Проклятие Бессмертных: Король в Чёрном - Валентина Зайцева

открыл ящик в том, что выглядело как шкаф на колёсах, и что-то там искал. Он бормотал себе под нос, а затем издал: «А!» — и обернулся.

В руках у мужчины было то, что выглядело как кокон странной бабочки, отлитый из выдувного стекла с изящными серебряными деталями. Он висел на конце длинной тонкой цепочки. Внутри него находилась одна мигающая крошечная сфера — одна из тех странных чёрных. Она была крошечной, гораздо меньше, чем сферы в других футлярах, и, по крайней мере, казалось, что у неё было много места.

— Она не ладит с другими, — сказал мужчина с лёгкой улыбкой. — Она предпочитает быть одна и вполне счастлива здесь, обещаю вам. Она не светилась ни разу, пока не оказалась в одиночестве.

— Это чепуха. Они не живые, — пробормотал Самир себе под нос позади меня, не услышанный торговцем.

— Могу ли я подарить это госпоже в качестве подарка? — спросил пожилой мужчина у Самира.

— Если она согласится принять.

— Я.… я не могу. — Я моргнула, удивлённая. — Это слишком красиво.

— Настаиваю. — Ремесленник протянул подарок ещё дальше, улыбаясь.

Я осторожно взяла его из рук мужчины и держала на ладони. Маленькая чёрная точка света мигала равномерно, как крошечный светлячок. Это было прекрасно. Это почти довело меня до слёз, и когда я подняла глаза, изрытое морщинами лицо торговца было полно тепла. Он знал, как много это для меня значило, просто по моему выражению лица.

— Пусть она подарит вам немного света во тьме, — мягко сказал он. Он мог понять по отсутствию знаков на моём лице, кто я такая, я знала. Это был жест чистой доброты. Я накинула длинную серебряную цепочку себе на шею и позволила маленькой мигающей сфере повиснуть в её стеклянном коконе.

— Не могу выразить, насколько я благодарна. — Я снова подняла стеклянный кокон, чтобы полюбоваться маленьким существом. Кокон легко помещался на моей ладони.

— Это моя честь. Я рад, что она нашла подходящий дом.

Самир явно устал от слащавого обмена любезностями. Он потянул меня за локоть.

— Благодарим за ваш жест, торговец. Мы пойдём теперь.

Мужчина низко поклонился, когда мы уходили, а я запинаясь выдавила наполовину невнятное прощание. Я бросила полусердитый взгляд на Самира.

— Это было грубо.

— Мне стало скучно. По крайней мере теперь я смогу найти тебя в тёмной комнате. Подумать только, он верит, что они разумны, — фыркнул Самир.

— А ты нет?

— Они продукт магии, не более того. Он старый, одинокий человек, очеловечивающий неодушевлённый предмет. — Самир внезапно казался глубоко вовлечённым в разговор, словно что-то задело его за живое. — Магия не может создать душу.

— Похоже, ты говоришь по собственному опыту.

Самир проигнорировал мой комментарий.

— И правда, эта мерзость будет мигать беспрестанно?

— Мне нравится.

— Ты выглядишь как лодка в открытом море.

— Нет. — Я спрятала кокон за ворот рубашки. — Так лучше?

— Гораздо лучше.

Внезапно в центре рынка раздались крики и шум. Это не был звук паники или страха. Это звучало скорее, как толпа на боксёрском матче.

Когда мы подошли ближе, центр рынка был расчищен в большую круглую арену. В центре находилось чудовище, которое выглядело так, словно ящерица и паук произвели на свет странного кошмарного детёныша. Оно было огромным: примерно шесть метров в длину и три в высоту. Оно выло и визжало, а его огромные чёрные крылья насекомого трепетали с почти оглушительным жужжанием. Ладно, ящерица, паук и муха произвели на свет трёхстороннего кошмарного детёныша.

— Вау, — было всё, что я смогла выдавить.

Самир рассмеялся и притянул меня ближе к краю круга. Толпы расступились перед ним безо всякой мысли, хотя некоторые бросили на меня второй взгляд. Верно. Я здесь была уродом, а не насекомое-ящерица-паук-монстр в центре поляны.

Три человека в полных доспехах противостояли чудовищу. Они были вооружены до зубов мечами, щитами, или у одного из них было копьё. Судя по тому, как кричала толпа, это не просто внезапно началось.

— Что происходит? — спросила я у Самира.

— Состязание. Либо люди победят, либо оно их убьёт.

— Ради забавы?

— И ради еды. В конце концов, существо не должно голодать. — Самир встал позади меня и обнял меня обеими руками, прижимая к своей груди. Я откинулась назад к нему, не боясь. Было время, когда я напряглась бы и попыталась бы съёжиться от него. Теперь я находила утешение в его объятиях. Более того, я обнаружила, что мне это нравится.

Бой был жестоким. Трое мужчин подкрадывались ближе, пытаясь застать зверя врасплох или в слабый момент, пытаясь обнажить его фланг или загнать его в компрометирующую ситуацию. Но существо могло летать, и оно прыгнуло вверх и перелетело через одного из мужчин.

Когда оно отправило двух других кувырком взмахом своего длинного, похожего на кнут хвоста, оно раздавило третьего под своей зазубренной лапой. Челюсти опустились, и звук щёлкающих сухожилий и рвущейся плоти был почти заглушён криками восторга толпы.

Тошнотворный хруст костей, словно ломающихся веток под ногами, заставил меня отвернуть голову и попытаться отвернуться от боя.

— Я не хочу это смотреть.

Существо разрывало человека на части. Я могла сказать это по его крикам и звуку мяса, отрываемого от кости.

Самир смотрел вниз на меня, игнорируя бой.

— Это мой мир. Наш мир. Он страдает и умирает и воскреснет завтра, как будто ничего не произошло. Это насилие — такая же часть этого места, как и безделушка, которую ты носишь.

— Я понимаю, мне просто не обязательно это любить.

Трапеза монстра была прервана, когда двое других мужчин снова вступили в бой. Существо отвлеклось на свою добычу, позволив одному из других мужчин вонзить копьё глубоко в его заднюю часть. Оно визжало от боли и яростно металось на них. Некоторым из толпы пришлось отскочить назад, чтобы избежать его хвоста, когда он разнёс груду ящиков в своей агонии.

Но оно ещё не закончило. Второй человек пал жертвой существа, так же, как и первый. На этот раз зверь научился не беспокоиться о том, чтобы съесть его, только сжать его рёбра в своих челюстях и отбросить в сторону. Мужчина покатился как тряпичная кукла, вялый и безжизненный. Его кровь растекалась лужей по булыжникам.

Моя рука теперь прикрывала рот, и я пыталась притвориться, что это всё просто шоу, фильм