Джиллиан - Уходящая в тени

   - Так вот, Игнат! Ни фига не выдержит твоя Ледяная Вуаль! Даже если я вложу в неё все силы!

   Он бесстрастно смотрел на меня. Не понимал.

   - Любовь такая вещь... - Я помялась, не зная, как выразить главное. - Такая сила, которая порушит всё - в том числе и Вуаль! Она у меня затрещала, едва я только увидела Влада! Я, дура, ещё не понимала, что происходит. Вкладывала в неё силы! Ты не представляешь, какие силы и сколько я в неё вложила! А она продолжала трещать!

   - Я всё-таки прошу...

   Я жалостливо посмотрела на него.

   - Трата времени и сил. Хочешь убедиться?

   - Хотя бы попробовать! - уже умоляще попросил он.

   Замерев на мгновения, я снова спокойно осела на скамейке. С минуту он недоумённо смотрел на меня, а потом спросил:

   - Ну и что? Ты... сделаешь мне Ледяную Вуаль?

   - Игнат... Как ты думаешь, что сильней - твоя завеса из теней мёртвых или Ледяная Вуаль?

   - Ты пытаешься сравнить несравнимое, - сухо сказал он, успокаиваясь от тяжёлого для него выплеска эмоций. Кажется, он даже обиделся на меня. Он просит о сокровенном, а я тут начала рассуждать о чём-то постороннем.

   - Почему же - несравнимое, - задумчиво сказала я, глядя на кладбищенскую ограду. - Я испытала на себе действие Ледяной Вуали. Агния пробует - твою завесу.

   Он недоумённо поднял голову взглянуть на меня. Потом проследил направление моего взгляда и окаменел.

   Агния уже прошла шагов пять по кладбищу от входа. С моего места её было видно смутно, настолько плотно облепили её тени. Она шла, с трудом преодолевая их напор. На моих глазах Алексис попробовал повторить за нею хотя бы шаг - его отбросило назад. Но я почему-то была абсолютно уверена: случись - мне будет грозить здесь опасность, Влад продерётся сквозь сонмы теней, но встанет рядом со мной.

   Сестра кривилась, словно от боли, но продолжала идти. Иной раз она смотрела под ноги - и тогда движение замедлялось. Но, когда она взглядывала на Игната, движение давалось ей гораздо легче, словно взгляд на него давал ей огромные силы. Даже лицо смягчалось, разглаживалось в странной надежде. Иногда она жмурилась, будто ей что-то резало глаза... Смотреть на её лицо страшно. Даже сквозь смутную завесу теней заметно, как блестят дорожки слёз на лице.

   Я сидела напряжённая. Если Игнат ничего не сделает в течение нескольких следующих секунд, я сама сорву все его завесы из теней мёртвых. Я знаю, какую боль сейчас испытывает сестра. А там - будь, что будет.

   Услышав шелест, я оглянулась.

   Игнат встал. Его лицо выглядело настолько напряжённым, что я испугалась: не старается ли он усилить противодействие теней движению Агнии? Я тоже напряглась, готовая в любой момент броситься сестре на помощь.

   Он шагнул к ней. Постоял. Обернулся ко мне с мучительным выражением лица. Агния сделала ещё шаг, покачнулась. Завеса теней волной опрокинулась на неё, чуть не уронив, чуть не сбив с ног. Сестра выстояла, хоть для опоры пришлось отступить. Движение было жёстким, дёргающимся, будто её оттолкнули... Я вцепилась в скамеечный брус, словно могла своим напряжением помочь ей двигаться дальше.

   - Агни...

   Завеса ещё не исчезла, когда Игнат бросился к Агнии.

   Тени мгновенно исчезли. И Агния от неожиданности - преграда пропала внезапно, а она всё ещё рвалась вперёд - упала в руки подоспевшего Игната. Она схватилась за него так, словно маленький ребёнок хватается за взрослого, чтобы тот утешил его: обняла за талию, уткнулась ему в грудь... Я услышала жалобное, почти со слезами: "Я так испугалась!" Игнат замер, придерживая Агнию за плечи... И я затаила дыхание, когда он поднял руку и ласково, хоть и нерешительно погладил её по голове.

   Мимо них я прошла чуть не на цыпочках. К невидимым воротам кладбища бежала чуть не сломя голову - благо преграды уже не существовало. Здесь меня подхватил Влад.

   - Что? Что там у них? - встревоженно спрашивал он, а я всё никак не могла отдышаться, словно это не Агния шла к Игнату, продираясь сквозь тени, а я сама.

   - Всё нормально, - отдышавшись, сказала я. - Пошли отсюда. Пусть дальше сами разбираются. Пошли-пошли. И волков своих уводи.

   Не забыть бы только, как выдастся свободная минутка, предупредить Агнию, чтобы она хотя бы в самом начале жизни с Игнатом вела себя чуть сдержанней. Мне кажется, она поймёт и ради любимого пойдёт на то, чтобы держать себя, свои эмоциональные порывы в кулаке. А уж потом, когда они привыкнут друг к другу...

   - Им там точно помощь не нужна? - всё ещё волнуясь, спросил Влад.

   Сначала я не поняла, почему он так тревожится из-за них. Потом сообразила. В отличие от Игната, привыкшего жить отстранённой жизнью, он-то привык заботиться обо всех своих родных. Сейчас - Агния ему почти родная, через меня. Поэтому он волнуется даже не за них двоих, а хотя бы только из-за неё. И я Владу была очень благодарна за это чувство тревоги за нас за всех.

   Он заботливо вывел меня с кладбища. Я хотела было сказать ему, чтобы там, в машине, подождать немного... И увидела Харонов. Они стояли за кладбищенской оградой и невозмутимо смотрели на обнявшуюся пару.

   - Подожди, - сказала я Владу, и он отпустил меня.

   Я нерешительно подошла к ним.

   - Вы только не мешайте им, - робко, сама удивляясь этой робости, сказала я. - Он привыкнет. Ему только мешать не надо.

   Они безразлично посмотрели на меня. Оба какие-то одинаковые, какие-то обезличенные в деловых костюмах. Но я уже вспомнила кое-что. Алексис сказал, что отец Игната обрадовался, когда к нему привели сына. Обрадовался, когда узнал, что у него есть сын. Не совсем уж они, эти Хароны, бесстрастные. Просто привыкли к сдержанным чувствам. "Что ж делать - специализация такая!" - в душе мрачно пошутила я.

   - У Игната есть братья или сёстры? - спросила я уже спокойней.

   - Нет. Он один в семье, - соизволил открыть рот один из Харонов.

   - Спасибо большое, что ответили. Рада была услышать ваш голос, - чуть не раскланялась я перед ними.

   Второй вроде ничего не ответил, но глаза блеснули как будто ярче. С чувством глубокого, как говорится, удовлетворения я отошла от этих двоих и почти побежала к Владу. Здесь, рядом с ним, тепло! И не надо думать о том, чтобы скрывать себя.

   В последний раз оглянулась на кладбище. Игнат и Агния стояли неподвижно, но так вцепившись друг в друга, что я только облегчённо вздохнула. Влад улыбнулся мне и помог сесть в машину.

25

   Алексис, некоторое время молчавший на заднем сиденье джипа, недовольно покряхтел и высказался:

   - Ребята, вы не святым же духом питаетесь? Может, заедем куда-нибудь? У меня от этих переживаний ажно живот подвело!