Среди облаков и тумана - Лена Бутусова

class="p1">– Ой, – Лира как-то разом обмякла и испуганно покосилась на подругу. – Боязно.

– Боязно, не ходи, – Вика пожала плечами. – Тебе сейчас все равно о другом думать надо, – красноречиво покосилась глазами на Лирин живот. – Ты своего отца хотела разыскать. Удалось что-нибудь выяснить?

– Да-а-а, – ведьмочка протянула растерянно, глядя на мерцающие колдовские нити Круга. – Я пока в лазарете валялась, пообщалась с Кирианом. Знаешь, а он на самом деле не такой плохой парень. Да, и Мингир то же самое говорит. После их совместного рейда по горам, он вообще очень хорошо о нем отзывался.

– Что-то я не помню вас в лазарете.

– Конечно, ты так хлопотала вокруг своего дракона, что вообще никого и ничего вокруг не видела, – Лира кокетливо хихикнула. – Но я не в обиде, я все понимаю. Ты не поверишь, Кириан готов помочь мне с поисками моего отца.

– Странно. Какой ему в том резон? – выглядела такая эльфийская самоотверженность более чем подозрительно, и Вика нахмурилась, но додумать свою мысль не успела. Все трое мужчин нетерпеливо смотрели на них, ожидая, пока девушки закончат болтать и, наконец, займутся делом. – Ладно, иди в Круг, потом поговорим об этом.

***

Испытание Лиры и Мингира было не таким зрелищным. Полукровки немного побродили внутри начертаний, потерянно глядя вокруг себя, лишь Мингир то и дело спотыкался о натянутые светящиеся нити-лучи. Каждый раз, когда он задевал за колдовское плетение, ректор морщился, но молчал. Наконец, в ладони Горгорона затеплилось еще два слепка ауры, зеленый с красными прожилками, похожий на кусочек агата, и прозрачно-голубой, словно мартовский лед, и полуэльфы вышли из пределов Круга.

– И что это значит? – Мингир вскинул бровь, подозрительно глядя на колдовские камешки.

– Это значит, что у твоей подруги есть задатки целителя, – Горгорон бросил быстрый взгляд на Ви, но она стояла, отвернувшись в сторону гор. Ректор лукаво усмехнулся, – И следы любовной магии в ней присутствуют, так что будь осторожен, полукровок. Может приворожить ненароком.

При этих словах Вика напряглась, с трудом заставив себя сохранить неподвижность. Значит, все-таки приворот? Все-таки Лира играла не честно? А впрочем, какая ей теперь разница?

Ректор продолжал:

– А вот у тебя магии нет совсем. Видишь, насколько прозрачен слепок твоей ауры? Но, я полагаю, ты неплохо чувствуешь чужую магию?

Мингир кивнул:

– Да, меня мать научила.

– Твоя мать эльфийка?

Снова кивок. Болезненная гримаса на миг исказила лицо лучника, и он тоже отвернулся в сторону гор.

– И что нам теперь с этим делать? – Лира кивнула на красивые камешки в руке ректора.

– Они останутся у меня, – Горгорон улыбнулся и убрал слепки в карман. – На тот случай, если кто-то из вас все-таки решит продолжить обучение. Вам они, так или иначе, ни к чему.

Вика подошла к золотому дракону. Он был задумчив и озабоченно хмурился.

– Антрас, – голос вдруг ни с того, ни с сего, сорвался.

– Да, – он рассеянно посмотрел на девушку и тут же улыбнулся. И на поляне даже стало чуточку светлее, хоть солнце и пряталось за облаками.

– Нужно поговорить.

Улыбка вмиг потухла, словно в ожидании тяжелого разговора. Вика внутренне усмехнулась: бедный дракон уже не ждал от нее приятных слов, хотя она даже не собиралась на сей раз портить ему настроение.

– Я хотела поговорить о твоих дальнейших планах, – Вика не хотела быть назойливой, задавая подобные вопросы, но ей нужна была ясность.

– О моих планах? – видимо, настроение Антраса все-таки испортилось, потому что лицо его стало жестким и несчастным.

– Ну, да. Хотелось бы понимать, что мне делать теперь… после всего… – девушка машинально взъерошила волосы и с виноватым видом покосилась на дракона.

– Может быть, ты хотела узнать, что нам теперь делать? – Антрас вскинул брови, но до Вики не сразу дошел смысл его поправки.

– Не все ли равно, как это сказать? – она неуютно повела плечами, и Антрас нахмурился еще сильнее. – Вопрос остается тем же – что дальше?

– Дальше… – дракон протянул задумчиво, бросив взгляд на горные пики. – А, дальше мы…

Договорить он не успел. Лица обоих драконов, Антараса и Горгорона, приняли каменное выражение.

– Что случилось? – первой встревожилась Лана.

В ответ Гор очень странно посмотрел на нее:

– Отец вызывает нас к себе. Всех. Срочно.

***

Чтобы не терять времени, драконы взяли седоков на спины. Горгорон – Лану и Лиру, Антрас – Ви и Мингира. Вика предпочла бы общество рыжеволосой дары ректора, слишком уж двусмысленно прижимался к ней Мингир, сидя верхом на драконе. Впрочем, на драконьей спине наезднику было не настолько удобно, чтобы выбирать положение посадки из соображений вежливости, да и мысли полукровка явно были далеко от Викиных прелестей, но Вика неуютно сутулилась, пытаясь отодвинуться от компаньона, как можно, дальше. Получалось плохо. Особенно, когда Антрас взлетел, и Ви вцепилась в его золотую шкуру, распластавшись на ней, чтобы не сорваться вниз на горные склоны.

За несколько сильных взмахов огромными крыльями летающие ящеры преодолели расстояние до замка и поднялись к тому самому окну, из которого Вика совсем недавно выбиралась на спину Антрасу. Король ждал сыновей в ректорском кабинете.

Сжав зубы от страха, трясущимися руками Вика схватилась за подоконник. Мингир бесцеремонно подтолкнул ее под зад, и девушка тяжело ввалилась в комнату прямо под ноги королю. Алузар хмурился, глядя на ее неловкие телодвижения. Наконец, точно спохватившись, протянул Вике руку и помог встать. Вика смущенно отпрянула от него, одними губами прошептав: «Спасибо», но черный дракон сразу же потерял к ней интерес. Следом в кабинет спрыгнул Мингир, за ним, мгновение спустя, Антрас. Вдвоем с лучником они помогли остальным девушкам перебраться с драконьей спины на твердый пол, и Ви лишь вздохнула, глядя на них.

Антарас тоже хмурился, подобно королю, и Вика с удивлением отметила, насколько похож он был на него в этот момент. Не родная кровь, говорите? Приемный сын? Неужели, простому смертному и вправду все драконы кажутся на одно лицо, подобно загадочным горнякам или фавнам, что живут в пещерах и лесах Истроса?

– В чем дело, отец? – Антрас нетерпеливо сжимал кулаки, но Алузар ждал, пока в кабинете не окажутся все, кого он звал. Когда ноги Горгорона коснулись пола, окно за его спиной с мягким шелестом захлопнулось, и вдоль стен, по двери, по оконному проему протянулась радужная пленка, словно кто-то надул гигантский мыльный пузырь размером во всю комнату.

Только тогда король заговорил:

– На Таэр Лет напали.

– Как давно? – казалось, Антрас не удивился этой новости.

– Буквально только что из человеческой столицы выдвинулось войско, к середине дня они будут у ворот Небесной Башни. Это объявление