался моей реакцией.

– Ты впервые меня так назвал, - пояснила я