Тьма в моей крови - Евгения Решетова

– Нам туда, – Натан обнял за талию и мягко направил в нужную сторону.

Я шла, и мне казалось, что мир вокруг изменился. Не знаю, почему, но это чувство не отпускало.

– Рина!

Крик Тыра я услышала раньше, чем увидела его. Мой маленький Монстрик летел ко мне со всей скоростью, на какую был способен.

– Рина, Рина, Рина, – повторял он, повиснув на мне, ощупывая, облизывая, покусывая, словно пытаясь убедиться, что я настоящая. – Что вы там такое сотворили?

Я замерла, наконец, осознав, что не так в окружающем мире. Моя магия не чувствовала вокруг никаких аномалий. Вообще! Словно мы и не находились посреди Пустоши.

– А что произошло? – спросил Натан таким тоном, что будь я на месте Тыра, ответила бы немедленно.

Но на него это не подействовало, Монстрик лишь фыркнул.

– Что произошло! – воскликнул он. – Да вы Пустошь уничтожили!

– Что? – мы с Натаном переглянулись.

– Ну не совсем уничтожили, – Тыр отлетел от меня и завис в воздухе. – Но Вертингольд сейчас чист. Абсолютно!

Хотелось улыбаться. Мы с Натаном можем очистить Пустошь. Да, это будет нелегко, даже трудно. Но мы справимся.

Мой любимый, мой муж, единственный, для кого всегда будет биться мое сердце, обнял, прижимая к себе.

– Давай домой, сердце мое, – сказал Натан.

И я была с ним согласна. Хватит с меня приключений.

Глава 21. В конце

Я спускалась по лестнице. Вообще-то, о ней я знать не должна была, но любопытство и шурша погубит. Так что, обнаружила я её случайно. Потайной ход вёл прямо из моей гостиной в… Кухню. И уже два месяца я этим соседством пользовалась. Постоянно чего-то хотелось. То сладенького, то солёного, то копченого, или как сейчас – молока ихуры.

Если бы дедушка узнал, скандал был бы обеспечен. Он чересчур опекал меня, особенно в последнее время. Нет, понятное дело, я практически осталась одна. После обряда Тыр потерял статус моего Хранителя, так как я стала не ТрайниГре, а АрмонГре. Хотя и это оказалось под вопросом. Дедушка почему-то был категорически против, но поделать ничего не смог. С высшими силами не поспоришь.

А вот мой новоявленный муж просто пропал. Точнее, они сдружились с Кальвени и усиленно зачищали Пустошь. Вампиру хотелось побыстрее вернуть себе земли. Но из разговоров, не предназначенных для моих женских ушек, я поняла, что полностью избавляться от аномалии они не хотят. Вертингольд и земли вокруг него – да, но вот все остальное оставляли на совесть правителей Верхнего мира. А все для чего? Для того, чтобы Вертингольд стал отдельным государством. Причём с поддержкой Греона, мира демонов. Им пару десятков лет, чтобы укрепиться, а потом, может, и меня для зачисток допустят. Я-то свое дело, в принципе, сделала, аномалия Пустоши нестабильна, твари новые больше не появляются, а как бороться со старыми, демонам известно.

Зацепилась каблуком за щербину в ступеньке. Покачнулась, но устояла. Заставила сердце биться ровнее, глуша испуг. Не хватало ещё, чтобы кто-то из приставленных ко мне нянек почувствовал. Дедушка тогда точно ор поднимет, и головы полетят. Он в отношении меня какой-то совсем неадекватный. Хотя, и его понять можно. Не каждый день узнаешь, что один твой сын убил второго из зависти и ради власти. Мне порой казалось, что он перенёс эту новость слишком спокойно. Но вот его подданные так не думали. Всё вольности в общении с ним исчезли, многие боялись даже чихнуть лишний раз. Зато, он вновь стал настоящим Повелителем демонов – жутким и пугающим. Была на днях тут миссия из Фагорна, уехали поседевшими.

Лестница заканчивалась в маленькой комнатке, где был диванчик и огромное зеркало в золоченой оправе. Выглядел диван не ахти, да и возраст явно подкатывал если не к тысячелетию, то уж точно векам к пяти. Садиться на эту рухлядь я не рисковала, но, думаю, в скором времени придётся просить кого-то поставить сюда что-то поновее, ходить по лестнице становилось все тяжелее. А вот за зеркалом и был проход в кухню.

Открывалось оно легко, как дверь, нужно было лишь слегка потянуть за крупный резной цветок.

На кухне никого, что, кстати, и не удивительно. Время все-таки позднее. Наверное, за полночь перевалило. Но молока хотелось нестерпимо.

Холодильный шкаф никогда не запирался, но меня сейчас и амбарный замок бы не остановил.

– И вот скажи, тебе не стыдно?

Чуть не уронила кувшин, который бережно вытаскивала наружу.

Дедушка поцокал языком, подошел, отнял кувшин.

– Чудо, неужели так трудно было позвать слуг, чтобы они принесли молока?

Да, верно, но мне же хотелось самой.

– Дедушка, я не хочу слуг, я хочу сама, – сказала и поняла, как по-детски это прозвучало. Решила ещё и губы надуть. Гулять, так гулять.

Он покачал головой, прошёл к столу, достал черную кружку из открытого шкафчика, что над ним нависал, и налил мне молока. Подумал немного и потянулся за второй кружкой.

Молоко было идеальным. Чуть сладковатым, с запахом душистых трав и холодным. Всю кружку выпила почти залпом.

– Ну, так что, Рина? Не стыдно тебе? – повторил Анж свой вопрос.

Пожала плечами, но ответила:

– Мне скучно. Я здесь одна! Тыр по библиотекам шарится, восполняет пробелы в знаниях. Кальвени с Натаном вообще не пойми где! Кстати, – я подозрительно прищурилась, вспомнив кое-что услышанное сегодня. – До меня тут слухи дошли, что Повелитель намеренно тянет со свадебной церемонией канцлера и наследницы? Это так?

Дедушка улыбнулся так невинно, что сразу поняла – это не просто «так», это очень даже «так-так»!

– Катарина, пойми, вы совсем мало друг друга знаете, – начал он. – Канцлер отличный руководитель, замечательнейший представитель демонов, но, Чудо, я не думаю, что он тебя достоин.

– Мы прошли обряд, фактически, мы с Натаном женаты, – напомнила я.

– Ну, подумаешь, мелочь какая, другие же живут, – философски ответил он, раскачивая кружку так, что молоко почти выплескивалось.

– А это тебя не смущает? – указала я на свой живот. – Я на восьмом месяце, мне рожать скоро!

Нечаянно повысила голос, вот довёл он меня уже! А я и так нервная в последние дни.

– Не кричи при внуке, – сурово сказал Анжуар и поставил кружку на стол, так и не сделав ни глотка.

– Это девочка, – в который раз повторила.

Он покачал головой, не веря. Но я-то знала точно, Грай сказала, что будет у меня будет дочка очень похожая на папу. А уж кому-то у, а ей я верила безоговорочно. Да и вообще, с тьмой у меня складывалось все просто замечательно. Даже в Вертингольд не было смысла мотаться, просто подарила Натану крохотный клочок мрака, что остался после ритуала Антуана. С его помощью Грай сама забирала плохую тьму и отдавала её Армону. Мне же пользоваться порталами было категорически запрещено, да я и сама, как вспомню, так напрочь желание пропадает. Я демон, пусть и наполовину, но спокойно шагать в огонь снова? Нет, увольте!

Вот и получается, что я и Натан ждали девочку, а все остальные, с Повелителем во главе, – мальчика, наследника.

– Говори, что хочешь, – вздохнул Анж. – Но вот скажи, зачем он тебе сдался?

– Я его люблю.

Дедушка вздохнул. Прав был Антуан, хоть и был сумасшедшим, убийцей, предателем. Правитель не понимал, не знал, что такое любовь. Мне было искренне жаль, что ему так и не довелось встретить ту, что могла растопить этот лёд недоверия в его сердце.

– Любишь, – задумчиво протянул он. – Ладно… Будь по-вашему…

И почти сразу почувствовала, как родные руки скользнули по спине, талии, и сошлись на животике. Дочка тут же толкнулась, она тоже соскучилась по папе.

– Любишь? – повторил вслед за Анжем Натан.

– Люблю, – ответила и ему.

– Ну что там? – ворчливо оборвал наше воркование дедушка.

Натан прижал меня к своей груди.

– Очищена территория в день пути от города. Думаю, пока этого достаточно. И мы поняли, что случилось с жителями. Аномалия не убила их. Те, кто был в Вертингольде, застряли между мирами, то есть, они здесь, живые, но невидимые глазу.

– Те невидимки, которых мы… эм,