Цветана полная любовь лорда Арана - Лина Алфеева

Я увеличилась вдвое, чтобы спрятать магию. Разве это можно считать нормальным? — повинилась я, рассчитывая, что подруги впечатлятся этим признанием и оставят меня в покое.

Я просто плохо знала, что такое эльфийский исследовательский дух. За какие-то два часа с моей ауры сняли столько слепков, что я даже чесаться начала. Все части изучили, зарисовали и даже установили, что обратный процесс превращения начался и он необратим.

— Спорим, что уши последние отпадут, — меланхолично объявила Нинель, обводя пальцем линии моих внутренних магических потоков.

— А я боюсь, что новую меня Лучик не узнает, — печально призналась я.

И не только Лучик. Я не знала, как воспримет новую меня лорд Аран. И вообще, есть ли ему дело до этого.

Я еще хандрила, когда из пустоты выскочила Лучик, схватила меня за край туники и потащила из комнаты. Астрал возмущалась, что я не явилась на вечернюю прогулку. И не объяснишь, что сегодня нам гулять просто не с кем…

Лорд Аран ждал меня на середине моста.

Дракон стоял, опершись о перила, и казалось, что он всецело занят изучением воды. Тычок в поясницу оказался таким сильным, что я чуть не упала. Это Вихрь тоже возмущался, что я отлыниваю от ежедневной прогулки. Пришлось сделать над собой усилие и доковылять до моста, а потом заставить себя ступить на деревянный настил.

Я шла бесшумно, но все равно услышала голос вожака изумрудных драконов.

— Твой отец остался ночевать на острове. Ограс и Мирра придавили его рассказами об удивительном перемещении и адаптации астралов.

— А он знает обо мне?..

— Конечно. Я рассказал, как все было, раз уж ты напустила столько тумана. Алдраку даже начало казаться, что мы приручаем особых тварей, добытых из самой Пустоши.

— Эм… Неожиданный вывод.

— Да, из тебя вышел так себе шпион, эльфийка из Эльгара.

— Почему ты так меня называешь?

— Потому что я всегда знал, что ты никогда не жила среди эльфов. Зато так пропахла Алдраком, что некоторое время я считал тебя его любовницей.

Хорошо, что у моста к башне Кувшинок имелись такие удобные перила. За них было здорово хвататься, когда ноги держать переставали.

— Надеюсь, ты никому не рассказал о своих подозрениях?

Когда лорд Аран повернулся ко мне, я сжала перила с такой силой, что пальцы свело судорогой. Когда же он шагнул ко мне, я не выдержала и отвернулась. Настал мой черед любоваться речной водой.

— У меня не только отличное обоняние, на разум тоже не жалуюсь. Черный вожак слишком любит свою человеческую ведьму, чтобы позволить себе интрижку с заезжей эльфийкой. Так что я отмел вашу связь и начал наблюдать. Знаешь, чем ты отличалась от других? Тем, что у тебя с самого начала был огонь. Сначала я счел, что мне это только кажется, но чем дольше ты здесь находилась, тем отчетливее я видел, что ты обладаешь пламенем, причем пламенем скрытым. И если ты сейчас скажешь, что унаследовала его от своего дедушки, то сильно меня обидишь…

— Я не считаю тебя ни глупым, ни наивным.

— Рад это слышать. Рассказать, что помогло окончательно сложить всю картину? — Аран оперся о перила и склонился надо мной так близко, что его губы касались края моего уха, сейчас такого же фальшивого, как и я сама. Но от этого не менее чувствительного. — Старый орк Холл оказался родом из Таравии, места, откуда прибыла твоя сестра Малика и Алора. Так как мне называть теперь тебя, Сарэль? Может быть, просто Цветана? Приемная дочь вожака с даром природы.

Вот и все, маска была сброшена. Я смотрела на стремительно бегущую под мост воду, и чувствовала, что также быстро утекает мое время…

— Ты говорил, что хочешь, чтобы кто-нибудь из найденышей пожелал вернуться в Зангар.

— Но я не говорил, что хочу увидеть на своих землях шпиона, отправляющего донесения вожаку соседней долины.

Аран все ещё стоял за мной. Но его близость больше не грела, а опаляла, мое лицо горело, и только сердце пекло в груди так, словно мой внутренний огонь решил его сжечь. Я смотрела на сильные руки мужчины, что сжимали перила моста с такой силой, словно Аран представлял на месте дерева мою шею.

— Я не буду извиняться за то, что писала домой. Нужно писать родным, которые за тебя переживают. Но ни в одном письме я не говорила о портале из Драконара. Я не говорила Алдраку о нем…

— И все же теперь он знает. От меня потребовали объяснений, а тон, которым было озвучено требование, не оставляет сомнений, что твой отец будет добиваться обнаружения точки перехода и ее полного закрытия. В конечном счете он прав. Драконы Альгара не могут рисковать. Я не имею права спасать астралов Драконара ценой проникновения нежити в этот мир. Я должен думать о сохранении того, что имею. Не все перемены благо, не каждая встреча даёт всходы. Как вожак, я обязан думать о процветании долины Зангар, о сохранении всего Альгара и только потом о себе и своих желаниях.

Внезапно Аран сжал мои плечи и с мукой выдохнул:

— Ответь, зачем ты прибыла в Зангар? Скажи, что ты просто найдёныш с изумрудным даром, явившаяся изучать магию. Скажи, что у тебя не было других целей. Скажи мне то, что я хочу услышать, Сарэль! Или же мне лучше называть тебя Цветаной?

Аран замер, но руки с моих плеч так и не убрал. И мне казалось, что лишь эта близость и сохраняет волшебство, возникшее между нами.

— Я не хотела предавать твое доверие, Аран, но и предать любовь своей семьи я тоже не могла.

— Как я могу верить той, чья внешность фальшива?

— Да меня саму от себя уже тошнит! — вывернувшись, повернулась к Арану лицом. Пусть смотрит в глаза, они хотя бы настоящие. — Это ненастоящее тело сводит меня с ума. Такое несуразное, неуклюжее, уродливое…

— Глупость. Ты прекрасно выглядишь. К тебе принюхивался весь молодняк академии. Мне даже пришлось объявить тебя своей, чтобы они перестали о тебе мечтать.

— Весь молодняк сейчас мечтает меня придушить. Мы с госпожой Азалией для них такие тренировочные преграды вырастили, — усмехнулась я,