Елена Пучкова - Приключения графини

— Я не об этом.

— Ну и хорошо, — мне хотелось побыстрей закончить наш разговор, чтобы придти в себя и обдумать случившееся в нише.

— Вчера при странных обстоятельствах был убит слуга в старо-купеческом районе города, — сказал Дарен совсем не то, что я ожидала. — Труп был обескровлен. На стене кровью выведен неразличимый символ.

Я задержала дыхание. Поцелуй и мои переживания разом вылетели из головы.

— Ты думаешь, это сделали маги?

— Почти уверен.

Маги в столице и совершают черные ритуалы?

— Как его убили?

Он поймал мою ладонь и потянул следом за собой. Из Белой столовой вышли две дамы, а свидетели нам действительно были не нужны.

Одна из комнат короткого коридора оказалась не заперта. Воспользовавшись оказией, мы скрылись в этой комнате, оказавшейся буфетом.

— Ему проткнули артерию на шее. Комната, в которой обнаружили тело, была перевернута с ног на голову. Одна из стен черна от огня и выбито окно.

С возрастающим вниманием я слушала его рассказ.

— Мне надо видеть убитого и эту комнату.

— Тело отвезли в морг. И хозяин дома уже нагнал людей для ремонта.

От темы осмотра места преступления Дарен постарался отвязаться с излишней поспешностью. И теперь ждал от меня комментариев.

Я задумалась, принявшись ходить по узкому проходу между шкафами с посудой.

— Дарен, мне трудно сказать для чего его могли убить. В черных ритуалах, проводимых с целью обретения большей силы, это первооснова. Во время смерти высвобождается запас энергии, которую маги впитывают в себя. Но убитый должен быть одаренным. Одного среднего по силе мага не хватит для повышения своего резерва. Нужно два-три хотя бы. Либо приносить в жертву архимага.

— Хорошо. Какие еще есть варианты?

— Чтобы вызвать демона или подчинить какую-то сильную сущность, приносят жертву. Тогда вполне хватит и простого человека без дара.

Мы снова оказались слишком близко. Осознание близости душной пеленой окутало меня. Дарен задумался, и не заметил моих терзаний. Я сделала несколько шагов назад и направилась ближе к двери.

Комната под буфет была маленькая. Использовалась для хранения посуды, скатертей и салфеток. Посуда была расставлена на полках в широких шкафах, оставляя для прохода полтора аршина свободного места.

Дарен уловил мой маневр. Он улыбнулся и направился ко мне.

— Больше вариантов нет?

— Я подумаю на досуге, — ответила я.

Мне не хотелось выглядеть трусихой. Испытывать свою силу воли не хотелось еще больше. Я открыла дверь и хотела выйти.

— Фельдфебель Кручев передавал тебе привет. Говорит, что советы пригодились.

Я кивнула, вспомнив, что сама хотела спросить.

— Что с твоим мундиром?

— Порвался. Что же еще?

— Ты был на заслоне?

— Тренировал солдат.

Не договаривает что-то. Ну и ладно. Я сверкнула на него взглядом, получив в ответ еще одну улыбку, и поспешила скрыться на винтовой лестнице в конце коридора.

Я же сама хотела поцеловать его. Разве нет? Тогда почему трясутся поджилки и хочется спрятаться от него? Да все потому, что мы не пара. Я — маг, он — солдат. Даже если я справлюсь с собственной силой, мы слишком разные.

И еще я не хочу повторения истории с Эриком. Слишком это больно, когда разбивается сердце…

Мы собирались пожениться. Была назначена дата свадьбы. Отец предупреждал меня, что надо быть осторожнее. С частицей дара, что достался мне по маминой линии, нужно быть начеку.

Как оказалось, волшебные существа из сказок имели вполне реальных прототипов. Долгие поколения их кровь спала. Мама, бабушка и прабабушка были совершенно обычными людьми. Но, соединившись с генами отца, потомственного мага, сила Иях проявилась во мне. Не спорю, проявившиеся гены приносят мне больше пользы, чем вреда. Но в моменты сильного желания чего-либо или кого-либо мана выходит из-под контроля, подчиняя и отравляя.

Хотя отец не должен давать таких советов незамужней дочери, он посоветовал мне сначала провести с женихом ночь. И если будет все нормально, то спокойно выходить замуж и жить счастливо в браке.

Маги изначально в плане любви и сексуальных отношений воспитываются иначе. Все равно мужчина или женщина. Отношение к противоположному полу должно быть потребительским. Нельзя падать в отношения, как в омут. Нельзя подчиняться никому, кроме себя самого. Нельзя быть зависимым.

Дарен прав, когда говорит, что я другая. Магиня до мозга костей. Я была воспитана так. Чтобы подчинять себе духов, стихии или элементалей нужно иметь чистый разум и твердую волю.

Я провела с Эриком ночь. Все было чудесно. Но уже на утро он стал вести себя иначе. Был раздражителен, рассеян. Его аура была изъедена по краям, нарушилась защитная оболочка эфирного и астрального тел. Я не хотела придавать значение очевидному. Когда пострадало ментальное тело, появились вспышки немотивированной агрессии и стала наблюдаться потеря памяти, то пришлось взглянуть правде в глаза. Моя сила разрушала его тонкие тела.

Как бороться с этим я не знала. Пришлось расстаться. Я надеялась, что постепенно ткани его тонких тел восстановятся. Ведь яд силы Иях не успел причинить непоправимый ущерб. Я ошиблась.

Я вернулась к отцу в Мерке зализывать раны. Эрик же решил отомстить. Он нанял банду каторжников и приказал им поджечь наш дом. Мы с отцом не ожидали подобной расправы. Не знаю до сих пор, каким чудом я спаслась. Может, сила Иях помогла. Либо от пережитого эти воспоминания стерлись из памяти. Помню одно, как Эрик, смотря на объятый пламень дом, кричал, что всем колдунам и ведьмам дорога на костер.

Отец не спасся. Он остался в горящем доме. Я, когда очнулась, лежа в кустах за изгородью сгоревшего дома, долго не могла придти в себя. Я не могла пошевелиться, не могла плакать, даже дыхания своего не чувствовала. Я просто лежала, как бревно. Позднее пришли чувства, меня накрыло с головой болью утраты и предательства. Только в Чарующем лесу я смогла почувствовать, что вновь живой человек. Путята и Моркл приняли меня. Обживаясь в сторожке, налаживая быт и завязывая знакомства с хитрыми и суеверными крестьянами, я вновь обрела дом.

Воспоминания схлынули, как прибрежная волна, оставив осадок из боли и разочарования. Сама не заметила, как прислонилась виском к холодному камню Безымянной башни. Взгляд мой был направлен на внутренний двор Престольного дворца, просматривающийся из распахнутого настежь узкого окна. По двору изредка проходили кухонные слуги по своим делам. Я же только сейчас отметила про себя, что настолько глубоко ушла в воспоминания, что замечала движение во дворе лишь краем сознания.