Певчая птица и каменное сердце - Карисса Бродбент

почтил визитом сам смотритель. Вот это событие.

Я остановилась как вкопанная и вытаращила глаза. Рука непроизвольно потянулась к мечу на бедре.

Потому что это был призрак – наполовину прозрачный призрак. Сквозь живот дамы, приглядевшись, можно было увидеть противоположную стену комнаты. Через восхитительное декольте пролегала жестокая рана, и по центру платья катились на землю черные капли.

– Азар, осторожно! – вскрикнула я.

Но Азар улыбался. Настоящей, искренней, широкой улыбкой.

– Рад видеть тебя, Эсме, – сказал он. – Давненько я уже сюда не заглядывал.

Глава двадцать восьмая

За свою жизнь я повидала много такого, что считалось невозможным. Но когда я сидела за столом в гостях у призрака и смотрела, как хозяйка распоряжается на кухне, командуя отрядом мелких бесформенных теней, мне все же потребовалось некоторое время, чтобы свыкнуться с происходящим. Когда я впервые покинула Цитадель в надежде посмотреть мир, то не могла даже вообразить ничего подобного. Все-таки я добилась значительно большего, чем могла хотя бы представить себе в пятнадцать лет.

И все же самым странным во всем этом было то, как непринужденно выглядел Азар. Он сидел в кресле, закинув одну ногу на кофейный столик.

И явно наслаждался бездельем.

Вот уж никогда бы не подумала, что увижу бездельничающего Азара. Это было равносильно тому, как если бы на моих глазах собака вдруг запела.

Он заметил мой взгляд и прищурился:

– Что-то не так?

Я потупила взор и стала смотреть в бокал.

– Нет, все хорошо.

Не знаю, почему я не стала его поддразнивать. Просто это показалось мне неуместным.

Эсме сидела напротив Азара, с прямой спиной, держа в длинных тонких пальцах бокал крови – призрачной крови?! Если не обращать внимания на зияющую рану в ее груди, то от нее просто веяло утонченностью. Эта женщина обладала грациозностью истинной вампирской знати, и Азару она при этом, похоже, искренне нравилась. Даже интерьер жилища казался перенесенным из какого-то богатого особняка тенерожденных – все в пышном бархате насыщенных тонов. Гарнитур изящной мебели выстроился полукругом перед роскошным черным камином, в котором горело прозрачное синее пламя. Я сидела за столом из красного дерева на обитом штофом стуле. Слуги Эсме – по крайней мере то, что ими казалось, – облачками плавали на кухню и обратно, перестраиваясь, чтобы носить подносы с напитками и едой. Когда один из них поставил передо мной тарелку с нарезанным стейком – полосками мяса в слоеном тесте, – я изумленно ахнула.

Какой упоительный аромат… О боги! Уже несколько десятилетий еда для меня так не пахла.

– Простите, что не могу предложить ничего более… основательного, – сказала Эсме.

– Основательного?

Мне пришлось напомнить себе, что есть надо вилкой, а не руками. Тесто так и таяло на языке. Мясо было приготовлено просто идеально. Не помню, когда в последний раз что-либо было настолько вкусным. Подумав так, я мысленно извинилась перед Райном.

– Это просто восхитительно. Это же…

– Ваше любимое блюдо? Я знаю. Вернее, Нисхождение знает. – Эсме обвела рукой вокруг. – Это ведь санктум Ума. Содержание вашего ума здесь не секрет.

– Еда не настоящая, – пояснил Азар. – И кровь, к сожалению, тоже. На вкус отлично, но и только.

– Мне все равно, – ответила я.

Мне правда было все равно. Очередное облачко тени поставило рядом со мной тарелку с пирожными, и у меня округлились глаза.

Сладкие вкусы когда-то исчезли первыми. Я давным-давно забыла, каков на вкус человеческий сливочный крем. Боги небесные. Я оказалась в раю.

Азар тихонько хмыкнул, и я сурово на него посмотрела.

– Господин Хранитель, лишенный радости, не судите меня строго за то, что я позволю себе пару смертных наслаждений. Пусть даже они и фальшивые.

Он приложил руку к груди:

– Илие, я никогда бы не осмелился лишить даму смертного наслаждения.

От того, как он это произнес, у меня в памяти всплыло другое воспоминание: «…пока ты не устанешь от наслаждения настолько, что будешь молить об отдыхе». По лицу Азара мелькнула улыбка, как будто и ему в голову пришла та же мысль. Я опустила взгляд в тарелку.

Это было гораздо более простое и незамысловатое искушение.

Я кашлянула и перевела взор на Эсме, которая сидела и с любопытством меня разглядывала.

– А вы… как вы познакомились с Азаром? – спросила ее я.

Это показалось мне более вежливой формулировкой, чем: «Кто и что вы такая и почему вы умерли?»

Эсме рассмеялась:

– Миледи, я ценю ваше стремление проявлять тактичность.

– О нет, я вовсе не леди, – возразила я с набитым ртом.

– Это уж точно, – согласился Азар, и я сурово на него глянула.

– Я предшественница Азара, – пояснила Эсме. – Была до него смотрительницей Мортрина почти триста лет. Пока не впала в немилость к королю Дома Тени. – Тон ее, когда она произносила этот титул, так и сочился ядом. Она указала себе на грудь. – Похоже, даже смертью мне не искупить обвинений.

Азар поднял бокал:

– Нам повезло, что ты есть.

Эсме польщенно склонила голову:

– Спасибо на добром слове.

– Я говорю правду. – И Азар продолжил, обращаясь ко мне: – Душа Эсме осталась в Мортрине, когда меня отправили в изгнание. Она учила меня этой работе. Без нее я бы не выжил.

Хозяйка дома хмыкнула:

– Мне всегда нравились красивые лица. Вечно из-за этого попадаю в беду. Но разве это меня хоть чему-то учит?

– Мне хочется думать, Эсме, что я вознаградил тебя по заслугам.

Она стряхнула пушинку со своего бархатного кресла.

– Полагаю, жаловаться не приходится. Нижний мир – ужасно скучное место.

– И тогда вы очутились… здесь?

Я по-прежнему не до конца понимала, где именно находится это «здесь».

– Я пытался помочь Эсме пройти, – пояснил Азар. – Но она… отличается незаурядным упорством.

– Ты очень деликатен в формулировках, – заметила Эсме.

– Может быть, это из-за ее связей с Мортрином. А может, из-за связей, которые Мортрин сам установил с ней. Не исключено, что ссылка связала ее даже в смерти. Но так или иначе, дальше этого места я ее провести не смог.

– Увы мне! – театрально вздохнула Эсме.

– Но что это такое? – спросила я. – Этот дом?

– Я быстро поняла, что в смерти есть свои преимущества, – ответила она. – Может быть, благодаря тому, что изучила Нисхождение при жизни, я смогла использовать иллюзию санктума Ума, чтобы выстроить для себя то существование, к которому стремилась. – Эсме заговорщически улыбнулась Азару. – С некоторой помощью, конечно.

Азар протестующе покачал головой:

– Это пошло на пользу нам обоим. Даже с дорогами, которые я построил за эти годы, дальше этой точки продвинуться трудно. Эсме помогает поддерживать порядок там, где я не могу.

Она махнула рукой:

– Есть где скоротать время.