Синнамон Берк - Восторг блаженства

– Он лжет! – крикнула Амара и, ударив Ориона локтем в солнечное сплетение, вырвалась от него. Чтобы не мешать Тайнану, она бросилась в сторону и покатилась по мостику, чуть не сорвавшись с него. Услышав смех Ориона, Амара ухватилась за опору перил и удержалась, хотя была на краю гибели.

Охваченный ужасом, Тайнан бросился на Ориона, пытаясь вырвать у него инъектор. Наконец завладев им, он прижал его к окровавленной ладони Ориона.

– Дурак, – хрипло бросил ему Орион, – на меня это не подействует!

Ему удалось выдернуть инъектор из раны, но в ту же секунду лицо его выразило смятение. Потеряв равновесие, он налетел на перила и упал. Орион скатился бы с платформы, если бы Тайнан не успел схватить его за рубашку. Ткань, порванная во время драки, разошлась еще сильнее, и Тайнан увидел татуировку дракона, ползущего вверх по груди Ориона. Удивленный Тайнан чуть не упустил своего заклятого врага, но тот вдруг обмяк и навалился на него.

Приподнявшись, Амара чуть слышно прошептала:

– Он мертв?

Опустив Ориона на площадку, Тайнан понял, что это так.

– Да, но он явно не ожидал, что этот яд подействует на него. Что это за яд?

– Какая разница? Орион мертв, а мог бы умереть ты!

– Да, но не умер.

Тайнан не хотел оставлять Амару. Сев рядом с ней, он притянул ее к себе. Когда отряд Службы безопасности нашел их, Тайнан посмотрел на юного сержанта, с которым они встречались так недавно, и молча покачал головой, чувствуя, что не в силах говорить.

Спустя три часа смятение все еще не улеглось. Аладо предоставило Амаре и Тайнану медицинскую помощь и опытного адвоката. Они сидели в кабинете капитана Харады, начальника Службы безопасности Конфедерации, как подозреваемые в убийстве. Они уже несколько раз ответили на одни и те же вопросы, утверждая, что Орион Шоде был преступником и обещая представить необходимые доказательства.

– На нашей базе никогда не было убийства, – гневно проговорил капитан. – Такое происшествие, особенно во время мирных переговоров, крайне тягостно.

– То же можно сказать и о нападении пиратов, – заметила Амара.

– Пираты! – воскликнул капитан Харада. – Если верить вам, Орион Шоде был матерым преступником, но пока не проведена работа с его материалами, находящимися в штабе Командования флота, ваши обвинения голословны.

– Это не было убийством, – настаивал Тайнан. – Речь шла о самозащите.

– По вашим утверждениям. – Харада взял усыпанный драгоценными камнями нож Мака Трамбо и начал вертеть его в руках. – Сержант, арестовавший вас сегодня, позавчера застал вас обоих в закрытой для посторонних зоне обслуживания. Вы проводили репетицию сегодняшнего убийства?

– Конечно, нет! – возмутилась Амара. Тайнан подался вперед:

– Если вы намерены предъявить обвинения, я готов ответить за все, но отпустите лейтенанта Грир. Она была свидетельницей смерти Ориона, но не имеет отношения к убийству.

Амара сомневалась, что капитан прислушается к словам Тайнана: ее рукав был забрызган кровью Ориона.

– Мы с самого начала были вместе, Тайнан, и я не собираюсь себя выгораживать, – сказала Амара.

Не успел Тайнан ответить, как в кабинет вошел сотрудник лаборатории. Вручив Хараде результаты исследования, он сказал:

– Инъектор, обнаруженный на месте преступления, необычен. Такие инъекторы иногда появляются в колониях. Их нетрудно сделать, и…

– Пожалуйста, – прервал его Харада, – скажите мне, что там было.

– В том-то и дело, сэр. Оказалось, что это вещество – синтетический аналог пчелиного яда.

– Пчелиного? – удивился капитан. – Зачем он нужен?

– Чтобы убить человека с аллергической реакцией на пчелиный яд. Этот человек – я! – воскликнул Тайнан.

Капитан пришел в замешательство, а сотрудник лаборатории кивнул.

– Яд был такой концентрации, что вам хватило бы и царапины. Погибший явно не подозревал, что эта доза окажется смертельной и для него самого.

Недовольно нахмурившись, капитан отложил результаты исследования, прижав их ножом Мака Трамбо.

– Но если вы можете доказать, что у вас аллергия…

– Да, это отражено в моей медицинской карте в Цитадели, – заверил его Тайнан.

– Хорошо. Я должен принять версию о самозащите. Что касается остального, я предоставлю расследовать вопрос о связях Ориона Шоде с пиратами служащим Аладо. Мне это кажется невероятным, но моя часть расследования закончена. Вы свободны.

Глава 21

Тайнан повесил свой балахон на крючок.

– Кажется, гардероб в моем номере был больше этой комнаты.

– Возможно, но в галактике роскошные номера для важных дипломатов разительно отличаются от комнат, предназначенных для пилотов. Если предпочитаешь уйти к себе, скажи откровенно.

Тайнан обнял Амару:

– В сущности, мне нравится эта комната. Тут ты от меня не спрячешься.

Амара прижалась к нему:

– Мы пережили столько опасностей, Тай!

Тайнан погладил ее по голове:

– Самое плохое позади, и мы оба живы – и вместе.

Амара прикусила нижнюю губу, чтобы не разрыдаться.

– Самое плохое еще не началось, – мрачно сказала она. – Орион был очень влиятелен. Когда узнают о том, как он погиб, пойдут разные толки. Недоброжелатели с удовольствием сделают нас козлами отпущения.

– Не стоит думать о них.

– Конечно, но в отличие от тебя, я не вернусь в далекую Цитадель, где можно забыть об этом. Я останусь в Командовании флотом, поэтому для меня лучший способ избавиться от подозрений – разоблачить Ориона. Он всегда проявлял огромное внимание к деталям, поэтому я уверена, что у него сохранились записи, и, возможно, планы, связанные с избранием в Совет директоров Аладо. Вернувшись, просмотрю все его бумаги и найду улики против него. Будь спокоен, я не пропущу ничего!

Тайнан отступил на шаг:

– Меня восхищает твоя целеустремленность. А вот мне просто хочется вернуться домой и навсегда забыть Ориона.

Амара вглядывалась в его лицо, надеясь увидеть хоть тень сожаления: ведь им предстояла разлука! Но, казалось, он испытывает лишь облегчение при мысли о возвращении в Цитадель.

– А я? – прошептала она. – Обо мне ты тоже забудешь?

Ужаснувшись этому вопросу, Тайнан снова сжал ее в объятиях.

– Никогда! – воскликнул он. Философ хотел бы не расставаться с ней и чувствовал мучительную боль, сознавая, что это неизбежно. Только размышления о делах насущных позволяли сохранить спокойствие.

– Нам надо переодеться, – сказал он. – У тебя есть душ?

– Да, но сомневаюсь, что мы поместимся там вдвоем.

Тайнан расстегнул рубашку.

– Давай попробуем.

Выйдя из душа, Тайнан уложил Амару на узенькую койку. Он не вспоминал о своем просторном номере и широкой кровати. Здесь они поневоле тесно прижимались друг к другу.